Читаем без скачивания Вундервафля - Олег Дивов

Машина у Овсея простая, однобачковая, далеко не заберется. И бросать диверсанта немец будет посадочным способом, иначе слишком рано прилетел. Он хочет сесть засветло, в пределах ста километров отсюда, вряд ли больше. Почему засветло? Потому что его там не встречают, некому посигналить, обозначить заход на площадку. А взлететь можно и ночью: развернулся да пошел. Я тоже так бросал один раз. Правда, я летел позже, в сумерках, под самую темноту: плюх – и не видать меня. Немец оставил себе запас по свету, такой запас может боком выйти.

Сколько же я возил на выброску… Раз семь, наверное. Одна девчонка была очень красивая. Интересно, что с ней. Бросил я ее как надо, и до места она добралась, а что с ней дальше – не знает, наверное, и капитан Ворон, не положено ему. Пускай ей повезет…»

Маршал выглядел угрюмым, наверняка испереживался весь, и Тяпа счел своим долгом поддержать его морально. Отвлечь и развлечь.

– Вы не волнуйтесь, наши сядут и взлетят, – повторил Тяпа. – «У-2» только выглядит несерьезно, а так очень хороший самолет, если уметь им пользоваться.

– Ты умеешь, я заметил, – буркнул Жуков, не отрываясь от карты.

– Это бырбырдировщик, – сказал Тяпа застенчиво.

– С тобой все в порядке, лейтенант? – Жуков покосился на Тяпу, и лицо у него было непонятное: вроде не доброе, а все же сочувственное.

– Он так делает – быр-быр-быр…

– Сам выдумал?

– Нет, что вы, товарищ маршал, это давно придумалось в полку.

– Вот же придурки… – Маршал обреченно вздохнул, совсем по-человечески, как самый простой офицер, и снова уткнулся в карту.

– Он делает быр-быр-быр – и летит куда угодно, когда угодно, садится где угодно… – пробормотал Тяпа ласково.

– Вот и эти… Сядут где им угодно, – сказал Жуков. – И натворят чего хотят. Ладно, поймаем… Эй, лейтенант, ты точно не приболел?

Тяпа доложил, что вполне здоров. Потом опять спросил, не хочет ли маршал шоколадку.

– Связь мне нужна! – зарычал Жуков в ответ. – Связь немедленно, понимаешь?! А на твоем бын… бырдировщике даже рации нет. Ну и какой я, в жопу, военачальник, если стою тут в говне по колено?! По твоей милости стою! И не имею связи ни с кем! Чего глядишь, как побитая собака, а, лейтенант? Ты меня из командира в ничто превратил, без рук, без ног оставил! Спустил с небес на землю! Какая от меня сейчас польза? Что я могу? Зачем я нужен?! Может, ты родишь мне рацию? Или починишь самолет?

Ярость маршала была такой искренней и столько в ней было честной боли за общее дело, что у Тяпы аж слезы на глаза навернулись.

– Отдайте меня под трибунал! – взмолился он. – Или сразу расстреляйте! Я виноват! Я дурак! Только не надо так больше! Мне стыдно, товарищ маршал! Мне очень стыдно!

– Да какой трибунал! Ты на себя погляди! Мне сказали, что ты ас! А ты… Мальчишка! Без хвоста! Тяпа!

И тут маршал рассмеялся. Тяпа, глядя на него, тоже несмело фыркнул. А Жуков натурально хохотал, до слез, и утирал их рукавом.

– Какой идиотизм… – сказал он, отсмеявшись. – Два раза за день вынужденная посадка. И потом целый маршал, будто сопливый лейтенант, бегает под пулями – что за позорище! И все благодаря нашей славной авиации с отвалившимся хвостом! Я Новикову скажу-у… Я скажу ему… А ты никому не скажешь, понял?!

– Так точно! Разрешите вопрос! Чего я не скажу?

– Ничего!!!

– Есть! – выпалил Тяпа, делая руки по швам.

– Вот об этой стыдобе – ничего!!!

– Есть!

– Вот и ладно, – сказал маршал и уставился в небо.

Истребители все равно появились не с той стороны, куда он смотрел.

Через полчаса на поле шустро плюхнулся «У-2». За штурвалом сидел комполка, а сзади капитан Ворон. Особист бросился к маршалу рапортовать о прибытии и, видимо, с ходу умудрился произвести на него дурное впечатление. Потому что маршал ему и слова не сказал.

– Нашли кого привезти, – буркнул Жуков командиру. – Вашему Тяпе доктор нужен. А мы тут, видите, сдуру напоролись на немца… Ладно, прощай, лейтенант. Не забудь Клёпе ремень вернуть. И хвост оторванный, хе-хе…

– А трибунал? – спросил Тяпа.

– Во дурак-то, – сказал маршал. – Подрасти сначала.

И улетел.

А Тяпа с капитаном остались.

– Я бы тебя сразу кокнул, – признался Ворон и вытащил пистолет, – да ведь неправильно поймут. Скажут, поспешил, а вдруг мальчишку обвели вокруг пальца, задурили ему голову… Так что, лейтенант, ты сначала признавайся: кто тебе приказал убить маршала? Кто?

– Где остальные наши? – спросил Тяпа деловито. – Скоро будут?

– Тебе-то что? Надеешься, прилетят твои подельники?

– Мы с вами сядем в самолет и полетим ловить диверсантов, которые меня сбили. Я помню карту. Я сейчас догадался, куда они намылились. Правда, мне товарищ маршал запретил вообще что-нибудь рассказывать…

– Правда? – переспросил капитан, расстегивая на Тяпе кобуру. – Как интересно… А где твое оружие?

«Времени в обрез, – подумал Тяпа. – Эх, была не была…»

Запуганный мальчишка в Тяпе устал пугаться и прилег отдохнуть, на его место вылез парень с Сивцева Вражка, природный москвич, который, если надо, в воде не тонет, по медным трубам – плывет, а в огонь его бросать ты сам поостережешься. Как многие дикие животные, в минуту опасности москвичи умеют притворяться мертвыми, но куда лучше и эффективнее у них выходит притворяться вот этим самым. Падальщики такое не клюют.

– Вот мое оружие, – сказал Тяпа, достал «ТТ» из кармана и ткнул стволом капитану в живот. – Ну так вы со мной или вам ловить шпионов скучно?

– Тяглов! – прикрикнул капитан. – С ума сошел?!

– Я по своей глупости чуть не погубил маршала, – заявил Тяпа. – Мне теперь жизнь не дорога. Но зато вы, капитан, можете все исправить. Пока маршал долетит, пока даст распоряжение да пока еще придумают, где немцев искать, они уйдут. А мы успеем их перехватить. И у них будет с собой что-то очень важное.

– Пистолет отдай, а потом мы побеседуем, – сказал Ворон и упер свой «ТТ» прямо Тяпе в сердце.

– Вы тогда меня слушать не станете. Вы будете кричать и ругаться. А вы обязаны меня выслушать. Потому что я точно знаю, как действовать. Вы потом можете сказать, что сами придумали эту операцию. Мне наплевать. Все равно трибунал, чего бы там маршал ни говорил. Маршал обо мне уже забыл. А вы немцев возьмете тепленькими и с важным грузом. Они что-то забыли в церкви или спрятали, не успели вывезти. Церковь помните? Которую мы с Матвиенкой бомбили?

– Ты опусти ствол, – сказал Ворон. – Ну, церковь помню. Откуда ты знаешь про важный груз? Кто тебе сказал? Отвечать!

– Да помолчите же! Нас сбил «У-2». Наш «У-2», машина Овсеенко с синей бабочкой. Я его узнал, покачал крыльями – и тогда он меня сбил. И ушел в сторону той самой церкви. Больше некуда.

– Синяя бабочка? Опусти ствол, дурак.

– Зачем им церковь? Они что-то ищут там! Где? Если мы там все разнесли в пыль? Только в подвале! Ну и кто тут дурак?

– Ты дурак, ствол опусти! Значит, Овсеенко перебежал… Сволочь, поймаю – убью на месте. А ты его тут поджидал? Дружка своего закадычного ждал, ага! Отвечать, лейтенант!

– Да не было там Овсея, там немцы сидели! Или власовцы какие, но точно не Овсей.

– Как вы держали связь? Через кого в полку? Фамилия?! Пристрелю тебя сейчас, как собаку!

Тяпа вспомнил маршала Жукова и сказал очень спокойно:

– Капитан. Ты идиот.

У Ворона глаза вылезли на лоб.

Ворон торчал в полку всю дорогу с самого начала, и хотя не был пилотом даже приблизительно, и пассажиром летать боялся, но специфику боевой работы ночных бомбардировщиков волей-неволей изучил досконально. Понимал, что они могут и чего не могут. Знал на память все числовые параметры, видел, как влияет на них износ матчасти, погода, уровень подготовки летчика и даже степень его придури. Карту читал прекрасно и мог при необходимости сам набросать курс. Пару раз Тяпа его ловил на этом. Капитан только прикидывался тупицей и невеждой, когда лез с нелепыми вопросами к пилотам – ради пользы своего особого дела. На это и был у Тяпы расчет: Ворон может все понять, и понять быстро. Главное – перебить инициативу у капитана, заткнуть его. Тогда они перебьют инициативу у немцев.

Если Ворон не дурак, он схватит мысль на лету. Если Тяпа в нем ошибся и капитан все-таки глупый, не беда, Тяпа его купит. Дорого.

– Слушай и запоминай, – сказал Тяпа. – Когда я закончу, можешь пристрелить меня, как обещал. Вон летят наши, у тебя будут два пилота, справишься сам.

В небе стрекотала пара родных «М-11». Комполка шел на полных оборотах, потому и вырвался далеко вперед, а эти берегли движки и экономили горючее, молодцы. Это пригодится.

Тяпа опустил пистолет, уткнул капитану палец в грудь – для большей убедительности – и принялся докладывать, быстро и четко.

Когда два биплана подрулили к одинокой сосне, Тяпа и Ворон так и стояли друг напротив друга, только капитан убрал «ТТ» в кобуру. И забыл отнять пистолет у Тяпы.