До самого вечера отряд не останавливался на отдых, даже ели и пили в седле. Я понемногу подпитывала тело магией, но к удивлению, вполне нормально себя чувствовала, и даже получила удовольствие от быстрой езды, когда ветер в лицо и ощущение полета. Может зря я раньше не ходила в походы. Дорога поселковая, окруженная густым лесом. Для ночлега нашли маленькую удобную полянку, поставили палатки похожие на шатры и развели костры для приготовления пищи. Кашеварили драгоны сами отказавшись от предложенной мной помощи. Портер тоже поставил довольно большой шатер для нас. После ужина я умылась в ручейке, который протекал неподалеку, но даже ледяная вода не помогла, в палатку буквально заползла, так резко навалилась усталость. Проснулась от того что внутрь завалился Матео и мне показалось от него несло сивухой.
— Ты пьяный. — Словно сварливая жена выдала я и прикусила язык. Матео увидел, что я не сплю расплылся в улыбке счастливого человека и полез целоваться, оставаясь одной ногой в штанине.
— Да ты не просто пьяный, — воскликнула я, отбиваясь от перегара, — вдрызг напился, маги же не пьянеют, — выдала всем известную истину.
— Пьянеют, — выдало это чудовище, — редко, и только от драгоновых яггод.
Портер еще несколько раз трепыхнулся и захрапел
— Капец. — Ошарашено уставилась я на полуодетого мужчину. Потом вздохнула, стянула с него остатки верхней одежды оставив, нижнее тонкое и закатив на приготовленное ложе, укутала тонко выделанной шкурой. Под его мерное дыхание я опять быстро заснула. Утром на месте Портера не оказалось, когда я вылезла на свет увидела, что мужчины собрались кругом и о чем — то громко спорят. Как оказалось, Райян хотел ехать по дороге, которая вела сразу в Дикий лес, а Матео отказывался, потому что если за нами следят, то сразу поймут куда мы направляемся. Победил конечно Матео, хотя остальным драгонам самоуправство мага не понравилось. Позавтракав чуть подгоревшей кашей, мы опять тронулись в путь. За день ничего интересного не случилось, лишь вдалеке мелькнула деревушка, в которую решили не заезжать, чтобы лишний раз не светить мной в отряде.
Погода была просто прекрасной. Выпавший за ночь пушистый снежок укрывал деревья нарядными шубками, легкий морозец чуть охлаждал щеки. Зима по нашим российским меркам была теплой, хотя этрейцы зябко кутались в теплые плащи. Перехватив мой взгляд Дима хмыкнул, ему холод был не почем, даже капюшон откинут назад и руки без перчаток. Я всё — таки руки держала в тепле, да и вожжи натирали нежные руки.
Десять дней дороги прошли быстро и как — то незаметно. Ландшафт так и не сменился все тот же лес и дорога, попутчики к концу пути немного обтесались и много переговаривались, а я люблю слушать различные байки, поэтому скучно не было. Ночевали мы все так же с Матео, и он вел себя как джентльмен, уходил рано, приходил поздно, то есть переодевалась я спокойно. Единственным неудобством было невозможность полностью помыться, в ледяных речках и ручейках в которых плавал тонкий ледок много не намоешься, даже если подогревать воду. А вот сегодня будет блаженство, на пути стоял простенький трактир. Людей в нем было немного, пара торговцев эльфов, что везли свой товар в Каинор и семейная пара оборотней с мелкими детишками. Наша шумная толпа быстро заполонила весь зал трактира, и разобрала комнаты, которых, впрочем, все равно не хватило всем, поэтому селились по двое и по трое. Мне же как единственной представительнице прекрасного пола, была отдана целая спальня, в которую сейчас слуги бодро затаскивали бочку для мытья. От мечтаний, как я буду мыться в теплой воде и целиком, у меня стала зудеть вся кожа. С нетерпением ждала, когда наносят воды и чуть ли не вы пнула служанок, которые пытались помочь мне мыться. Сидела я в бочке до последнего даже несколько раз подогревала, но все хорошее, когда ни будь заканчивается. Когда я уже расчесывала и сушила волосы в комнату без стука зашел Матео и без лишних слов стал раздеваться. Я открыла рот чтобы возмутится, но этот невозможный мужчина, одним щелчком подогрел воду и сверкая пятой точкой с блаженством погрузился в бочку, так, что плеснуло на пол.
— Дорогая, мне нужна твоя помощь, — довольно сказал он, — потри мне спинку.
— Это что единственная бочка на весь трактир? — Проигнорировала я его слова.
— Нет, вторая, но на первую такая очередь, что я решил не ждать и пойти к тебе. Ну так как потрешь мне спину? — Кивнул он на мочалку из сплетенной сухой травы. Не сказать, чтоб я была против, сегодня решила не противится его настойчивости, если конечно та настойчивость будет, поэтому демонстративно вздохнув собрала еще сырые волосы в хвост и подошла к Портеру. Тот привстал и оперся руками на край бочки чтобы мне было удобно и замер тяжело дыша. Мыть мужчину оказывается приятно, особенно если он, красив и возбужден. Начиная от шеи, я постепенно спускалась вниз мягкими круговыми движениями скорее лаская белую, как мрамор кожу. Это даже не справедливо, почему он так идеален, мелькнула в затуманенном мозгу и тут же улетучилось, потому что Портер встал во весь рост позволяя мне намывать не только спину, но и то чем она заканчивается, а ведь он еще повернется. Я глубоко вздохнула и снова зачерпывала мягкое пахнущее травами мыло и размазывала его по крепкой заднице. Это мучении не продлилось долго, когда я смыла мыльную пену со спины, Матео все — таки повернулся лицом, на которое я, впрочем, не смотрела. Видимо мое расшатавшееся либидо дошло до придела, потому что я даже не поняла, как оказалась на твердой кровати, голая и рычащая какие — то непристойности. Потом было все как в тумане, мне кажется я даже кусалась… кошмар, вот что с женщинами воздержание творит.
Утром я проснулась бодрая и добрая, мягко потянулась и повернулась к обнимающему меня мужчине, который кстати еще сопел, представая в каком — то трогательном виде. Я нахмурилась быстро просканировала себя на предмет различных заклинаний и приворотов, потом со вздохом поняла, что просто влюбилась. Вот же черт, как не вовремя. Матео почувствовал взгляд и проснулся, с секунду смотрел на меня мутным взглядом, потом его зрачки расширились и вот я уже лежу на спине. Возбуждаюсь мгновенно, что даже пугает. Портеру хватает лишь лизнуть один сосок, и я выгибаюсь от
