Оленёнок, не высвобождая ладони из его руки, снова умудрилась подарить ему ласку. Её вербальные сигналы несли в себе куда больше смысла.
– Я не могу пока так. Жить, не оглядываясь на других.
– С другими считаться надо. Я немного не о том.
– Я поняла тебя, – она облизнула губы. – Но я сейчас о ситуации, в которой оказалась. Точнее, оказались мы. Нет, всё же я. Можно я про себя скажу?
– Нужно.
Фаине стоит сказать ещё спасибо и за то, что она вскрыла Раю. Сделала то, что ему не удавалось. Правда, он особо и не прикладывал усилий, считая, что время есть. Что не стоит давить на Раю.
Ей и так через многое пришлось переступить.
То, что Фаина заново поднимет тему развода, Давид даже не сомневался.
Особенно теперь. Он подозревал, что она даже его в известность не поставит. Что-нибудь отчебучит, связи поднимет. С неё станется.
Впервые с того дня, как он признал себе, что Фаина скоро уйдёт из его жизни, мысль о разводе не доставила ему оглушающей боли. Скорее, нахлынула тоска.
За неделю ситуация в едва ли не классическом, казалось бы, любовном треугольнике изменилась кардинально. Давид не зря сказал Рае, что она может – опять же, при желании – нести ответственность лишь перед собой и близкими людьми. Никто не знает, какие обстоятельства толкают людей на те или иные поступки. Картинка, представляемая сторонними непосвященными людьми, у всех будет разной.
Он с удовольствием послушает, что скажет Рая. Взглянет на их отношения её глазами. Пройдет её тропой…
– Первой моей реакцией на тебя был страх. Сейчас, оглядываясь назад, я не могу поверить, что поехала с тобой. Тот вечер для меня до сих пор, как во сне. Точнее, я его часто вспоминала, но до нашей второй встречи.
– Хм… Ну хоть сейчас ты осознала, что поступила опрометчиво. Тебе надо было хотя бы записать номер машины и адрес, куда я тебя привёз.
– Я не об этом, – поспешно прервала она, дотрагиваясь указательным пальцем до его губ, показывая, чтобы он не перебивал её в дальнейшем.
Выпить бы…
Давид решил, что если встанет и нальет себе, спугнёт Раю. У неё настроение пооткровенничать – он тоже не против.
Его маленькая… Его Оленёнок…
– Я всё знаю. И мне на самом деле с тобой повезло. Но тогда я и подумать не могла, что увязну в отношениях с женатым человеком. Понимаешь?.. Для меня мужчины с кольцом на пальце всегда были табу. А к тебе тянуло.
Окунувшись в прошлое и точно не веря, что прошла через известные им обоим события, Рая мотнула головой, прогоняя наваждение.
– С такой силой, что… Я растерялась... И ты!.. Это ты во всём виноват. Я поняла… Да-да, ты!
В её глазах снова заблестели слёзы. Раю тоже штормило, как и его. Он достал из кармана небольшой платок и, ничего не говоря, дотронулся им до её щёк.
– Ты делал всё, чтобы перед тобой невозможно было устоять…
– Разве это плохо – когда мужчина присваивает женщину?
Рая шумно вздохнула.
– Самое дурацкое, я верила тебе. Вот тут, – она коснулась сердца, потом виска. – И тут. Такое может быть?
– Может. Когда человеку доверяешь на уровне инстинкта. Знаешь, что не обманет, не подведёт.
– Ты не обманешь и не подведёшь…
– Не подведу…
Он не выдержал и коснулся её губ. Сил никаких не осталось.
Пусть она рядом. Близко-близко. А мало… Всего мало. Её дыхания, чувств. Прикосновений. Раствориться бы в ней и забыться.
– Что тебе сказала Фаина? – он не мог не задать этот вопрос.
– Что отпустила тебя. Давно… И что вы не живёте как муж и жена.
Утаив основное, Рая отвела взгляд, пряча то, что могло её выдать с головой. Но Давид успел поймать её за подбородок и заставил посмотреть в лицо.
– И всё?
– Ещё сказала, что больна. И что ты отказываешься с ней разводиться.
– Зараза она, – улыбнулся он, скользя губами по губам Раи.
– Ты бы мне не сказал? О болезни жены.
– Сказал бы. Наверное… Рая, не знаю. Не буду врать. Правда… Нормы морали требуют, чтобы я развёлся с женой, потому что у меня появилась ты. Я люблю тебя – это факт. И, наверное, правильнее будет развестись с Фаиной, переведя тебя в заслуженную зону комфорта. Этого требуют и твои родители, – тут горло свело, и он прокашлялся. Перед глазами встало счастливое лицо Фаины, когда она шептала, что её дочка жива. – Ни одна мать не даст дочери благословение жить с женатым мужиком. А я хочу, чтобы ты была счастлива. Поэтому будем решать.
– Я не настаиваю, – быстро встрепенулась Рая, но глаза выдали.
Пусть она говорит вслух одно, но девичье сердечко просит другое.
И он даст ей всё.
Предложение сделает. И детей они родят…
Двух. Или трёх.
– Кстати... – протянул он, поглаживая спину Раи. – Тебя не смущает наша разница в возрасте?
– А должна?
– Мне будет пятьдесят. Тебе тридцать четыре.
– Давид, ну перестань… Я только-только разоткровенничалась, а ты…
– С пути истинного сбиваешь?
– Угу.
Она протянула руки и забрала его ладонь в свои. Сжала, через прикосновения передавая то, что не могла выразить словами. Ему пока и не требовалось. Придёт время, и они скажут.
Много слов…
– Мы в ресторан так и не попали.
– А очень надо?
Рая устроилась у него на груди. Они сидели на диване. Включили плазму, хотя никого из них особо не интересовало, что происходит на экране. Скорее для фона, чтобы тишина не отскакивала от стен.
– Надо, – сказал Давид, поглаживая её по спине.
– Хм… У тебя встреча назначена была? – Рая метнула взгляд на стену, где висели дизайнерские часы. – Мы можем успеть, я быстро оденусь.
– Сиди, неугомонная. Оденется она быстро. Во что?
– В джинсы и блузку, – Рая не удержалась от хихиканья.
– Провокаторша.
Когда Давид был таким расслабленным, Рая любила его ещё сильнее.
И особенно в такие минуты ей не верилось, что подобное происходит с ней.
Голова кружилась от счастья.
***
К встрече с Фаиной Рая подготовилась. Был порыв поделиться эмоциями с мамой, с той же Верой. И никому она не позвонила.
Не надо…
Это только их дела и их решения. Правильно мама сказала – выбор за Раей. Она его сделала. Она встретится ещё раз с женой Давида, поговорит с ней, может, даже пообедает.
Странно другое. Ни ревности, ни каких-то других негативных чувств по отношению к Фаине Рая не испытывала. Так не бывает! Ну нет же! Она должна ревновать, может быть, даже злиться.
Но нет…
В последние сутки Рая много думала над тем, что произошло с ней за пару месяцев. Почему она доверилась Давиду, поехала с ним. Почему не воспринимала его страсть как оскорбление. Прабабушка часто говорила, что надо «видеть» людей сердцем. Глаза как раз могут подвести, увести от истины. Люди надевают маски и носят их с завидным упорством.
Может, с ней как раз это и произошло? Что Давида она развидела сердцем. Как и Фаину…
Для встречи с ней Рая купила яркое пальто и чёрное длинное платье. С высокими ботиночками на каблуке самое то. Волосы чуть подзавила, накрасилась.
Ей нравилось своё отражение в зеркале.
Интересно другое. Фаина оделась почти так же.
На встречу женщина прибыла первой. Рая её увидела издали. Подобралась вся, занервничала.
Ей хотелось бы найти общий язык с Фаиной. Почему бы и нет? Против неё она точно ничего не имела.
– Привет.
– Привет…
– Идём?
– Идёмте.
Мужчина в машине с наглухо затонированными стёклами улыбнулся уголками губ. В глазах отразилось тепло. Или это было отражение двух женщин, чьи судьбы удивительнейшим образом переплелись с его?
Они тоже улыбались друг другу. И их улыбки были искренними.
ЭПИЛОГ
– Поклянись мне, Дава… Милый, дорогой мой… Любимый… Поклянись, что никогда не скажешь Рае, кто её настоящие родители. Девочка любит своих, вот и пусть любит… Кто я для неё? Никто. Женщина из твоего прошлого. Девочке и так сложно, а тут ещё я… Мне же достаточно того, что она у меня есть. И я знаю, что ты у неё есть! И точно знаю, что вы будете счастливыми! Теперь могу умирать со спокойной душой… Я получила свой последний «аккорд». Но, Шахов, предупреждаю сразу – только попробуй сделать ей больно! Хотя бы раз. Приду с того света и накостыляю тебе. Понял?..
