лицо экземпляра номер десять, который души не чаял в блекло-сиреневых тонах.
Я с остервенением отшвырнула невыносимую тряпку на пол: «Выкину сегодня же! Чтобы даже воспоминаний не оставалось». Да, десятый был тем еще маньяком. В основном, осушать предпочитал детей. Так что, я даже морок накидывала, чтобы выглядеть помладше. И рядилась все время в эти сиреневые юбки.
— Чтоб они все сгорели! — яростно вскрикнула я, топая в бессилии ногой.
Платье на полу тут же вспыхнуло синем пламенем и весело застрекотало тлеющими кружевами.
— Да, чтоб тебя! — охнула, быстро выплескивая на костерок кувшин холодной воды и притаптывая пепел босыми ногами.
Дышать, Надо медленно и глубоко дышать. Так и до беды не далеко!
— Да что со мной, наконец?! — не выдержав напряжения, простонала я и огляделась по сторонам.
На полу, пуская тонкие струйки дыма, валялось подгоревшее платье. Кровать была завалена еще двумя десятками отвергнутых по тем или иным причинам нарядов. Туалетный столик, кресло и, даже сдвинутый к дверям комод, были безжалостно погребены под немыслимым количеством шелковых чулок, нижних юбок, перчаток и корсетов. А из зеркала на меня испуганно смотрела совершенно обескураженная брюнетка, в одной коротенькой комбинашке, едва прикрывающей попу, со всклокоченными в разные стороны волосами и искусанными в кровь пухлыми губками.
— Господи, я этого не вынесу — судорожно выдохнула я и мешком оседая прямо на кучку сгоревших тряпок — Что это такое? Почему меня так трясет? Почему я веду себя так… странно?
Ответить на эти нелегкие вопросы я не успела. Потому что в дверь очередной раз вежливо постучали, и уже знакомый мне голос слуги произнес:
— Вира Мигре, к Вам гостья. Она утверждает, что является Вашей кузиной.
— Какая еще кузина… — недовольно начала я, но тут же замолчала, вытягиваясь в струнку — Ку…кузина? О! Уже?! Я… я сейчас! Проводите ее в… ой, черт! — это я запуталась ногой с подгоревших тряпках и рухнула коленями прямо на пол — Больно-то как! Аааа!
Нежная кожа тут же пустила струйку горячей крови и порадовала взгляд широкой ссадиной.
— Вира Мигре? Вам нужна помощь? — забеспокоился за дверьми лакей.
— Да… То есть, нет! Ай! — а это я, пока ползла к двери, зацепила ногой свисающие с кресла чулки и уронила громоздкий предмет мебели аккурат себе же на спину — Ай! Да черт же!
— Вира Мигре? Вы в порядке? Позвольте мне войти? — откровенно засуетился слуга.
— Нет! Не смейте! Я не одета…. Я сейчас…. Ааааа! Да, чтоб тебя! — заорала я.
Потому что выползая из-под неподъемного кресла, я перевернулась на спину и начала отталкивать от себя этого врага ногами. Вот только не рассчитала, что при этом моя тщедушная тушка на попе начнет двигаться в противоположную сторону. В итоге, естественно, своей дурной головой я печаталась прямо в угол выставленного перед дверью комода, от чего сверху мне на лицо опали сваленные на него панталоны.
— Вира Мигре! — вскрикнул в коридоре мужчина.
— Делия? Что там происходит? — совершенно внезапно присоединился к нервному писку слуги голос инквизитора.
А еще мгновение спустя, моя надежная щеколда просто самопроизвольно отползла в сторону и дверь гостеприимно распахнулась…. наружу! Являя всему миру мою изукрашенную бардаком спальню, природную тупость и бесполезность манипуляции с передвижением мебели.
— Делия, где ты? — напряженно воскликнул инквизитор, обескураженно делая шаг вперед, и тут же натыкаясь на бесцельно стоящий в проеме комод.
Мужчина напряженно прошелся глазами по заваленной шмотками комнате, нахмурился и, вдруг, уперся взглядом в мои голые ноги, которые вовсю мелькали в воздухе, в тщетной попытке сбросить с себя кучу тряпья.
— Делия, — то ли спросил, то ли огласил как диагноз вир — Ты жива?
— Какого черта вы все здесь делаете?! — возмущенно взвизгнула я, с горем пополам поднимаясь на ноги и резко сдергивая с головы кружевные панталончики, которые весьма красноречиво покрывали мою макушку до этого.
— Вы… вы кричали и… — начал было слуга, но мои искрящиеся злостью глаза заставили его заткнуться.
— Вон! Все вон! Никого не касается от чего конкретно я изволю кричать в собственной спальне! Ночью Вы тоже ко мне толпой кинетесь, если я тут… Ну… мало ли… То есть, вряд ли, конечно, но… черт! Вир Мигре! Немедленно прекратите так на меня смотреть и усмирите собственного слугу!
— А? — невнятно нахмурился инквизитор, не отлипая странно горящими белесо-ледяным светом глазами от моих бедер — Что? О чем Вы?
— Делия права — вдруг, сладко мурлыкнула женская фигурка, ранее не замеченная мной в темноте коридора — Вы, любезнейший, немедленно подите вон! Кто дал Вам право смотреть на хозяйку в таком виде? — удовлетворенно глядя в спину спешно убегающему лакею, гостья хмыкнула и продолжила — А Вы, драгоценный родственник, возьмите, наконец, себя в руки и дайте по щам зарвавшимся слугам. Такая непочтительность к хозяйке дома! Кстати, привет, Делия! Так рада тебя видеть… Даже в таком виде!
И на свет выплыла тоненькая, изящная девушка, сияющая нежным персиком юных щечек и весело играя знакомым блеском аквамариновых глаз:
— Надеюсь, я сильно не вовремя? — хихикнула она, многозначительно играя бровями на все еще залипшего взглядом где-то в районе моих ног инквизитора.
— Гретта… Гретта?! — сперва облегченно, а потом и откровенно шокированно выдохнула я, прижимая к груди родные панталоны — Но… как?! Почему ты…
— Почему я так задержалась, ты хочешь спросить? — многозначительно нахмурилась ведьма — О, ну ты же знаешь! Я такая не пунктуальная! По дороге мне взбрело в голову заехать в Мистен. Там такая ярмарка! Я, кстати, и тебе кое что прикупила. Судя по всему, как в воду глядела. Тебе определенно нечего надеть! — Темная обвела саркастическим взглядом мою захламленную шмотками комнату, а, затем мою же полуголую фигурку — Угостишь чаем с дороги?
— Ой, я… то есть, да! Конечно! Непременно! — мимолетный всплеск ведьмовской силы, огонь аквамарина, блеснувший в глазах гостьи и… словно под гипнозом, я тут же начала перелезать комод, абсолютно не обращая внимания на свой внешний вид.
— Делия! — в наигранном изумлении хохотнула ведьма, наивно ломая ресницами — Ты что творишь?!
— А?! — неожиданно «отвис» инквизитор, в изумлении глядя на мою голую попу, которая явилась во всей красе, пока я преодолевала мебельный Эверест, подобно опытному скалолазу — Делия?! Вы… Зачем?! О, господи… Прошу прощения….
