Читаем без скачивания Дар сопереживания - Дэвид Вилтц

– Я боюсь, что-то может случиться, – выдавил Говард.

Майра боялась как раз обратного, но не смела сейчас что-либо сказать. Ей придется найти обходной путь, чтобы добиться своего.

– Думаю, мы должны попросить его уйти, – снова заговорил Говард, и Майру осенило: он хочет сказать, что она должна попросить Кейна уйти. – Дело в том, что я не могу этого сделать из интересов «братства». Понимаешь, я его командир и не могу внезапно объявить, что не хочу, чтобы он жил у меня. Это восстановит его против меня, а наша партия не может позволить себе потерять его в настоящий момент. Может быть, чуть позже это станет возможным, но не сейчас. Мы только-только взялись за настоящие дела, по-настоящему сплотились, и довольно скоро, скорее, чем ты думаешь, мы станем известными, я имею в виду, прославимся, и у нас появится возможность брать в партию тех членов, которые нам нужны, а не кого попало. Вот тогда, возможно, мы позволим ему выйти из наших рядов, но сейчас это нежелательно.

Майра поняла какую линию поведения ей стоит выбрать, и решила держаться ее, пока не отыщет способ изменить ситуацию в свою пользу.

– Ты хочешь, чтобы я попросила его уйти? – уточнила она.

– Тебе он не посмеет отказать. Это ведь и твоя квартира тоже.

– А какую причину мне выдвинуть?

– Скажи, что тебе нелегко в его присутствии. Только не делай оскорбительных намеков, просто скажи, что хочешь снова свободно чувствовать себя дома. Он поймет. Я скажу ему, что пытался переубедить тебя, но ты настояла на своем.

– Хорошо, – согласилась Майра, внутренне улыбнувшись при замечании, что ей нелегко в присутствии Кейна. Нелегко – это еще мягко сказано.

Говард от радости, что она согласилась, неловко и застенчиво чмокнул Майру в щеку. Еще один редчайший поступок с его стороны, отметила Майра и после ухода брата углубилась в размышления, что же ей теперь делать.

Неожиданно позвонил мистер Хэнли и спросил, можно ли ему принести срочный заказ. Лучи полуденного солнца били в окна, в квартире нарастала жара, и Майра расстегнула блузку до пупка. На этот раз не для того, чтобы соблазнить мистера Хэнли: когда он придет, блузка будет застегнута наглухо. Сегодня Майра оделась предельно просто: в слаксы и блузку – образ сирены-искусительницы канул в прошлое.

Открылась входная дверь. Это не мог быть Хэнли, о его приходе предупредил бы швейцар по интеркому. В гостиную вошел Кейн. Он никогда прежде не возвращался днем так рано. Майра впервые встретилась с ним лицом к лицу со дня его появления в доме.

– Ты оставила дверь незапертой, – укоризненно сказал он. – Это опасно.

– Ко мне должен прийти клиент, – ответила Майра.

– В этом городе много опасных людей, – заметил Кейн. Майра ожидала, что он уйдет к себе, но Кейн выдвинул из-за обеденного стола стул и уселся на него верхом.

– Да, я читала об этом.

Майра попыталась вернуться к работе, чувствуя, что лицо заливает краска смущения. Или возбуждения? В первых строчках она наляпала столько ошибок, что стерла все и напечатала заново, поблагодарив Бога, что Кейну с его места ничего не видно.

– Рад увидеться с тобой, – сказал он.

– Да, так получилось, что мы совсем не встречались, – проговорила Майра, как бы просто из вежливости подняв на него глаза, и снова склонилась над клавиатурой.

– А я думал, ты меня избегаешь, – с легкой иронией парировал Кейн. «Он меня дразнит», – подумала девушка.

– С чего бы мне нарочно избегать тебя?

– Не знаю. Я подумал, что, возможно, не нравлюсь тебе.

– Мы совсем не знакомы, – сказала Майра, не отрывая взгляда от текста, – и у меня еще не сложилось на этот счет определенного мнения.

– Неужели? А у меня такое чувство, что за мной постоянно наблюдают.

Майра посмотрела на Кейна. Что он хотел этим сказать? Или ему известно о ее ночных бдениях? Означало ли это, что он специально прогуливался по ночам голым? Или это означало, что... Что же он имеет в виду?

– Что ты имеешь в виду?

Она уткнулась в текст, боясь увидеть выражение лица Кейна, когда он ответит. Но он ничего не ответил. Майра слышала только позвякивание ключей у него в руке. Молчание затянулось, и Майра в конце концов вновь подняла глаза на Кейна.

Он явно ждал этого. Ирония мгновенно сошла с его лица, растворившись в самой теплой улыбке, какую Майре когда-либо приходилось видеть. Не просто теплой, а излучающей нечто, поразившее девушку в самое сердце. Она постаралась подавить вызванную этим ощущением дрожь.

И с изумлением поняла, что улыбается в ответ. Глаза Кейна тоже улыбались, он весь, казалось, лучился... Чем? Это сложно было определить: чем-то большим, чем простые очарование и теплота. Его взгляд приковывал. Майра несколько секунд не могла оторвать взгляда от его лица.

– Я надеялся, что мы сможем лучше узнать друг друга, – сказал Кейн.

– Зачем? – Глаза Майры мечтательно затуманились.

– Когда я впервые увидел тебя, я почувствовал нечто, в чем мне хотелось бы получше разобраться.

– Что ты почувствовал?

– Исходящее от тебя одиночество. Я увидел человека, у которого есть многое, что он мог бы подарить другому, но которому некому дарить свои сокровища. Может быть, мне это показалось, или, возможно, я принял желаемое за действительное, потому что сам ощущаю то же самое, и я просто приписал тебе собственные чувства.

Майра не нашлась, что сказать. Невозможно было лучше охарактеризовать состояние ее души. Что она могла на это ответить?

Взгляд Кейна на миг опустился, затем вернулся на ее лицо, и Майра внезапно осознала, что блузка по-прежнему не застегнута.

Загудел интерком, но не могла же она демонстрировать перед Кейном свою кособокую походку.

– Ответь, пожалуйста, – попросила Майра. – Это пришел мистер Хэнли. Просто скажи швейцару, чтобы он поднимался.

Кейн вышел в прихожую, Майра принялась лихорадочно застегивать пуговицы, но не успела она закончить, как Кейн почему-то вернулся.

– Почему бы тебе не отослать его? – спросил он.

– Отослать его? Зачем?

– Мне хотелось бы... еще поговорить с тобой.

«Он хотел сказать нечто совсем иное», – подумала Майра. Хотел? Или воображение вновь сыграло с ней злую шутку? А если он и правда имел в виду что-то совсем иное, чем простой разговор? Майра вдруг испугалась. Она красовалась перед ним в блузке, расстегнутой до пупа: естественно, он решил, что она предлагает ему себя. Так оно и было, заметила про себя Майра, не явно, но подспудно. Что, если он хочет отослать Хэнли, чтобы заняться с ней любовью? А если нет? Если – в худшем варианте – он действительно хочет просто поболтать на досуге от нечего делать? Первая перспектива неожиданно показалась Майре слишком пугающей, а вторая – чересчур досадной.

– Боюсь, я должна встретиться с ним. Он зайдет ненадолго, а после, если захочешь, мы поговорим, – предложила Майра и с сожалением увидела, что жар в глазах Кейна погас.

На его лице появилось вежливое выражение.

– Он счастливый человек, раз ты им так дорожишь. Говард не говорил мне, что у тебя есть друзья.

– Нет, нет, он мне не друг. – Майра подумала, что сказала это с излишней торопливостью. – Он всего лишь писатель и, мне кажется, довольно посредственный. Он добывает себе кусок хлеба, работая на правительство или что-то в этом роде.

В глазах Кейна загорелся огонек интереса, он внезапно остановился на пути в свою комнату.

– Он работает на правительство?

– Я так полагаю. Он пишет в свободное время, и думаю, это единственное, чем он занимается в свободное время.

– На какое правительство? Нью-Йорка?

– Думаю, на федеральное. Впрочем, я не уверена, но могу спросить у него.

Кейн застыл, словно его осенила какая-то мысль.

– Спроси, если подвернется такая возможность, – попросил он и тут же пояснил: – Мне всегда хотелось узнать, где писатели черпают вдохновение.

– Если хочешь, можешь остаться и расспросить его сам.

– Я не хочу мешать вашему разговору.

– Он наверняка будет польщен, – выдвинула новый аргумент Майра, подумав, что это наверняка будет первый раз, когда кто-то проявит интерес к мистеру Хэнли, если, конечно, не считать ее скромных попыток соблазнить беднягу.

– Нет, не стоит, – отказался Кейн. – Он, вероятно, и впредь намерен наносить тебе визиты.

– Это не обычный визит. Просто у него в последнюю минуту возникла необходимость что-то напечатать.

Лицо Кейна на краткий миг отразило колебание, затем приняло прежнее вежливое выражение.

– Оставляю это тебе, разговори его, – попросил он и скрылся в своей комнате.

Майра не слышала, чтобы щелкнул язычок замка, хотя дверь казалась плотно закрытой. Ее воображение снова разыгралось и, стремясь успокоиться, она принялась уговаривать себя: «Перестань, ты все придумала. Кейн вежлив с тобой, потому что видит в тебе только хозяйку дома, к которой нужно иногда подольститься, вот и все. А все остальное, говоря его словами, ты ему просто приписала, выдавая желаемое за действительное».