его смех с придыханием получился сам собой.
Джим Парсонс. Должно быть, что-то в сценарии служило триггером, который заставлял зрителей смеяться. Думаю, я пытался понять, как лучше показать уникальность этого персонажа и то, что он совершенно не понимает юмора. Поэтому когда его что-то смешило или когда он сам шутил, то мог смеяться нормально. Уж не знаю, почему у меня это вырвалось, но, видимо, чисто интуитивно решил, что его реакция не должна оправдывать ожидания зрителей и в то же время казаться искренней.
Джонни Галэки – Леонард Хофстедтер
Джонни Галэки. Все мои первые сценарии и биография персонажа, которые покажутся стороннему человеку китайской грамотой, до сих пор хранятся в моей подшивке. Она была в стиле Леонарда, с наклейкой Чубакки на обложке. Я показал ее Стиву Моларо и, на удивление, все так точно угадал, что даже не по себе стало. Я писал об отношениях Леонарда с матерью, тогда как в сериале она появилась только во втором сезоне. Что-то я угадал, что-то просто было забавно. Кейли постоянно смеялась над моей подшивкой, а в ней хранились все мои тайны, мое личное досье на персонаж. Половина страниц с биографией моего героя уделялась любовным письмам Пенни. Наверное, Кейли это и прикалывало… та самая Леонардова одержимость любовью. (Смеется.)
Кейли Куоко. Божечки, биография и эти его исследования! Он, наверное, издевался надо мной, потому что я никак не готовилась к роли Пенни. Я подтрунивала над ним: мол, ну что, где твоя подшивка? А то уже десятый сезон, вдруг ты забыл предысторию своего персонажа? Что происходит с Леонардом? Расскажи же! Как же я вредничала! Когда мы встречались, у него в квартире лежали сценарии «Теории…», и я периодически листала их, чтобы посмотреть, как он с ними работает. А там повсюду были всякие пометки, выделения, комментарии. Тогда-то я и поняла, что он по-настоящему работает над своим героем. Но тем не менее я сказала ему: «Чувак, Леонард – это ты, и никто другой! Поверь в себя! Каждое твое слово, каждое выражение твоей мордашки, каждый жест – это слово, выражение и жест Леонарда. У тебя все получится!»
Многие черты Леонарда Галэки позаимствовал у Томми Лопера, своего друга детства из Чикаго.
С 2007 года Джонни Галэки собирал в подшивку заметки о вымышленной биографии Леонарда. Во время последнего сезона они вместе с соавтором «Теории…» Чаком Лорри (и неизменной подшивкой!) решили посмотреть, в чем Джонни был прав, а в чем совершенно заблуждался. Фотография любезно предоставлена Стивом Моларо
Джонни Галэки. Мы с Томми росли вместе с семи лет. Мне всегда казалось, что в нем было что-то особенное, до сих пор помню его осанку. Леонард и вправду был Томми Лопером, но, кроме этого, я наградил его движениями суриката, оттуда и сплетенные пальцы. Практически каждый персонаж я стараюсь основывать на образе реальных людей, которые мне нравятся. А еще я часто просматриваю снимки животных, потому что животные – самые искренние существа на свете. Посмотрите, к примеру, на фотографию пумы – там все настоящее! Такие составные части я пытаюсь выбрать для каждого героя. Когда я увидел фотку с тремя сурикатами, которые стоят, сложив лапки, то подумал, что в этом есть какой-то смысл. Помимо этого, я брал за основу для Леонарда героя Джадда Хёрша из «Такси». Не в плане манеры его игры, а в плане предназначения персонажа. Поэтому я попросил Джадда сыграть моего отца в финале девятого сезона.
Стив Моларо. Джонни совершенно потрясающий человек по многим причинам, и одна из них – тот факт, что он позаимствовал манеру переплетать пальцы, глядя вверх, у сурикатов. Можно заметить, что Леонард двигается иначе, чем Джонни. Следить за этим было очень интересно.
Кейли Куоко. Джонни выбрал специфический запах для Леонарда и, думается мне, после окончания сериала больше никогда этим одеколоном не пользовался. Но поскольку я часто была рядом с Джонни, то узнавала запах. Он был очень суеверен в этом плане.
Джонни Галэки. Много лет назад я прочитал статью в журнале Esquire о том, что запах – это наша суть, и подумал: «Любопытно». Так что для каждого своего персонажа я выбираю особый аромат. Когда я в детстве приходил в гости к Томми, в его чикагской квартире стоял запах свежести, который по вентиляции доносился из химчистки. Я нашел одеколон под названием «Чистота» (Clean), по запаху похожий на тот аромат. Он напоминал мне о Томми. За два года я истратил два флакона. Однажды я забыл надушиться и понял это только в середине сцены. Пришлось просить второго помощника режиссера принести мне одеколон из ванной. Без него было никак. Вы можете счесть меня безумцем и будете отчасти правы, но каждый по-своему готовится к творческому процессу. И со временем становишься ужасно суеверным. О, кажется, флакон с остатками одеколона я подарил Чаку Лорри.
Чак Лорри. Одеколон этот валяется где-то в моей аптечке. Я сто лет как перестал душиться, так что он или где-то в коробках, или пробрался в шкафчик с лекарствами.
Джонни Галэки. А еще в моей комнате стояла ваза, до которой перед выходом на площадку я должен был дотронуться и проговорить про себя монолог. Помогало стать увереннее. Без уверенности ни текст нормально не произнесешь, ни с коллегами не сработаешься. Иногда я сильно загонялся с этими долгими репликами, и тогда подходила Кейли и шептала мне на ухо: «У тебя все получится». И следующий дубль выходил удачным. Так что уверенность очень важна.
Кейли Куоко. Джонни парился по любому поводу, особенно если впереди была серьезная сцена. Я спрашивала его: «Да кого волнует, если ты облажаешься? Надеюсь, так и будет, хоть посмеюсь! Ничего страшного не случится! И у тебя все получится». Он постоянно переживал, но почти всякий раз отыгрывал идеально.
Джонни Галэки. Не хочется сравнивать это с физическим трудом, но даже спустя десять лет я просыпаюсь в три ночи, чтобы поработать над сценарием и написать заметки. Перед сценаристами, актерами, зрителями надо выкладываться на все сто, никого нельзя подводить.
Кейли Куоко – Пенни
Чак Лорри. Кейли читала роль, будучи неподготовленной, и справилась великолепно. Она действовала интуитивно, но не останавливалась на этом. Она очень работящая, и казалось, будто ей все легко дается, как гению. И тут-то понимаешь, сколько усилий на самом деле было вложено.
Питер Рот. Я сидел напротив Джима и Кейли во время каждой читки. Помню, как подошел к Кейли
