ляжем мы, либо Минины. Третьего не дано.
— Сурово, — произнес я.
— Такова жизнь высшего общества, — ответил Чехов, и я кивнул:
— Спасибо. Стало намного легче.
Видимо, Чехов не ожидал такой реакции. Он удивленно поднял бровь и взглянул на меня:
— Правда.
Я улыбнулся и покачал головой:
— Нет. Успокаивающие речи никогда не были твоей сильной стороной. Зато тебе всегда прекрасно удавалось вывести человека на эмоции.
Князь хотел было что-то сказать, но я махнул рукой.
— Все нормально. Я не боюсь предстоящего боя. С малых лет видел и смерть, и посмертие. Просто как-то не по себе, что придется убить человека.
Отец кивнул:
— Наверное, ты прав. И в свои юные годы повидал куда больше моего.
Сарказма в голосе Чехова я не уловил. Зато услышал горечь. И это было неожиданно и могло выбить меня из колеи.
— Я был слишком занят работой, и… — начал было отец, но я его перебил и мягко попросил:
— Давай отложим разговоры о воспитании на более спокойное время. Я сейчас не готов к откровениям.
Чехов кивнул. В темноте было почти незаметно, как он сжимает на столе перед собой руки. Как кожа на костяшках пальцев натягивается до побеления. Почти не было заметно, как он отводит от меня взгляд и смотрит на каминную полку, где стоит рамка со снимком нашей семьи, которой сейчас уже не было. На несколько минут в гостиной повисла тишина. А затем я глубоко вздохнул, отгоняя мандраж, и поднялся с кресла:
— Пора. Наверное.
Филипп Петрович взглянул на часы и вздохнул:
— Пора, — он встал на ноги.
— Собирались уйти без меня?
Голос бабушки застал нас, когда мы уже подошли к входной двери.
Я обернулся. Софья Яковлевна, скрестив на груди руки, стояла на пороге гостиной. Одета Чехова была в дорожный костюм и высокие ботинки на шнуровке. На плечах бабушки была тонкая черная шаль.
— Решила пойти с нами? — уточнил отец.
— Конечно. Не каждый день мой любимый внук и мужчина, за которого я недавно вышла замуж, сражаются за семью.
— Справедливо, — согласился я. И мы вышли из дома.
Морозов и Зимин уже ждали нас у калитки.
— Доброе утро, мастера, — произнёс Морозов. И я заметил, что Александр Васильевич хотел было подойти к бабушке, но в последнюю секунду передумал. Мне даже показалось, что он опасался сделать что-то не так. И остался на месте.
— Доброе утро, — хрипло произнес Зимин. — Нам пора, господа. Иначе Минины могут засчитать техническое поражение за опоздание.
Кустодий был прав. Мы вышли за ворота и быстрым шагом устремились к озеру.
* * *
Минины уже ждали нас на берегу. Двое дуэлянтов стояли, опустив головы, словно бы рассматривая что-то в траве. Они были одеты в белые рубахи. Видимо, это и были те самые Петр и Иван. Чуть поодаль расположились секунданты из старших членов семьи. Заметив нас, они криво усмехнулись.
— Доброе утро, мастера Чеховы, — с насмешкой в голосе произнёс один из Мининых, смерив нас взглядом, в котором читалось легкое презрение. Второй даже не стал здороваться, а лишь кивнул. Петр и Иван же никак не отреагировали на наш приход. Просто стояли, не поднимая глаз, раскачиваясь, и едва слышно что-то бормотали себе под нос. Они были похожи на зомби, и от этого становилось как-то не по себе.
Небо на горизонте уже начало алеть, подсвечивая верхушки деревьев и гладь озера.
— Только попробуйте погибнуть, — строго произнесла Софья Яковлевна, обращаясь к нам с Александром. И я заметил, что бабушка нахмурила брови. А на щеках ее проступила непривычная бледность.
— Постараемся, — с улыбкой ответил Александр.
— Постарайтесь. Иначе мне придется поднять вас из мертвых и сделать вам выговор.
Я поежился. Обещанная кара и правда была ужасающей. И умирать мне расхотелось окончательно.
Мы с Александром вышли напротив застывших соперников. Секунданты встали чуть поодаль.
— Разве она не прекрасна, — мечтательно произнёс кустодий, покосившись на княгиню. Казалось, что его совершенно не пугала предстоящая битва.
— Готовьтесь, господа, — скомандовал Зимин.
Мы поставили тотемы, Минины сделали то же самое. Отец был прав. Возле Петра появились водные вихри элементалей, а над головой Ивана замерцали, разгораясь, огненные птички-фениксы. У каждого противника было по шесть тотемов, что означало — подконтрольных существ у противников очень мало либо нет вовсе. И я удивленно поднял бровь. Очень самонадеянно.
— Готовы, господа? — с улыбкой уточнил Минин.
— Готовы, — в один голос ответили мы с Александром.
— Тогда начнем, — произнес старший из оппонентов.
За долю секунды я призвал из межмирья палача. Тот появился за спиной неподвижно стоящего Ивана, никак не собирался реагировать на мою атаку. Мешок мигом оказался на голове противника. Птички замерцали, готовые вот-вот потухнуть. Это все было как-то неожиданно просто. И на секунду у меня сложилось впечатление, что на берегу озера стояли манекены, а не противники. И я хотел было развернуться, чтобы помочь Александру, как Иван вдруг повел плечами, словно сбрасывая морок. Минин ярко вспыхнул как факел, и палач мигом истаял. А птички-фениксы над головой Минина разгорелись с новой силой. Иван обернулся ко мне. И в глазах парня я заметил разгорающиеся багровые искры. Боец шагнул ко мне.
— Что за… — ошарашенно выдохнул я.
— Убивать! Калечить! Жечь! — взревел противник, переходя на бег. Кулаки бойца вспыхнули, окутавшись пламенем. — Убивать! Калечить! Жечь!
И в этот момент я запоздало понял, что за обманчивой легкостью таилось что-то, чего я пока еще не понимал. Нечто непредсказуемое. И от этого по-настоящему жуткое.
Берсерки
Противник был очень быстрым. И я едва успел призвать зомби со щитом, в которого с разбегу врезался Минин. Удар объятых пламенем кулаков пришелся в щит. Тот с оглушительным треском разлетелся на обугленные щепки, и зомби едва устоял на ногах. И я поспешно призвал призрака пирата, который появился за спиной противника, чтобы удар наверняка вывел моего соперника из строя.
Удар дубинкой пришелся в затылок громилы. И должен был оглушить бойца. Но вышло иначе. Минин замер, обернулся и взмахнул рукой. Кулаки Ивана рассеяли призрака, отправив его в межмирье.
— Убивать! Калечить! Жечь! — прохрипел громила и его губ на траву упала дымящаяся пена.
Я напитал миньона силой, и зомби ударил мечом. Клинок рассек броню, оставив на плече длинный красный
