отвечает мне Аехако. Он берет мою руку и переплетает наши пальцы. – Майлак совсем измотана, поэтому я побуду раненым еще какое-то время, – он похлопывает себя по забинтованному месту. – Тебе придется быть нежной со мной в мехах, Грустные Глаза.
Вижу, что Аехако снова в строю со своими шуточками. Я фыркаю, не обращая внимания на его откровенности.
– А Харлоу? Есть какие-нибудь зацепки?
Джорджи качает головой:
– Мне не нравится тот факт, что она просто испарилась. Что-то здесь не чисто. Она не похожа на ту, кто безрассудно поставит крест на своей жизни. – Джорджи замолкает, и я знаю, что мы обе думаем сейчас о Доминик. Другой рыжей девушке, пленнице маленьких зеленых человечков. Она была изнасилована охранниками, и это сломало ее. Пережив аварийную посадку на Не-Хоте, она сбежала в заснеженные дали, как только подвернулась такая возможность. И разумеется… замерзла насмерть, так как была одета в одну ночную рубашку.
Ее смерть стала для нас тяжелым ударом даже после всего, через что мы прошли.
– Харлоу умна, – заверяю я, вспоминая, как она собирала камнерез. – Быть может, она найдет дорогу обратно.
– Думаю, нам следует послать за ней охотников, – говорит Джорджи.
Вектал качает головой:
– Приближается жестокий сезон, а у нас двенадцать…
– Одиннадцать, – тихонько поправляет Джорджи.
– Одиннадцать новых ртов, которые нужно прокормить, и некоторые из них вынашивают детей. Мы должны позаботиться о благе всего племени, охотники нужны нам каждую свободную минуту. Если они и уходят, то только на поиски пищи. – Он касается ее живота: – Я не подвергну тебя, нашего или любого другого ребенка опасности из-за одной глупой человеческой женщины.
Мне не нравятся слова Вектала, но Аехако кивает в ответ. Они знакомы с климатом этой планеты лучше, чем мы. Раз они беспокоятся, что зимой нам может не хватить еды, я полагаю, нам тоже нужно побеспокоиться.
По всей видимости, Джорджи также недовольна его ответом, но она лишь бросает на меня беспомощный взгляд.
– Харлоу объявится, – заявляю я решительно.
Мы обсуждаем космический корабль и гибель пришельцев. Джорджи согласна с Векталом в том, что не стоит ничего рассказывать остальным. Никто, кроме нас, а также Лиз и Раахоша, не должен узнать об этом. Она не хочет сеять панику, особенно сейчас, когда люди только начали осваиваться.
– И раз они мертвы, то и беспокоиться не о чем, верно?
Джорджи решительно кивает мне:
– Верно. А значит, нам нужно обсудить разделение племени.
– Разделение? – я окидываю Аехако обеспокоенным взглядом.
Он кивает:
– Когда я был еще совсем маленьким, племенные пещеры оказались перенаселены, как и пещеры на юге. Болезнь кхуйи унесла так много жизней, что племя переселилось сюда, но, беря во внимание новые семьи, я предложил Векталу снова открыть пещеры на юге.
– Только потому, что ты не хочешь делить пещеру с другой парой? – дразнит Вектал. – Ты такой же, как я, хочешь, чтобы твоя пара принадлежала только тебе.
Аехако одаривает своего вождя ухмылкой:
– А что в этом плохого? Иметь возможность спариваться, не беспокоясь о том, что заявится Аша и потребует присоединиться.
Я издаю сдавленный звук.
– Эм, я тоже за новую пещеру. – Мысль о том, что Аша будет наблюдать за нами, не говоря уже о том, чтобы пытаться присоединиться, наводит на меня ужас.
Джорджи смеется:
– О боже. Кира, видела бы ты сейчас свое лицо.
– Целительнице следует остаться в той пещере, где будут люди.
– А это справедливо по отношению к остальным? – спрашиваю я. Меньше всего мне бы хотелось, чтобы одна часть племени обижалась на другую.
– Люди вынашивают детей, – убеждает Вектал. – А те, кто еще нет, будут в будущем. Они должны оставаться с целительницей.
Звучит разумно.
– Я согласен с Кирой, – вступается Аехако. – В племени полно пожилых людей и одиноких охотников, это только поспособствует расколу. Справедливее будет разделить племя поровну.
– Но у нас только одна целительница, – рычит Вектал. – И она останется с Джорджи.
– Успокойся, Вектал, – Джорджи похлопывает своего партнера по большой руке. – Уверена, что племя можно разделить по справедливости. Что, если мы отправим одиноких в новую пещеру, а беременных оставим здесь?
– Тогда кто будет отвечать за порядок в других пещерах? – спрашивает Аехако и крепче сжимает мою руку.
На мгновение Вектал выглядит озадаченным.
– Я собирался назначить тебя, но теперь, когда у тебя есть пара, это будет проблематично. Кире нужно оставаться рядом с целительницей.
Я прикусываю губу. Кажется, пришло время все рассказать.
– Нет необходимости. Я никогда не начну резонировать, потому что бесплодна.
Выражение лица Джорджи смягчается, а Вектал выглядит сбитым с толку.
– Она не может иметь детей. Наша пара – это наш выбор, – заявляет Аехако и крепко прижимает меня к себе. – Ребенка не будет, но это не имеет значения. Важно только то, что она моя, а я ее.
Его слова заставляют меня расплакаться.
– А если позже ты начнешь резонировать кому-то другому? – беспокоится Вектал.
– Тогда мы станем решать проблемы по мере их поступления, – отвечает Аехако. – А пока этот день не наступит, если вообще наступит, я принадлежу Кире, а она принадлежит мне.
Вектал кивает и окидывает нас понимающим взглядом:
– Я бы сделал то же самое для Джорджи, если бы она не нашла во мне отклик.
АЕХАКО
Только через два дня нам разрешают посетить другие пещеры. Кира называет их Южными, и это название пришлось мне по душе. Мы ничего не сказали остальным. Если мне суждено стать лидером этой части племени, я хочу, чтобы все было решено и узаконено до того, как кого-то переселят. Как только наступят суровые месяцы, посещения пещер станут совсем редкими.
Баланс двух частей племени – вопрос деликатный и требующий многодневных совещаний между мной и Векталом. Мы привлекаем к обсуждению и наших пар, которые куда разумнее нас в вопросах о человеческих женщинах. Если мы не найдем золотую середину, то те, кто переезжает в Южные пещеры, будут чувствовать себя брошенными и ненужными. Но если мы отправим туда только молодых и сильных членов племени, от этого пострадают племенные пещеры.
Мы спорим о том, кто должен остаться, а кто уйти. План переписывается ежечасно, и я уже готов рвать на себе волосы, если Вектал еще раз упрется и скажет «нет» на мои предложения.
Он вождь и мой друг, но еще он невероятный упрямец. Заноза в заднице, как говорит Кира.
Я и сам раздражителен в последние дни. Хэйден все еще восстанавливается, а у Майлак, которая должна поберечь силы из-за беременности, не было времени осмотреть мою рану. Ранение причиняет мне боль, но еще больнее то, что я не могу
