положение, тупо вращая глазами, в попытке сообразить, что с ней случилось, люли рухнули на колени и прогнули корпус в поклоне до самой земли.
– Мутненький, Герочка… – найдя среди толпы знакомые лица, запричитала Лена.
Она выскочила из ящика и бросилась обниматься. Естественно, первым досталось Гере, однако он быстро оторвал от себя подругу и брезгливо отстранился. Мутный оказался чуть более шустрым, и как только Ленка бросилась с обнимашками к нему, вовремя отскочил, а затем оттолкнул подругу.
– Фу, бля, иди на хуй, ебать! – прокомментировал он свои действия. – От тебя говнищем несёт. Ты обосралась, что ли?!
Но Лена, вопреки обыкновению, не обратила на грубость наркомана никакого внимания. Она упала на колени и разревелась. Было понятно и без объяснений, что к горю эти слёзы не имеют никакого отношения. Что девушка и продемонстрировала в следующую секунду. Она расхохоталась, не прекращая размазывать по лицу грязь и сопли.
Глава 14
Мысли вслух
Они сидели на веранде и накидывались самогоном. Инициатором мероприятия являлась Лена. Само собой, она никого не принуждала принимать в этом участия, но разве Гера с Мутным могли удержаться?
Когда она вернулась в дом, первым делом полезла в ванную, чтобы смыть с себя дерьмо. Обгадилась она ещё в момент первой смерти. Сколько раз за эти бесконечные сутки она побывала в объятиях костлявой – сложно сказать. Со счёта она сбилась довольно быстро. Зато в память навсегда врезался тот страх, что она испытала. Такой беспомощной она себя не чувствовала уже очень давно. Наверное, с тех самых дней, когда впервые познакомилась со своими нынешними друзьями. Но даже тогда, в момент ядерного удара, она чувствовала сильные руки Андрея, знала, что он её не бросит и поддержит.
Может быть в тот день, когда он умер, прямо у неё на глазах? Да, тогда ей тоже было очень страшно, но его быстро развеял Гера. В тот момент она уже готовилась умереть, от странной, ничем не оправданной болезни. Но душа Андрея дала ей надежду, помогла выжить и излечиться. Нет, подобного ужаса она ещё никогда не испытывала в своей жизни. А повидать ей удалось очень многое.
Лену передёрнуло от воспоминаний, и она в очередной раз вытянула пробку из ванной, чтобы спустить мыльную воду. Повернув кран, она встала под упругие струи тёплого душа и взяла в руки мочалку. Уже в третий раз она натёрла её вонючим, хозяйственным мылом. Тело давно было вымыто до скрипа, а от того, с какой силой она себя тёрла, болела кожа. Вот только запах дерьма всё ещё продолжал щекотать ноздри. Скорее всего, запах давно стал фантомным, но Лену это не волновало. Она хотела смыть с себя не столько его, сколько воспоминания о том страшном ящике, в котором она провела, как ей показалось, целую вечность.
– Лен! Ты скоро там? – постучался в дверь Гера.
– Щ… Ща! – вздрогнув, откликнулась она.
Этот стук, он вновь напомнил ей всё произошедшее. Будто она опять вернулась в ящик, а сверху кто-то сбросил на него лопату влажного грунта. Помотав головой, она отогнала наваждение и принялась в очередной раз с силой тереть себя мочалкой. Кожа давно зажила, ввиду использования дара.
Когда она выбралась из ванной, то тут же приказала рабыне принести ей самогон и выбралась на веранду. Первый стакан она опрокинула без закуски. Выждала буквально пару секунд и тут же накрыла его следующим. Лишь когда первое тепло распространилось в животе, она кинула в рот свежую редиску. За этим занятием её и застал Мутный, который выбрался на улицу с целью покурить опия.
– Ни хуя се, ебенит, сидит, в одну каску! – тут же выдал он и отодвинул в сторону курительные принадлежности. – Наливай, ебать! Я тоже хочу.
– У тебя чё, бля, рук нету? – огрызнулась Лена.
– Вот так мы заговорили, да? А как же Мутненький, миленький мой?
– Ой, закрой уже ебальник и пей, – поморщилась девушка. – Гера где?
– В пизде, – ухмыльнулся наркоман. – Ой, да не ори на хуй, выползет сейчас, он к тебе в ванную стучаться пошёл. Мы с ним дунуть немного собирались, ты будешь?
– Ну на хуй, – отмахнулась та. – И так хуёво, сейчас только под кайфом загнаться не хватает.
– Ну, тоже верно, – согласился наркоман. – Я, пожалуй, тогда с тобой посинячу. Не против?
– Вообще до пизды, – ответила Лена и обернулась на открывшуюся дверь.
– Ты как? – с порога спросил Гера.
– Пиздец, – ответила она. – До сих пор в дрожь бросает. Почему ты не дал мне их всех убить?
– Потому что… – неопределенно ответил он, но поймав на себе раздражённый взгляд, быстро поправился: – Не стоит гадить там, где жрёшь. Это твои люди и от их работы зависит бизнес.
– Да пизда ему уже! – отмахнулся Мутный и опрокинул в рот стакан.
– С чего ты взял? – обернулась к нему Лена.
– А ты сама не видишь? Тоня съебнула, а на ней все поставки завязаны были. Бронницы разнесли к хуям, а там все договора заключались. Сейчас ни один здравомыслящий покупатель с ними связываться не станет. Мы и себя-то защитить не в состоянии, не то что их интересы.
– Всё ещё можно наладить… – тем не менее, неуверенным тоном произнесла Лена.
– Ага, – кивнул Мутный, – залупу ты там чего наладишь. Всё, забудь. Тут даже говорить не о чем, нам почти третий день ни одного запроса на партию не поступило. А ещё на прошлой неделе мы едва успевали покупателей на хуй посылать. По сто раз на дню звонили.
– Так, – Гера уселся за стол и, накатив себе самогона, внимательно всмотрелся в глаза Мутного. – Очень похоже, что это дело рук конкурирующей структуры.
– Я об этом с самого начала говорю, а вы меня на хуй шлёте.
– Это твоя работа: выявлять и бороться, – предъявила Мутному Лена.
– Да пошла ты на хуй! Я, значит, работать должен, а ты здесь будешь хуи посасывать и жизнью наслаждаться? Ты сама-то хули сделала?
– На мне теплицы и урожай.
– Ага, я заметил, как ты землю сегодня удобряла.
– Заткнись, сука! – Лена соскочила с места и попыталась ударить наркомана, но тот вовремя увернулся, а Гера схватил её за руку и с силой усадил обратно.
– Угомонитесь, оба! – сухо приказал он. – Думайте, кто это может быть? Кто ваши основные конкуренты?
– Да нет их у нас, – уверенно заявил Мутный. – По крайней мере, среди тех, кого я знаю, никто даже близко наши поставки перекрыть не сможет.
– Однако их перекрыли, раз покупатели не звонят, – язвительным тоном заметила Лена.
– И
