Читаем без скачивания Жена пРезидента - Ева Ланска

– Купить? – удивился парень, словно они беседовали не в магазине, а в музее. – Ну, вы знаете, девушка, она не продается. Это мой личный, так сказать, трофей, талисман, что ли. Посмотрите что-нибудь другое.

– Ну пожалуйста. Я хочу сделать подарок мужу на день рожденья. Он увлекается музыкой и очень любит Рея Чарльза. Он был бы в восторге от такого подарка.

– Девушка, извините, я уже объяснил. Мне очень жаль, но этот плакат не продается. Могу предложить другой. Он более поздний и без автографа, но в художественном и полиграфическом смысле более удачный, на мой взгляд. Вот смотрите. – Он положил на прилавок другой плакат с изображением Рея Чарльза, цветной, более качественный и не такой затертый.

Но Саша даже не взглянула на него. Она держала в руках первый плакат и не могла его отпустить. Да, ветхий, черно-белый, не слишком хорошего качества, но от него шло что-то такое…

– Пожалуйста, Николай… – еще раз попросила она.

– А чем занимается ваш муж? – возник рядом голубоглазый хозяин.

– Он… политик. Начинающий. Создал партию «Молодые патриоты России». Он очень многое может сделать для людей. И хочет. Я горжусь им…

– Понятно, – перебил ее, улыбнувшись, хозяин. – Коль, отдай плакат, я тебя прошу. Ну сколько ты будешь над ним трястись? Такая вещь должна служить хорошим людям или человеку, который хочет служить хорошим людям. Девушка оставит нам свой телефон, и ты сможешь позвонить и спросить, как там твой талисман поживает, хорошо ли его кормят.

Коля всем своим видом выражал сомнение. Хозяин похлопал парня по плечу и повторил:

– Отдай, отдай. Так будет правильно.

Коля пожал плечами и проговорил, еще больше нахмурившись:

– Ладно. Если Олег Иваныч просит…

– Спасибо! – просияла Саша. Забытое чувство детского восторга заполнило ее с ног до головы. Даже сердце забилось сильнее.

– А телефончик? – засмеялся хозяин.

– Да-да, конечно! – Саша записала номер на клочке оберточной бумаги, совсем забыв, что у нее есть визитки. – И спасибо вам огромное!

– Счастья вам, барышня! Заходите к нам! – Хозяин, улыбаясь, кивнул и чуть поклонился на прощание.

Глава 30

После посещения магазинчика «УДАЛИ» Сашу не покидало замечательное настроение. Еще полчаса она потратила на то, чтобы подобрать рамку для плаката и красиво упаковать его. Представляя, как обрадуется подарку муж, она вернулась к машине и разбудила дремавшего водителя.

– Теперь куда? – тут же проснулся он.

Саша назвала адрес, где должна была состояться встреча с неким партийным функционером.

– Это совсем рядом, если на бульваре нет пробки, – почесал затылок Женя.

– Ну и поехали.

Водитель осторожно включил «Коммерсант FM» до поступления других распоряжений по поводу музыкального сопровождения и завел двигатель.

Партийного функционера звали Валерий Сергеевич Шток. Инициатива встречи с ним принадлежала Саше. Два дня назад она позвонила его секретарше и объяснила, «как ее представить и по какому она вопросу». Это хотят знать исключительно все секретари.

Металлический женский голос обещал «проинформировать Валерия Сергеевича» и сообщить о его решении в ближайшее время. «Ближайшее время» настало через пятнадцать минут.

Секретарша перезвонила, радостно объявив, что Валерий Сергеевич назначил время для встречи и просил передать, что если предложенное время не устраивает, он готов «подстроиться под график Александры Анатольевны». Так и сказала: «Готов подстроиться». От металла в секретарском голосе не осталось и следа. Он сделался мягким, как тряпочка для протирки очков, выражал максимально возможный позитив, стараясь передать без искажений открытость шефа к новому знакомству. Хорошие секретари как собаки, всегда правильно чувствуют настроение хозяина.

Саша была тронута таким вниманием к своему предложению со стороны занятого чиновника и удивлена столь нетипичной реакцией для функционера такого ранга. Знакомы они были только заочно. Она знала, что Валерий Сергеевич играет не последнюю роль в деятельности нескольких политических партий, основной задачей которых было перетягивать на себя одеяло в политической игре. Ходили слухи, что одну из них он собирается возглавить.

Ей давно хотелось встретиться с ним лично, чтобы минимум – завязать полезное знакомство и максимум, на который она не слишком рассчитывала, – убедить его объединиться к предстоящим выборам, поскольку гораздо продуктивнее выступать единым фронтом, а не рассеивать внимание избирателей на множество непонятных названий и невнятных программ. В этом она была убеждена и надеялась убедить собеседника.

На бульваре естественно образовалась пробка. Ее не могло не быть во второй половине рабочего дня. И даже хорошо, что она была. Иначе Саше пришлось бы куда-нибудь девать лишних двадцать – тридцать минут. Ни туда, ни сюда.

Впрочем, езда мелкими толчками в пробке со скоростью кашляющего пешехода тоже не сильно скрашивала время, остававшееся до встречи. «Интересная фамилия – Шток, – рассуждала про себя Саша, чтобы убить время. – Ну куда в политику с такой фамилией? Еврейская, что ли? “Нет такого предмета, который не послужил бы еврею фамилией”, – вспомнила она расхожую шутку. – Нет, скорей немецкая. И все равно. “Голосуйте за Штока!”, “Што сказал Шток в последнем интервью…”, “На трибуне Шток, на флагштоке – флаг”, – мастерила она нелепые фразы, которые могли бы появиться в прессе. – Дело не в фамилии, конечно, но то ли дело “Добродел”…» – Она улыбнулась и посмотрела на часы.

– Доехали. Слава-те, – скрывая раздражение, буркнул водитель. – Не опаздываем?

– В самый раз, – ответила Саша и вышла из машины.

Секретарша с металлическим голосом, умеющим превращаться в мягкую тряпочку для протирки очков, оказалась модельного вида девицей с приклеенной белозубой улыбкой. Белые зубы были окаймлены красивыми красными губами. Все остальное тоже было ярким и красивым.

– Александра Анатольевна, добрый день. Валерий Сергеевич ожидает вас. Проходите, пожалуйста. Вот сюда, – проговорила она, ни разу не сомкнув красных губ.

Девушка открыла перед Сашей дубовую дверь в кабинет, отделанный такими же дубовыми панелями. Из-за стола навстречу гостье, улыбаясь, вышел мужчина и протянул руку. Ему было не больше тридцати двух – тридцати пяти лет. Брюнет, гладкая кожа, строен, подтянут, хороший костюм. Саша не ожидала, что он окажется так молод и будет выглядеть вот так… Она видела его на фото. Но почему-то все равно не ожидала…

– Здравствуйте! Очень рад нашей встрече, Александра Анатольевна, – произнес он мягким, приятным голосом. – Я много о вас слышал. И не скрою, был приятно удивлен, узнав, что вы собираетесь нанести мне визит. Надеюсь, решение вопросов, которые привели вас ко мне, нас с вами только сблизят. В самом хорошем смысле этого слова. – Он снова улыбнулся, и Саша заметила, что он слегка нервничает.

Легкий румянец на безупречной смуглой коже и блеск темных глаз, немного излишний для деловой встречи, говорили об этом.

Ответив на его приветствие, Саша перешла к сути вопроса. Она изложила свои взгляды честно и искренне. И так же искренне объяснила свою позицию по поводу идеи объединения, с которой она, собственно, и пришла. Он слушал внимательно, не перебивая, изредка опуская глаза и рисуя что-то ручкой в углу чистого листа бумаги, лежащего на столе перед ним. Когда она закончила, он спросил:

– Для чего вы идете в политику, Александра Анатольевна? Это же не женское дело. Грязное и неблагодарное. Не все мужчины справляются. А вы такая хрупкая, красивая…

Для чего она идет в политику? Саша вдруг поймала себя на мысли, что еще ни разу не задавала себе этот вопрос и, соответственно, не отвечала на него. Потому что ОНА в политику еще не шла. В политику шел муж. А она лишь помогала мужу. Помогает. И будет помогать. Она вспомнила свою «политическую мантру», которую читала мужу: «Ты волевой человек, ты порядочный, ты материально независим, ты можешь сделать очень многое для страны. Ты сможешь действительно изменить нашу жизнь, у тебя нет никаких других мотивов не заниматься этим, потому что ты патриот, потому что христианин, ты человек с твердыми принципами, ты силен интеллектуально и морально, ну кто, если не ты…» Она повторяла ему это сотни раз. А сама? Кто она сама? Неужели лишь ноль при единице? Нет. Она и сама уже что-то собой представляет! И в этом не может быть никаких сомнений! Она уже не просто жена, женщина, «хрупкая и красивая»…

– Хотя… Я видел вас в «Рэдиссон Славянская». Вы производите впечатление… – добавил Валерий Сергеевич, словно желая поддержать Сашу в ее мыслях.

– Спасибо, – ответила она решительно. – Но хрупкая не означает беспомощная, как и красивая не синоним бесцельная. Против этой лексической конструкции у вас нет возражений? – Саша улыбнулась, и он в ответ сделал то же самое помимо своей воли. – Вот вы, Валерий Сергеевич… Вы состоялись как бизнесмен, как руководитель, как человек и идете в политику по зову сердца, а не из желания набрать себе очки. Почему вы не предполагаете похожих стремлений, как вы сказали, у хрупкой, красивой женщины? Эта женщина живет с вами в одной стране, и ей не все равно, что с этой страной будет дальше. К сожалению, подобные слова уже звучат как проплаченный пиар, тем не менее это так. Я иду в политику, чтобы иметь бóльший ресурс и бóльшие возможности изменить жизнь людей в своей стране и, соответственно, свою собственную. То, что я могу сделать, опираясь на партию, имея возможность принимать решения, несоизмеримо больше того, что я могу сделать своими силами, как отдельно взятая хрупкая женщина.