– Мне нужно восстановиться после вчерашней вечерней нагрузки с тобой. И утренней тоже. – Я с намеком прищуриваюсь и озорно улыбаюсь.
Затем медленно облизываю кончик соломинки, прежде чем снова взять ее в рот. Глаза Дориана сверкают голубым огнем.
– Похоже, я должен поблагодарить редактора журнала "Космополитен", – говорит он, облизнув губы.
А? Ладно, а причем здесь "Космо"? На моем лице отражается замешательство.
– Тот журнал, который ты читала, когда я впервые увидел тебя в Старбаксе. Думаю, заголовок звучал как "Топ-12 оральных хитростей, от которых ваш мужчина растает", – Дориан ухмыляется, берет картошку фри и кладет ее в свой божественный рот.
Я чувствую, как краснеют щеки, и закрываю лицо руками.
– О, Господи! Нет, он был не мой! Клянусь, я его не читала!
Черт возьми! Зачем только я взяла этот дурацкий журнал?
– Неужели? Тогда, должно быть, ты постигла это искусство сама? – отвечает он, все еще ухмыляясь.
– Ну, на самом деле… нет. – Неловко опускаю взгляд на свою тарелку. – До прошлой ночи я никогда этого не делала. До тебя. – Я поднимаю голову и вижу его ошеломленное выражение лица.
– Никогда? Так я был твоим первым? – Дориан выглядит изумленным. Возможно, немного нежным. – Ух ты. Ну… спасибо, – заикается он. Не совсем тот ответ, которого я ожидала. Мое откровение застало его врасплох.
– Не нужно меня благодарить. Я хотела этого. И мне понравилось, – отвечаю я, смело глядя ему в глаза. – С тобой. – Не хочу, чтобы он подумал, что я стала какой-то безрассудной распутной женщиной.
Дориан в замешательстве хмурит лоб.
– Но почему… со мной?
– Не знаю, – я пожимаю плечами. – Думаю, это просто казалось правильным.
– Правильным, – повторяет Дориан, пробуя слово на вкус. Облизнув губы, он смотрит на меня сквозь темные ресницы. – Хмм, думаю, настало время десерта.
Дориан быстро собирает наши тарелки и кружки и переносит их на кухонную стойку. Затем садится обратно на свой стул, пальцем подзывая меня к себе.
Я исполняю его желание и встаю перед ним. Его крепкие руки скользят по задней части моих бедер, массируют попку, а затем неожиданно поднимают меня и опускают на край стола.
– Ляг, – приказывает он, и я делаю, как сказано, дрожа от предвкушения.
Дориан раздвигает мне ноги и начинает потирать жаркое лоно сквозь тонкую ткань трусиков. Дотянувшись до изящного пояса, он начинает тянуть их вниз.
Приподнявшись, я помогаю ему, и трусики падают на пол. Дориан смотрит на мое лоно как голодный человек перед пиршеством.
Его дыхание учащается, и я ощущаю прохладный ветерок из его приоткрытых губ. Мысленно поглаживаю себя по голове за то, что привела себя в порядок прошлым утром.
Никогда не ожидала, что Дориан будет настолько близко, и чертовски нервничаю. Его взору открыто все, вся я. На лице отражается выражение благоговения и восхищения, когда он изучает мой холмик и щелочку.
Мое тело взывает к прикосновению, но он пытает меня своим взглядом. Черт, это так необычно!
Дориан нежно проводит указательным пальцем по клитору. От прикосновения у меня перехватывает дыхание, я уже дрожу и вся мокрая. Он облизывает кончик пальца и повторяет движение, наигрывая сладкую песню удовольствия.
Когда я выгибаю спину и поддаюсь его дразнению, он вводит палец в меня и не двигается. Стенки моего лона сжимаются вокруг него, удерживая внутри.
Дориан начинает медленно толкаться пальцем внутрь и наружу, выгнув его вверх, к моей самой чувствительной точке. О нет, не сейчас! Давление настолько интенсивное, настолько блаженное и волнующее, что я уже боюсь потерять контроль.
Дориан чувствует мою дрожь и тут же реагирует, присоединяя к указательному пальцу средний. Я вскрикиваю, мое лоно яростно пульсирует и сжимается вокруг них.
Перевожу взгляд на напряженное выражение лица Дориана. Он, сосредоточенный на чувственной задаче, покусывает нижнюю губу. И выглядит так чертовски сексуально; я просто жажду затащить его на себя.
Дориан ловит на себе мой взгляд и смотрит на мое блаженно измученное лицо блестящими голубыми глазами. Медленно, он наклоняется вперед и облизывает мой припухший клитор кончиком языка, продолжая проникать в меня длинными пальцами.
И вновь облизывает, с чуть большим нажимом, объединяя свою слюну с моими соками. Он продолжает оральную пытку, облизывая, посасывая, покусывая нежную плоть до тех пор, пока мои стоны и крики не умоляют его остановиться.
Я больше не могу выдержать; ощущение слишком сильное, слишком хорошее. Я на грани полной потери контроля над собой, и чертовски борюсь за то, чтобы этого избежать.
Заметив мои трясущиеся колени, Дориан кладет мои ноги к себе на плечи, толкая язык поглубже в мягкие, влажные складки.
Он вытаскивает пальцы, заменив их языком, и жадно поглощает меня, будто я его последняя трапеза. Я хрипло постанывая от наслаждения.
Из меня вырывается смесь искаженных криков, ругательств и поощрений, я не в состоянии сформулировать внятную мысль. Сейчас все, что я знаю – это удовольствие. И Дориан дает мне его больше, чем я способна выдержать.
После очередного умопомрачительного оргазма я лежу на столе, задыхаясь, сжимая бедра в попытке остановить бесконечную пульсацию и дрожь.
Дориан, развалившись в кресле, наблюдает за тем, как я извиваюсь и неистово содрогаюсь. Он – довольный зритель, наблюдающий за бедной, сокрушенной девушкой.
Я чувствую себя такой обнаженной, такой неуязвимой, но не могу ничего поделать. Он сотворил это со мной. Превратил меня в беспорядочную смесь спутанных волос, пронзительных стонов и влажного лона.
Мое тело в его плену, принадлежит ему, чтобы мучить и дразнить меня, когда лишь Дориану вздумается.
– Так ты это имел в виду, когда сказал, что хочешь меня сокрушить? – несколько минут спустя спрашиваю я Дориана после того, как выравниваю дыхание.
Я сажусь и разглаживаю тунику. Трусики лежат скомканным комочком на полу, но я слишком смущена, чтобы дотянуться до них.
Дориан следует за моим взглядом, наклоняется и поднимает их. Затем медленно надевает их через мои босые ноги и тянет наверх к бедрам. Я хочу приподнять попку, но слишком обессилена для этого, мышцы все еще дрожат.
– Зависит от обстоятельств. Ты чувствуешь себя такой? – улыбается он, задержав руки на моих бедрах.
– Ну, в некотором роде. Не знаю. Скорее, чувствую обратное. – Я одариваю его задумчивым взглядом, склонив голову на бок. – Может быть, избалованной.
– Избалованной? – переспрашивает он, приподняв бровь.
– Да, избалованной. Ты так много мне дал… – не могу найти слов, чтобы описать насколько невероятно он только что заставил меня чувствовать себя, и все еще заставляет. От одной мысли об этом кружится голова и невольно вырывается смешок.
