Они — не первые консервированные приматы, добравшиеся до орбиты Юпитера, но они — первая полностью частная экспедиция. Сетевой приемник здесь, в этой глуши, сосет через соломинку заскорузлые сопли — вокруг только пара сотен микропроб с мышиными мозгами и несколько динозавров, забытых тут НАСА и Европейским космическим агентством, а новостям исполняются целые килосекунды, прежде чем они добираются сюда. Корабль так далек от внутренней системы, что солидную часть его систем связи пришлось отвести под информационный буфер.
Амбер, вместе с половиной бодрствующих пассажиров, с восхищением наблюдает за происходящим из общей комнаты, надувного модуля в форме вытянутого цилиндра с двойными стенками, между которыми в трубах помещается значительная часть корабельных запасов воды. Дальний конец показывает видео — он в режиме реального времени транслирует трехмерный вид на катящуются под ними планету (на самом деле станция, конечно, сконструирована так, между ее обитателями и захваченными юпитерианской магнитосферой заряженными частицами оказалось как можно больше всего) «Хотела бы я там поплавать» — вздыхает Лили. «Только представьте, нырнуть в это море…» В окне появляется ее аватар верхом на доске для серфинга, устремляющийся вниз через километры вакуума.
«Неплохо тебя там пообветрит» — подкалывает кто-то — наверное, Кас. Внезапно аватар Лили, до сих пор бывший одетым в блестящий металлический плавательный костюм, приобретает текстуру жареного мяса и пытается изобразить предупредительный жест вихляющимися сосисками-пальцами.
«И тебе того же, тем же концом и по тому же месту!» Вдруг виртуальный вакуум за окном оказывается полон дергающихся, извивающихся и трансформирующихся тел (в большинстве своем человеческих) — половина детей рванули туда во «Все против всех». Это — жест напоказ, в лицо острому страху перед тем, что лежит по ту сторону тонких стенок приюта: средой действительно настолько враждебной, насколько можно судить, глядя на поджаренный аватар Лили.
Амбер возвращается к делам: она продирается сквозь ворох документов, с которыми необходимо разобраться перед началом экспедиции. Устрашающие графики и головоломные факты, извлечены из дальних уголков сознания и призваны в фокус. Юпитер весит 1,9*1027 килограмм. Имеются также двадцать девять юпитерианских лун и еще, согласно оценкам, две сотни тысяч малых тел — летающих вокруг обломков скал и кусков мусора, размерами превосходящих фрагменты кольца (а у Юпитера есть кольцо, хотя и не такое заметное, как у Сатурна). Досюда добрались, полным счетом, шесть больших государственных орбитальных платформ, и еще двести семнадцать микропроб, из которых все, кроме шести — частные и развлекательные. Первая пилотируемая экспедиция была снаряжена шесть лет назад лабораториями ESA; за ней последовали парочка сумасшедших космодобытчиков и коммерческая станция, которая разбросала полмиллиона пикопроб[141] по всей юпитерианской системе. Теперь прибыл и Сангер, а вместе с ним — и еще три банки с приматами (одна с Марса, а две других — с низкой околоземной). Похоже, вот-вот начнется бурная колонизация, хотя немного и смущает наличие четырех взаимноисключающих Больших Планов насчет того, на что в конце концов употребить массу старого доброго Юпитера…
Кто-то пихает ее.
«Эй, Амбер, что делаешь?»
Она открывает глаза. «Домашнее задание». Это Су Ан. «Слушай, мы идем к Амальтее, да? Но мы сдаем отчетность в Рено, и надо разделаться со всеми бумажками. Моника попросила помочь… Ужасно».
Ан наклоняется и читает кверх ногами: «Агентство по охране окружающей среды?»
«Ага. Прямой анализ предположительного воздействия на окружающую среду, пункт 204.6 (б), вторая страница. Они хотят, чтобы я перечислила все стоячие водоемы в пределах пяти километров от предполагаемой зоны добычи. Если раскопки ведутся ниже водного горизонта, определите радиус зоны учета как расстояние, равное максимальной глубине раскопок в метрах, умноженной на пятьсот, но не более десяти километров вниз по течению, и перечислите все подземные источники, резервуары и ручьи в указанной зоне. Для каждого водоема перечислите подвергающиеся опасности виды птиц, рыб, млекопитающих, рептилий, беспозвоночных и растений, обитающих в водоеме в пределах участка, ограниченного десятью километрами в направлении вниз по течению…»
«…от рудника на Амальтее. Которая вращается в ста восьмидесяти тысячах километров от Юпитера, у которой нет атмосферы, и где можно подхватить дозу радиации в десять грей за полчаса на поверхности[142]». Ан качает головой. Потом она хихикает над чем-то, безнадежно портя свой серьезный вид. Амбер поднимает взгляд.
Кто-то — наверное, Ники или Борис, швырнул в виртуальную битву на стене карикатуру на ее собственный аватар. Там ее обнимает сзади гигантский картонный пес с заячьими ушами и неправдоподобно огромной эрекцией. Он намекающе поглаживает себя и нараспев декламирует анатомически неправдоподобные предположения. «Пошли вы!» Амбер, вырванная из сосредоточения и рассерженная, задвигает электронную стопку бумаг и кидает новый аватар на экран. Это один из агентов, порожденных ею во сне прошлой ночью. Его зовут Шип, и он не слишком дружелюбен. Шип отрывает псу голову и мочится ему в трахею (анатомически правдоподобную, но притом человеческую). Пока происходит действо, она разглядывает окружающих, пытаясь определить, кто из ржущих придурков и оцепеневших ботанов вокруг мог отправить столь неприятное послание.
«Дети, успокойтесь!» Она оглядывается; кто-то из Франклинов (это темнокожая женщина лет двадцати с чем-то), нахмурясь, смотрит на них. «Неужели вы никак не способны не подраться, если вас оставить одних на полтысячи секунд?»
Амбер дуется: «Это не драка, это силовой обмен мнениями».
«Ха». Франклин со скрещенными руками и чопорно-покровительственным выражением на ее-их лице отклоняется назад, вися в воздухе. «Слышал уже. В любом случае…» Она-они машет рукой, и экран отключается. «…У меня для вас новости, несносные детки. Нашу заявку подтвердили! Завод начинает работу, как только мы прекратим цапаться и закончим пересылать все эти бумаги нотариусам. Наше время пришло, и мы отплатим за содержание…»
* * *
Амбер предается воспоминаниям о далеком-далеком прошлом — целых пять лет назад по ее субъективному времени. Кадры из просмотра: двухэтажное ранчо на американском Западе, где они поселились, пока Мать занимается ревизорской проверкой устаревающей конвейерной линии, штампующей трухлявые СБИС[143]-процессоры для снабжения тех проектов Пентагона, которые все-таки избежали выкоса при сокращениях бюджета. Мать нависает над ней, пугающе взрослая в своем черном деловом костюме и со своими сережками-камерами. «Да, ты пойдешь в школу. Я так сказала».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
