Читаем без скачивания Государство страха - Майкл Крайтон

Кеннер сделал паузу, затем продолжил:

— Погода для вертолетов неподходящая, а потому придется ехать на снегоходах. До лагеря около семнадцати миль. Снегоходы доставят нас туда за два часа. Погода на улице почти идеальная для весны в Антарктиде, температура минус двадцать пять по Фаренгейту. Так что собирайтесь. Вопросы есть?

Эванс взглянул на часы.

— Но ведь вроде бы скоро стемнеет?

— Здесь ночи короткие, особенно весной. Светло практически весь день. Единственная проблема, — тут Кеннер снова постучал по карте, — придется пересечь щелевую зону, вот здесь.

ЩЕЛЕВАЯ ЗОНА

— Щелевая зона? — переспросил Джимми Болден, пока они шли к ангару, где стояли снегоходы. — Да ничего такого особенного. Просто надо быть повнимательней, вот и все.

— И все же, что это такое? — спросила Сара.

— Ну, это зона, где земля подвержена воздействию горизонтальных сил натяжения. Примерно как в Калифорнии, только там это приводит к землетрясениям, а здесь во льду образуются расселины. Трещины такие глубокие. И их очень много.

— И нам придется через них перебираться?

— Это не проблема, — ответил Болден. — Два года тому назад построили дорогу, она помогает безболезненно пересечь эту зону. Все трещины и расселины на этой дороге заделаны.

Они вошли в ангар из гофрированного железа. Эванс увидел выстроившиеся в ряд машины с красными кабинами и тракторными гусеницами.

— Это и есть снегоходы, — сказал Болден. — Вы с Сарой поедете в одном, доктор Кеннер — во втором. Я в третьем буду прокладывать путь.

— А почему нельзя всем ехать в одном?

— Обычная мера предосторожности. Вес снижен, и это положительно влияет на проходимость. Вы же не хотите, чтоб ваш снегоход рухнул в расселину.

— Но вроде бы вы говорили, что там проложена дорога и все расселины на ней заделаны?

— Так оно и есть. Но дорога проложена по ледяному полю, а лед перемещается со скоростью примерно два дюйма в день. А это в свою очередь означает, что дорога тоже движется. Да не волнуйтесь вы, границы дороги помечены флажками. — И Болден уселся в один из снегоходов. — Так, теперь позвольте мне хотя бы в общих чертах познакомить вас с устройством этой машины. Управляется так же, как и обычный автомобиль: вот здесь замок зажигания, здесь ручной тормоз, переключатель скоростей, рулевое колесо. Печь приводится в действие нажатием вот этой кнопки. — Он показал. — Держите ее включенной все время, что будете ехать. Тогда температура в кабине будет поддерживаться на уровне десяти градусов выше нуля. А вот этот оранжевый сигнальный огонек на приборной доске — ваш маяк. Включается нажатием вот этой кнопки. Включается также автоматически, если отклонение от горизонтали составляет свыше тридцати градусов.

— Вы хотите сказать, если мы будем падать в расселину? — спросила Сара.

— Этого не случится, поверьте мне, — ответил Болден. — Я просто знакомлю вас с машиной. Прибор транслирует код данного транспортного средства, чтобы мы могли приехать и найти вас. Если по какой-либо причине вам понадобится помощь, знайте, она подоспеет приблизительно через два часа. Еда хранится вот тут, вода — здесь; запасы рассчитаны на десять дней. Здесь аптечка, там, кстати, есть морфий и антибиотики. Тут огнетушитель. Экспедиционное оборудование в этом ящике, всякие там веревки, карабины, обувь на шипах. Спальные мешки лежат вот тут, причем заметьте, они не простые, а с подогревом, снабжены мини-нагревателями, в них можно заползти и продержаться с неделю. Ну, вот вроде бы и все. Общаемся мы по радио. Громкоговоритель в кабине. Микрофон закреплен над ветровым стеклом. Устроен по принципу голосового активатора, ничего нажимать не надо, просто говорите, и все. Понятно?

— Так точно, — ответила Сара и влезла в кабину.

— Тогда в путь. Вам тоже все ясно, профессор?

— Да, — сказал Кеннер и уселся в кабину соседнего снегохода.

— Ладно. Только помните, температура за пределами снегохода составляет минус тридцать. Лицо и руки должны быть защищены от мороза. Любой открытый участок кожи подвержен быстрому обморожению. Пять минут — и вы можете потерять эту незащищенную часть тела. И мне бы не хотелось, чтоб вы, ребята, вернулись домой, недосчитавшись пальца руки или ноги. Или, еще того хуже, носа.

Болден направился к третьей машине.

— Едем гуськом, — сказал он. — Дистанция должна составлять три длины снегохода. Держите ее, старайтесь не приближаться, но и ни в коем случае не отставить. Если начнется буран и видимость упадет, держим ту же дистанцию, только сбавляем скорость. Ясно?

Все дружно закивали.

— Тогда вперед.

В дальнем конце ангара со скрипом поползла вверх металлическая дверь. В глаза ударили яркие лучи солнца.

— А денек у нас, похоже, выдался чудесный, — весело произнес Болден. И, выпустив клуб вонючего выхлопного газа от дизельного топлива, вывел свой снегоход на снежные просторы.

Снегоход отчаянно подпрыгивал на кочках. Ледяное поле, издали казавшееся таким плоским и ровным, на деле оказалось почти непроходимым из-за бесчисленных неровностей, продолговатых впадин и пологих торосов. Эвансу казалось, что он в лодке, которую так и шныряет из стороны в сторону на высоких волнах. Вот только море это было замерзшее, и продвигались они по нему медленно.

Руки Сары лежали на руле, она довольно уверенно вела снегоход. Эванс сидел рядом, обеими руками вцепившись в приборную доску, чтобы хоть как-то сохранить равновесие.

— Какая у нас скорость?

— Около четырнадцати миль в час.

Эванс тихо ойкнул: машина зарылась носом в короткую траншею, затем вынырнула.

— И нам предстоит трястись вот так целых два часа?

— Да, так они сказали. Кстати, ты проверял эти материалы с распечатки Кеннера?

— Да, — тихо ответил Эванс.

— И они сфабрикованы?

— Нет.

Шли они третьими. Перед ними маячил снегоход Кеннера, Болден возглавлял колонну.

В радио что-то щелкнуло, зашипело, затем послышался голос Болдена.

— О'кей, — сказал он. — Мы входим в щелевую зону. Соблюдайте дистанцию и старайтесь придерживаться дороги, помеченной флажками.

Эванс не заметил никакой разницы — все то же поле льда, поблескивающее под солнцем. Однако по обе стороны дороги действительно тянулись красные флажки. Закреплены они были на шестах высотой в шесть футов каждый.

Они ехали все дальше, и Эванс высматривал по краю дороги расселины. И вскоре стал их различать. Там лед имел темно-голубой оттенок, и еще казалось, он слегка светится.

— Какая у них глубина? — спросил он.

— Самая глубокая из нами обнаруженных достигала километра, — ответил по радио Болден. — Отдельные достигают тысячи футов. Ну а большинство не больше ста футов.

— И все они имеют такой цвет?

— Да, но только не советую приближаться, чтобы рассмотреть получше.

Несмотря на самые суровые предупреждения, они благополучно пересекли ледяное поле, флажки остались позади. Теперь слева тянулась пологая гора, над ней низко стлались белые облака.

— Это Эребус, — пояснил Болден. — Действующий вулкан. Видите, из кратера на вершине валит пар. Иногда он выплевывает куски лавы, но дальше дело не заходит. А Террор считается недействующим вулканом. Вон он, видите, впереди. Невысокая гора.

Эванс был разочарован. Само название — гора Террор — предполагало нечто грозное и страшное. Но там, куда указывал Болден, виднелся лишь пологий холм с темными каменистыми скоплениями в верхней части. Если б Болден не показал, он вообще не обратил бы внимания.

— Почему ей дали такое имя? — спросил Эванс. — Ничего страшного в ней нет.

— Внешний вид здесь ни при чем. Первые объекты местности Антарктиды получали названия в честь обнаруживших их кораблей, — пояснил Болден. — Очевидно, один из них и носил это грозное название, «Террор».

— А где лагерь Брюстера? — спросила Сара.

— Увидим уже через минуту, — ответил Болден. — А вы приехали сюда с какой-то инспекцией, да?

— Верно, — ответил Кеннер. — Мы из международного инспекционного агентства. И у нас задание: убедиться, что ни один из исследовательских проектов США не нарушает международные соглашения по Антарктиде.

— Вон оно как…

— Доктор Брюстер появился здесь так внезапно, — продолжал Кеннер. — Даже не успел представить план своих научных работ нам на одобрение. Вот мы и решили посмотреть на месте. Обычная рутинная проверка.

Еще несколько минут они в молчании тряслись по ледяным кочкам. Никакого лагеря видно не было.

— Да… — протянул Болден. — Возможно, он перенес его в другое место.

— А какого рода исследования он планировал проводить? — спросил Кеннер.