Его поведение тем вечером имело еще и другие неприятные побочные последствия. Идо понял это в тот день, когда начался следующий этап отбора, во время которого каждый из выбранных учеников вызывался на бой с преподавателем.
Гном вышел на стадион в боевом облачении, с длинным мечом, висевшим на боку. Ученики уже построились, их было около восьмидесяти человек. Царила полная тишина, и Идо удивился этому. Он сразу увидел лица собравшихся и обнаружил только испуганные взгляды.
Всадник начал с рассказа об испытании и углубился в ненужные разговоры, но продолжал ощущать неловкость под всеми этими взглядами. В конце концов он решил, что настало время завершить разговоры.
— Твоя очередь — первая, начнем с тебя.
— С меня? — нерешительно ответил юноша.
— Мне кажется, ты не страдаешь косоглазием. Ну да, ты.
Идо выбрал ученика, который был, скорее, опытным.
Это был высокий, черноволосый, смуглый юноша, который казался Идо многообещающим. Идо сказал себе, что, наверное, нужно начать со смельчака, чтобы сломать лед.
Юноша вышел к нему неуверенной походкой. Смуглая кожа побледнела.
Идо не мог решить, что делать.
— Приготовься, — сухо произнес он.
Юноша неуверенно повиновался.
Гном стал нападать, ученик чувствовал себя скованно. Движения были плохо координированы, удары неточны и наносились не вовремя. Образчик неумения владеть мечом. В конце концов его меч отлетел в сторону после нескольких нападений.
— Ну что? — воскликнул Идо, потеснив противника.
Юноша остался стоять в центре арены, вытянув руки по швам. У него был запуганный взгляд.
— Извините меня… я…
Идо мог различить его страх и на таком расстоянии. Он даже ощутил сильное биение его сердца. И начал кое-что понимать.
— Хорошо, считай, что ничего не было. Ты взволнован. Я понимаю…
На самом деле он не понимал, но роль непримиримого мэтра ни к чему бы не привела.
— Перед тем как вы будете выходить ко мне, бледные как полотно, проясним кое-что. Я здесь не для того, чтобы вас съесть, и не для того, чтобы унизить. Забудьте о тех историях, которые вы видели в последние дни. Разумеется, я не жду от вас, что вы победите меня. Кроме того, разумеется, что я здесь не для того, чтобы победить вас. Успокойтесь и сражайтесь как можно лучше. Договорились?
«Да», которое произнесли почти восемьдесят юношей, было почти неслышно.
Идо фыркнул: «Какую дьявольскую работу мне придумали!..»
— Ну что ж, подними свой меч и нападай на меня. Я готов.
Юноша осмелел, поднял меч и попытался атаковать. Идо в свою очередь практически ничего не предпринимал. Он ограничился отражением нападения, однако без особой решительности. И так — удар за ударом. Через десять минут бесполезной и утомительной дуэли он опустил свое оружие.
— Что, было так уж страшно? — спросил с деланой улыбкой.
Юноша, казалось, оценил эту попытку и с тихой понимающей улыбкой ответил:
— Нет.
— Отлично. Следующий.
Никто не шевельнулся.
— Говорю же — следующий, — повторил более властным тоном Идо.
И тут вперед вышел худой, но жилистый блондин. Идо уже отметил его на первом этапе отбора. Он не слишком хорошо владел мечом, но был отличным воином, горячим и решительным.
Юноша выглядел сосредоточенным, занял боевую позицию. Идо улыбнулся. Наконец-то перед ним стоял человек, понимавший, что делает. Он начал драться с удовольствием, гордясь своей ролью преподавателя. Отбор потребовал около трех дней, в конце концов Идо составил свой отряд из избранных юношей — всего около ста двадцати человек, меньше половины первоначальной группы.
Когда он в первый раз увидел, как они бьются на мечах, ощутил какое-то отчаяние. У него было две недели, чтобы сделать из этих юношей воинов, но задача казалась ему непосильной. На Ниал он потратил несколько месяцев. Правда, в том случае речь шла о подготовке Всадника, но правдой было и то, что Ниал была очень способной. Здесь же перед ним стояла группа юношей, которые не слишком-то умеют пользоваться оружием.
Парсел, казалось, читал его мысли.
— Они не должны стать нашим самым сильным военным отрядом. Они — хорошие воины, которые помогут атакующим войскам, — произнес он.
Идо вздохнул.
Во время обучения гном потребовал, чтобы юноши покинули Академию и расположились в одном из лагерей Земли Воды. Это стало предметом долгого и изнурительного спора с Равеном.
Верховный Главнокомандующий сказал немало неприятного, брюзжал и сообщил, что юноши, как-никак, ученики, следовательно, место их тут, в Академии.
— Они должны стать воинами, они должны учиться и привыкать к определенным зрелищам. На фронте они смогут дышать воздухом войны и тогда не окажутся неподготовленными в день атаки, — возразил Идо.
— Ты просто хочешь уйти отсюда, — ответил Равен. — Я знаю — ты не переносишь Академию, тебе не терпится сняться с места. Это — единственная причина, по которой ты выдумываешь все эти истории и вставляешь мне палки в колеса.
Парсел неожиданно поддержал идею Идо. Только так гном получил свободу действий и смог наконец покинуть Академию.
Как только он высунул нос наружу, ему показалось, что он снова задышал и почувствовал себя еще лучше, чем после ухода из Макрата. Всадник тихо летел верхом на Везе, пока вереница учеников медленно шла внизу. По мере того как они удалялись от столицы, ему казалось, что он выздоравливает. И его обязанности учителя виделись ему не такими утомительными.
Они часто останавливались, и Идо пользовался этим, чтобы дать краткие уроки стратегии, освежить знания, полученные юношами в Академии. Гном знал по своему опыту, что стратегия была предметом меньше всего изучаемым студентами, которым всегда хотелось подраться.
И он рассказывал своим ученикам о многочисленных боях, в которых участвовал, объяснял вопросы расположения войск и стратегии. Он стал находить это почти увлекательным, как будто переживал прошлое, испытывал странное удовольствие вспоминать о своих былых битвах. Юноши смотрели ему в рот и сосредоточенно слушали. Иногда кто-то издавал возгласы изумления или обращался к нему с вопросом. Идо начал привязываться к этим ребятам.
Гном подробно описывал врага, его войска, его воинов. Ребята слышали разговоры про фамминов и про огненных птиц, но это были те предметы, которые в Академии обходили молчанием, так как с этим предполагалось знакомить перед первым боем, который завершал начальный этап обучения.
Путешествие сопровождалось не только уроками с учениками. Наконец-то Идо мог начать свое обучение. Он с волнением думал о бое, который мог вскоре начаться, и все время ему вспоминался Пурпурный Рыцарь, который почти позабылся во время пребывания в Академии. Часто он уходил в лес, вместе с Везой, поупражняться, хотя на самом деле ему это и не было нужно. Его обуревала мысль о битве с Пурпурным Рыцарем и о том слове, который тот бросил ему в пылу сражения: «Трус!» Оно до сих пор звенело в его ушах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
