Сколько раз я удаляла страницы и абзацы случайным нажатием роковой клавиши Backspace. Сколько раз я мучилась с тем, что уже набитый текст вместо правки буквально съедался ужасной командой Insert, которую я тоже нажала по чистой случайности. А из-за Caps Lock'а все строчные буквы выглядели как прописные, а прописные превращались в строчные?! Не говоря уже о том, что мне недостает привычного стука клавиш, вместо них эта штуковина издает только вялые всхлипы… И где мои испещренные черными буквами листы, которые я любовно складывала рядом с собой на столе или в порыве злости на саму себя комкала и запускала в стену?..
Что ни говори, а писатель – это диагноз. Теперь я хорошо понимаю своего Женю, когда он в пятилетнем возрасте, вернувшись из школы, поинтересовался у меня, почему «нормальные мамы» каждый день варят борщи и регулярно посещают родительские собрания, а я нет… Теперь я знаю, что бы ему ответила…
* * *
«Никогда не говори «никогда», – об этом Валечка подумала, оказавшись в доме номер семьдесят восемь, стоя на пятом этаже, на пороге девяносто пятой квартиры со всеми своими шмотками, которые ей пришлось увозить сразу из двух мест: от Лизки и от Ленки Калининой.
Решение переехать пришло само собой, как-то внезапно. Наверное, потому, что Валечка впервые согласилась со своим отражением. Оно настойчиво уговаривало ее устроиться к Владу, убеждало ее, что ничего лишнего он себе не позволит, если не захочет она, и что в ее ситуации хуже просто быть не может. И правда, решила Валечка. Куда уж хуже? Ну что, не видала она никогда престарелых сатиров? Этот, по крайней мере, предельно честен. Да и вряд ли он силком потащит ее в постель. Тараканов можно потравить, посуду вымыть, мусор выбросить. И потом, все-таки есть разница: убирать за кошками, слушать Лизкины пересказы очередных «Ста комплексов», объяснять бабушке, что под словом «форточка» имелась в виду именно «форточка», а не кофточка, или работать и получать за это деньги, причем совсем не плохие?
Выждав неделю и осознав, что лучшей вакансии за эти деньги она не найдет, Валечка позвонила Владу и поняла по его голосу, что ничего другого он от нее не ожидал. Место секретарши-помощницы у «автора известных книг из области познания души» было еще не занято. Так что Валечка спешно собрала вещи, искренне поблагодарила Лизу за участие и гостеприимство и поехала к Ленке, надеясь, что не столкнется с бывшей подругой или с новым замком.
Ни с тем ни с другим она, слава богу, не столкнулась, но зато, когда в комнате истерично заголосил телефон, по инерции сняла трубку. Звонил тот самый Сергей, из-за которого Валечка когда-то полдня просидела дома по Ленкиной просьбе. Он удивился, услышав Валечкин голос.
«Вряд ли Ленка ему обо мне рассказала», – подумала Валечка.
– Вы не могли бы позвать Лену? – вежливо поинтересовался он.
– Ее нет дома, – ответила Валечка и тут же почувствовала жгучее желание отомстить. Сказать Сергею, что его держат за идиота, причем идиота богатенького, сказать, что у его обожаемой Леночки роман с бывшим парнем бывшей лучшей подруги, и вообще много чего сказать о Ленкиных желаниях, устремлениях и отношении к мужчинам…
Но Валечка сдержалась. В конце концов, все прошло. Было бы за что мстить. Если по-хорошему, Neznakomec прав: ей Ленке еще спасибо надо сказать за то, что избавила от такого придурка, как Славик…
– Может, подскажете, где она? Ни на мобильный, ни на город не могу дозвониться…
– Я не знаю. Я вообще здесь уже не живу, – призналась Валечка. – Приехала за вещами.
– А вы не могли бы ей передать…
– Не могла бы. Это вы ей передайте, что я ключ оставила в почтовом ящике.
Валечка боялась, что, приехав сюда и вспомнив прошлое, снова почувствует себя брошенной и униженной, но оставила квартиру с удивительно легким сердцем. Она и Славику могла бы сказать спасибо. За то, что он так редко сюда приезжал…
Первую неделю Валечке пришлось наносить удары сразу по нескольким фронтам: по Владу, который чересчур свободно чувствовал себя в ее присутствии, по тараканам, которые объявили ей настоящую войну и всячески препятствовали своему полному истреблению, и по беспорядку, с которым она, превозмогая усиленное сопротивление Влада, пыталась бороться.
Тараканы, словно учуяв надвинувшуюся угрозу, начали сбиваться в кучки и всячески изводить Валечку своим скоплением в определенных местах. Валечка не очень бы удивилась, если бы одним прекрасным вечером – в их излюбленное время – они выбежали из-под подставки, на которой красовался уже отмытый чайник, с транспарантом «Долой ловушки!», или «Даешь демографический рост!», или «Верните нам еду!», или еще каким-нибудь лозунгом в том же духе. Свои вечерние сходки они в основном устраивали в нескольких местах: под подставкой вышеупомянутого чайника, в гигантской щели, образовавшейся между разорванными обоями и стеной, под микроволновкой, цвет которой стал для Валечки откровением – она не представляла, что желтовато-серый может превратиться в ослепительно-белый, – за старыми картинами и в навесных кухонных шкафах. Определив место этих сходок, Валечка решила применить новую тактику. Помимо тараканьих ловушек и карандаша «Машенька», она сотворила дьявольскую смесь из желтка и борной кислоты и предложила ее в качестве угощения голодавшим последние несколько дней тараканам. Тараканы, подобно наивным древлянам, сочли это шагом к примирению и, увы, были коварно отравлены. Валечка праздновала очередную победу, знаменовавшую скорое вырождение рода тараканьего в квартире психолога.
Что до беспорядка – здесь Влад оказался противником еще более сильным и изворотливым, нежели тараканы. Коробки из-под пицц, собранные и выброшенные Валечкой на помойку, продолжали размножаться с завидным упорством. Тарелки, вилки и кастрюли из-под пельменей обнаруживались в самых удивительных местах, таких как стулья в гостиной, подоконники на кухне и даже полка для перчаток и шарфов в коридоре.
В конечном итоге Валечка приняла решение: готовить для Влада самостоятельно, дабы отучить его от дурных привычек оставлять посуду где ни попадя.
Поскольку о готовке она имела довольно туманное представление, ей пришлось направить свои стопы в соседний книжный, где продавщица посоветовала ей «Азбуку начинающего кулинара», в двух словах, книгу, где подробно и пространно рассказывалось, что мясной фарш, в отличие от макарон, не нужно промывать в воде, а котлеты требуется обжаривать с двух сторон, а не только с одной.
Стоит ли говорить, что для Валечки, не меньшей, чем Влад, поклоннице фастфуда, процесс приготовления пищи оказался целой наукой?
Но и тараканы, и грязная посуда, и полная тайн кулинарная книга были пустяками и безделушками в сравнении с «рабочими буднями», которые Валечка проводила в той же квартире, где боролась с удручающим беспорядком. А точнее, в комнате Влада – святая святых, куда он не допускал ее даже для уборки.
