Однако это было именно так. Инженер Альсид Пьердэ был прав. Вот почему, обнаружив ошибку в последнюю минуту, когда уже не было времени сообщить о ней всему человечеству, этот чудак и был совершенно спокоен вопреки всеобщему смятению. Вот почему в тот миг, когда у гор Килиманджаро раздался выстрел, он спокойно пил вино за здоровье старого мира.
Да! Три нуля были пропущены в числе, выражающем длину земной окружности!..
Внезапно Дж. Т. Мастону пришло на ум одно воспоминание. Это случилось в самом начале его работы, когда, замкнув дверь своего кабинета в Баллистик-коттедже, он старательно выписывал на черной доске число 40 000000...
Вдруг раздается нетерпеливый телефонный звонок... Дж. Т. Мастон подходит к аппарату... Обменивается несколькими словами с миссис Эвенджелиной Скорбит... Удар грома... Молния повергает его наземь и опрокидывает доску... Он поднимается...Он снова берет мел, чтобы восстановить число, полустертое при падении доски. Едва он успевает вывести «40 000...», как звонок раздался вновь... и, опять принявшись за работу, он забывает приписать три последних нуля к числу, выражающему длину окружности земного шара!
Вот как! Значит, всему виной миссис Эвенджелина Скорбит! Если бы не ее звонок, Мастон, вероятно, и не был бы задет электрическим разрядом! И тогда молния не сыграла бы с ним такой подлой шутки, из-за которой он теперь опозорен на всю жизнь, - он, чьи вычисления всегда были безупречны.
Каким ударом это было для бедной женщины, когда Дж. Т. Мастон сообщил ей, отчего произошла ошибка. Да, она виною несчастья! Из-за нее Мастону предстоят долгие годы бесчестия; ведь члены почтенного Пушечного клуба умирали не иначе как столетними стариками.
После этого разговора Дж. Т. Мастон убежал из особняка в Нью-Парке. Он вернулся в Баллистик-коттедж. Он шагал по своему рабочему кабинету, приговаривая:
- Теперь я не гожусь больше ни на что!
- Даже на то, чтоб жениться? - послышался голос, полный душераздирающей печали.
Это была миссис Эвенджелина Скорбит. Потрясенная, вся в слезах, она пришла к Дж. Т. Мастону.
- Дорогой Мастон!.. -начала было она.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ, очень короткая, но успокоительная для будущего всего мира
Пусть обитатели Земли не тревожатся больше! Председатель Барбикен и капитан Николь не примутся больше за свое так плачевно окончившееся предприятие. Дж. Т. Мастон не будет больше делать никаких - даже вполне правильных - вычислений. Это был бы напрасный труд. В своей заметке Альсид Пьердэ говорил правду. По законам механики, чтобы сместить земную ось на 23°28' хотя бы и с помощью мели-мелонита, нужен триллион пушек, подобных той, которая была выдолблена в толще Килиманджаро. Им не уместиться на нашей планете, даже если бы ее поверхность вся состояла из суши.
Итак, обитатели земного шара могут спать спокойно. Человечеству не под силу изменить условия, в которых происходит движение Земли: людям не переделать порядок, установленный создателем в строении вселенной.
1889 г.
Пловучий остров
Перевод с французского Е. Лопыревой и Н. Рыковой под редакцией Б. Вайсмана
Иллюстрации художника П. И. Луганского
Собрание сочинений в 12 т. Т. 10., М., Государственное Издательство Художественной Литературы, 1957
Часть первая
ГЛАВА ПЕРВАЯ Концертный квартет
Если путешествие началось плохо, редко бывает, чтобы оно хорошо кончилось. Во всяком случае, такого мнения могли бы с полным основанием придерживаться четверо музыкантов, чьи инструменты валяются сейчас на земле. В самом деле, карета, в которую им пришлось пересесть на последней железнодорожной станции, внезапно опрокинулась на косогоре.
- Раненых нет?.. - спрашивает первый из них, быстро вскакивая на ноги.
- Я отделался царапиной, - отвечает второй, потирая щеку, порезанную осколком стекла.
- А я - ссадиной, - говорит третий, у которого на ноге проступило несколько капель крови.
В общем, все это пустяки.
- А моя виолончель?.. - восклицает четвертый. - Только бы с виолончелью ничего не случилось.
К счастью, футляры инструментов в полной сохранности. Ни виолончель, ни обе скрипки, ни альт не пострадали, разве что придется их заново настроить. Ведь эти инструменты сработаны лучшими мастерами!
- Проклятая железная дорога! Так подвела нас на полпути!.. - говорит один.
- Проклятая карета! Вывалила нас в таком пустынном месте!.. - отвечает другой.
- И как раз, когда надвигается ночь, - добавляет третий.
- Хорошо, что наш концерт назначен только на послезавтра! - замечает четвертый.
И потешаясь над собственной неудачей, наши музыканты изощряются в самых забавных шутках. Один из них, по обыкновению использующий в своих остротах музыкальные выражения, изрекает:
- Не дурно было бы транспонировать наш квартет в другую... карету!
- Пэншина, перестань! - прерывает его один из товарищей.
- Начинаем в миноре, - не унимается Пэншина.
- Да замолчишь ли ты наконец?..
Но Пэншина осмеливается добавить:
- ...И насколько я понимаю, в скрипучем ключе!
Путешествие и в самом деле шло со скрипом и осложнениями, в чем читатель скоро сам сможет убедиться.
Все это сказано было по-французски, но могло быть произнесено и на английском языке, ибо члены нашего квартета благодаря частым разъездам по англосаксонским странам владеют языком Вальтера Скотта и Купера, как своим родным. Вот почему к своему вознице они обращаются по-английски.
Бедняга пострадал больше всех, потому что, когда сломалась передняя ось, он сорвался с козел. Впрочем, он отделался ушибами не очень серьезными, но довольно болезненными. Однако из-за вывиха ноги он не в состоянии передвигаться. Значит, необходимо найти какой-нибудь способ доставить его в ближайшее селение.
И право же, просто чудо, как все остались живы. Дорога извивается в гористой местности, то над глубокими пропастями, то вдоль шумных потоков, которые порою с большим трудом приходится переезжать вброд. Если бы передняя ось сломалась при спуске, можно не сомневаться в том, что карета опрокинулась бы в пропасть, прямо на торчащие в ее глубине скалы, и тогда едва ли кому-нибудь из путешественников удалось бы остаться в живых.
Как бы там ни было, но карета пришла в негодность. Из двух лошадей одна, ударившаяся головой об острый камень, хрипит на земле. Другая получила довольно тяжелую рану в бедро. Итак, ни экипажа, т лошадей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
