сколько у нее впечатлений было после тех выходных? Я уже подумывал ревновать начать….
- Да брось, ты ж ее знаешь, - отмахнулась Альбина. – Они вроде даже общий язык нашли….Ничего, еще встретимся и может даже на четверых….
- Буду рад знакомству, мелочь, и ты это знаешь, - рассмеялся Дима.
Однако воскресный вечер преподнёс Альбине малоприятный сюрприз – Артур не приехал и не позвонил. А когда она позвонила ему сама, трубка холодно ответила: «Аппарат абонента….»
Она тяжело опустила телефон на кровать, не зная, что думать. Всего неделю назад она была уверена в его чувствах. Вспоминала его слова в деревне, его теплую улыбку, его руку, сжимающую ее лицо, когда он говорил: "Я не собираюсь уходить из твоей жизни". Тогда ей казалось, что этого достаточно, чтобы пережить любые сомнения. Но теперь, сидя одна в пустой комнате, где единственным звуком было тиканье часов на стене, она чувствовала себя глупой, уязвимой, потерянной. Мамины слова — "Через пару недель его интерес начнет угасать" — снова всплыли в памяти, и на этот раз они звучали не как предупреждение, а как приговор.
Альбина судорожно сжала телефон, проверяя экран каждые пару минут, надеясь, что он вот-вот загорится его именем. Может, он просто занят? Может, телефон разрядился? Или проблемы на объекте? Она пыталась придумать оправдания, но каждое из них казалось все менее убедительным. В груди нарастала тревога, смешанная с обидой. Почему он не предупредил? Неужели она для него так мало значит, что он даже не подумал написать?
Она встала, прошлась по комнате, пытаясь отвлечься. Включила чайник, но тут же забыла про него, вернувшись к кровати и снова взяв телефон. Открыла их переписку, прокручивая его последние сообщения: "Держись, рыжик, ты крутая", "Скучаю, малыш". Они были такими теплыми, такими живыми — и теперь казались чем-то далеким, почти нереальным. Она написала ему короткое "Ты где?", но сообщение осталось без ответа, с одной серой галочкой, как насмешка.
Альбина легла на кровать, подтянув колени к груди, и закрыла глаза. Ей хотелось плакать, но слезы не шли — только пустота и холодное чувство, что она, возможно, ошиблась. Что, если мама была права? Что, если Артур действительно начал отдаляться, а она просто не хотела этого видеть? Вчерашний разговор с Димой, его поддержка, его слова о том, какая она сильная, теперь казались ей чем-то вроде утешительной сказки. Сильная? Тогда почему она чувствует себя такой маленькой и беспомощной?
За окном окончательно стемнело, и комната погрузилась в полумрак. Альбина лежала, глядя в потолок, и пыталась убедить себя, что завтра все объяснится. Что Артур позвонит, извинится, расскажет, почему не смог выйти на связь. Но пока эти мысли не приносили облегчения. Она сжала телефон, как талисман, и прошептала в тишину:
— Ну же, Артур… Просто позвони.
Утром на работе Артура тоже не было, что стало неприятным сюрпризом, но девушка старалась вида не подавать. Как старалась не замечать вопросительных взглядов коллег и чуть поджатых губ Ирины.
Альбина не знала, что думать, снова и снова нагружая себя работой, лишь бы не думать о том, что происходит.
Он позвонил в понедельник поздно вечером.
- Прости, Аль, - голос звучал устало. – Все пошло вообще не так, как я планировал…. Через жопу, если говорить коротко. Пришлось провести и выходные в этой заднице мира и сегодня целый день.
Облегчение, которое испытала Альбина при этих словах, сразу лишили ее желания ссориться или что-то говорить Артуру.
- Знаешь, я рада, что ты вернулся, - мягко ответила она. – Все сделал?
- Да, солнышко, завтра пообедаем?
- Конечно, - выдохнула девушка, ощущая, как в груди снова запылало счастливое солнце.
Но горело оно не очень долго. Не смотря на совместный обед, на котором Артур кратко рассказал о поездке, за неделю они так больше и не встречались нигде, кроме работы.
Напряжение внутри девушки нарастало.
К пятнице это заметила даже Ирина.
— Если ты так продолжишь, подсолнух, — сказала она как бы между делом, но с явной озабоченностью, — ты сгоришь.
Альбина, не отрываясь от экрана, где проверяла правки от юридического отдела, подняла брови.
— О чем это вы? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально.
Ирина фыркнула, опершись на край стола.
— Ты почти ничего не ешь, Аль. Работаешь так, словно тебе черти жопу подпалили. Уходишь последняя, приходишь первая. Не спорю, Ольга от счастья уже кипятком писает — твой блок у нее повод для гордости. Да и у меня работы резко уменьшилось, потому что ты все на себя тащишь. Но ты выгораешь, девочка. Что, мать твою, происходит? Ты на свидания бегать должна, а не здесь задницу просиживать! Поссорились, что ли?
Альбина замерла, чувствуя, как щеки начинают гореть. Она не ожидала, что Ирина, всегда такая строгая и деловая, заметит ее состояние, а тем более начнет задавать такие вопросы. Она хотела отмахнуться, сказать, что все в порядке, но взгляд Ирины — прямой, почти материнский — не оставлял шанса на отговорки.
— Нет, не поссорились, — пробормотала она, опуская взгляд на клавиатуру. — Просто… работы много. И… я не знаю…. – выдохнула она едва слышно.
- Пиздюк малолетний, - вдруг вырвалось у Ирины. – Пиздец ходячий!
Альбина даже подпрыгнула от этих слов – настолько было удивительно слышать мат от этой женщины.
- Ирина Александровна!
- Ладно, девочка, прости…. – женщина махнула рукой, потирая лоб. – Ничего я в этой жизни, видимо, не понимаю….. Иди пообедай, хотя бы…. Не знаю, ради меня!
В этот момент вдруг у Альбины зазвонил телефон, и она просияла, увидев на экране номер любимого.
- Ну слава богу! – вырвалось у Ирины. – Отвечай, чего ждешь?
Она отошла в сторону, позволяя Альбине нажать кнопку приема.
- Привет, рыжик, - услышала она знакомый, но усталый голос. – Какие планы на обед?
- Пока никаких, - Аля расцвела от его голоса.
- Тогда жду тебя в парке, рыжик. Там, где я этому Пашеньке рожу набил, прогуляемся?
- Конечно, - Альбина почти подскочила со стула, на ходу забирая сумку. Ее сердце пропустило удар от радости.
Она так ждала этой встречи, что готова была лететь к нему даже в рабочее время.
23
Он ждал ее на скамье, на которой больше месяца назад ее подкараулил Павел, и вдруг понимание этого укололо в самое сердце. Сидел, опираясь локтями на колени
