Но вот третья ракета попала наконец в цель. Она отколола от астероида огромную глыбу и оплавила теперь вторую сторону небесного камня...
Радиолокационные установки через каждую тысячную долю секунды приносили в электронные вычислительные устройства все новые и новые данные. Это позволяло мгновенно вносить поправки в наводку ракет. По текущим координатам, направлению и скорости движения астероида с безукоризненной точностью определялись теперь координаты точек упреждения, и ракеты били по астероиду уже без промаху. Однако в связи с тем, что астероид, вернее - осколки его, все еще летели со значительной скоростью, спустя несколько секунд: достигли они верхних слоев атмосферы. Продолжать их обстрел водородными бомбами становилось рискованно из-за опасности радиоактивного заражения.
Обстоятельство это было учтено заранее, советские батареи баллистических ракет прекратили вскоре свою работу. Но теперь вступала в действие "воздушная броня" - Земля. С увеличением ее плотности все более нагревались осколки астероида, начиная светиться к плавиться.
На флагманском корабле генерала Рэншэла пришла теперь в действие система "Сейдж", в которой применялась гигантская электронная вычислительная установка. Она получала от радиолокационных станций дальнего обнаружения всю необходимую ей информацию, производила молниеносные вычисления и самостоятельно приводила в боевую готовность из всех многочисленных средств противовоздушной обороны лишь те, которые в сложившейся обстановке являлись наиболее эффективными.
В это же самое время электронные вычислительные машины на других военных кораблях, сосредоточенных в различных зонах Атлантического океана, обрабатывали показания индикаторов дальности и кругового обзора своих радиолокационных установок. Они мгновенно готовили данные станциям орудийной наводки, сообщая все необходимые координаты приборам управления зенитным огнем.
По сигналам этих машин с грозным ревом взмывали в небо со всех стартовых площадок управляемые и самонаводящиеся снаряды. С предельной точностью работали и инфракрасные пеленгаторы. Улавливая своими термоэлементами тепловые лучи от раскаленных осколков астероида, они вырабатывали электрокоманды, указывающие направление на цель. Темная поверхность океана на огромном пространстве озарялась теперь выхлопами ракетных двигателей, ослепительными вспышками рвущихся снарядов, мощными лучами корабельных прожекторов...
В этом небывалом за всю историю человечества сражении, время в котором исчислялось сотыми и тысячными долями секунд, не только руки человека, но и мозг его не успевал реагировать на быстро меняющуюся обстановку. Успешно действовали тут лишь электронные вычислительные машины да радиолокационные установки. И как ни велика была скорость теперь уже довольно многочисленных частей астероида, радиоимпульсы радаров распространялись во много раз быстрее, успевая многократно отразиться и от осколков астероида, и от летящих им навстречу снарядов. Со столь же колоссальной скоростью обрабатывали показания локаторов электронные вычислительные машины.
Теперь работали почти все наиболее значительные средства противовоздушной обороны, и небо было густо исчерчено светящимися трассами их снарядов да звездным дождем метеоров раскаленными осколками астероида.
Сражение это, к которому готовились почти целыц год, длилось всего несколько минут. Знаменитые самозаводящиеся часы на здании Конгресса в Грэнд-Сити не успели еще отсчитать десяти ударов, как над океаном смолкли и гул реактивных двигателей, и грохот рвущихся снарядов, и свист осколков. Только светлые прямые полосы простирались теперь по темному небу вдоль траекторий осколков астероида, сгоревших в верхних слоях атмосферы, но и их искривляли уже стратосферные течения.
27. Торжество здравого смысла
А Грэнд-Сити все еще находился в тревоге, хотя несомненно было, что главная беда миновала. Горожане знали, что астероид разбили, раскрошили на мелкие части, многие из которых сгорели в атмосфере, а некоторые, потеряв свою космическую скорость, упали в океан. Какая-то часть достигла все же не только побережья, но и восточных окраин Грэнд-Сити. Конечно, на эти мелкие осколки и на метеоритную пыль, которая висела еще в воздухе, можно было бы не обращать внимания, если бы не их радиоактивность.
Жители города, сидя в бомбоубежищах и прочих укрытиях, настороженно прислушивались теперь - не раздастся ли сигнал отбоя. А войсковые подразделения радиационной разведки обследовали уже каждую площадь, улицу, переулок и двор с помощью различных индикаторов, рентгенометров и радиометров. Участки, на которых обнаруживалась радиоактивность, тотчас же ограждались. Там, где она отсутствовала или была в допустимых пределах, ставились знаки свободного прохода.
На крышах высоких зданий брались пробы воздуха. То же самое проделывалось в атмосфере с помощью шаров-зондов. К счастью, ветер дул в сторону океана и радиоактивная метеоритная пыль не достигала материка.
Отбой был дан только в одиннадцать часов ночи, но движение было разрешено пока не по всем улицам. К площади Независимости, на которой находился ресторан "Космос", путь, к счастью, был свободен. Керри, Джон и Чарльз Каннинг с женой воспользовались этим и поспешили к давно приготовленному услужливым ресторатором свадебному столу.
А в полночь диктор центральной радиостанции, после сообщения об успешном предотвращении катастрофы, нависшей над Грэнд-Сити, пожелал счастья молодоженам - Керри Демпси и Джону Мунну, свадьба которых была в это время в полном разгаре.
- Празднованием этой свадьбы жизнь нашего города снова входит в свою обычную колею, - торжественно заключил диктор центральной радиостанции свое выступление.
Генерал Рэншэл, все еще находившийся на флагманском корабле, с которого он руководил обстрелом астероида, прослушав эту передачу, тяжело вздохнул:
- Хорошо хоть, что сегодня этих истинных патриотов помянули добрым словом, завтра о них уже и не вспомнят, наверно. Завтра и газеты, и радио будут прославлять иных героев. Не астронома Джона Мунна, первым обнаружившего опасность, нависшую над Грэнд-Сити, а редактора "Сирены", добившегося небывалых тиражей на раздувании этой опасности. И не тех, кто самоотверженно осуществляли оборону города от космического пришельца, а генерала Хазарда, заработавшего огромные деньги на тайных соглашениях с предпринимателями, выполнявшими срочные заказы военного министерства.
Майор Райт, к которому были обращены эти слова, мог бы добавить, что и генерала Рэншэла ждут вскоре неприятности из-за его слишком уж прогрессивного образа мыслей. Предполагалось даже, что заменит его не кто иной, как генерал Хазард. Но разве сообщишь такие неприятные вещи человеку, которого не только уважаешь, но и считаешь подлинным героем?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
