class="p1">Захар фыркает.
– Я ужасная мать, которая любит поспать, – перехожу на шепот и усмехаюсь.
Захар переплетает наши пальцы, и это неожиданно волнует. Сжимаю его руку в ответ.
– Не говори о себе так. Ты хорошая мама, а у каждого из нас есть свои слабые места. Я тоже ненавижу, когда меня будят раньше времени. Готов покусать.
И такой красноречивый взгляд бросает на мое декольте. Сдерживаюсь, чтобы не прикрыться. Да и мне приятно внимание Захара, пусть даже как к девушке, которую он сегодня утром на кухне чуть…
Откашливаюсь и ловлю на себе хитрый взгляд серых глаз.
– Водички?
Угукаю, и Волков кивает на подстаканник.
Делаю несколько глотков, которые приносят облегчение. Выдыхаю.
– Спасибо.
– Пожалуйста, Шапка.
Закатываю глаза.
– Прекрати меня так называть.
Паркуемся между двух машин, и я тут же оказываюсь в захвате крепких пальцев. Захар сжимает мой подбородок.
– А мне нравится тебя так называть. Заводит, – его зрачки становятся огромными.
– Ты разве не торопишься на работу?
Захар смеется в ответ и выпускает мое лицо.
– Хочешь поскорее от меня избавиться, Юлька-пулька? Надоел?
Мотаю головой. Скорее, слишком уж большое напряжение между нами. Боюсь, что не выдержу и рванет от перенапряга.
– Беспокоюсь, как бы твои клиенты не остались без машин.
Забираем детей. Захар уже настолько естественно подхватывает Еву, как будто делал это каждый день чуть ли не с её рождения. А я засматриваюсь на эту картину. Боже, ему идет быть отцом.
Он становится ещё притягательнее и залипательнее.
– Не тормози, а то слюной захлебнешься, – щелкает мне по носу, приходится отмереть и пойти следом за ними.
Нас встречают консультанты и окружают Захара с Евой, а я так, остаюсь за пределами фокуса.
– Нам нужна кровать для близнецов, – Захар прерывает бесперебойное щебетание девушек.
– Для близнецов?
– Точно, а то у меня жене приходится пытаться не улететь с кровати. Не высыпается.
И в этот момент на меня обращают внимание, пока я сама глупо хлопаю глазами. Нет, мозгами я понимаю, что Захар просто так сказал про жену, чтобы не было лишних вопросов и домыслов.
Но как же это неожиданно и непривычно.
– А, у вас двое замечательных деток, – обретает голос одна из девушек, – у нас есть пара вариантов. Не часто к нам приходят с такими запросами.
Идем следом за консультантом. Захар вопросительно кивает на кровати.
– Какую, Юль?
Ну хоть не Юлька-пулька, уже ура.
Прикусываю губу. Растерянно перевожу взгляд между первой и второй. Пытаюсь рассмотреть ценник.
Захар подходит ко мне вплотную и наклоняется.
– На ценник не смотри, – шепчет на ухо.
– Вот эта, – выбираю ту, что, на мой взгляд, более удобная.
Она как обычная кроватка, только шире и с перегородкой посередине. Близнецы будут видеть друг друга, но при этом спать каждый на своей половине.
– Упакуйте.
– Эм, но у нас только под заказ и доставка через два дня, – бледнеет продавец.
Захар сверкает глазами. Недовольно поджимает губы.
– Девушка, вы, наверное, не поняли, но нам крайне срочно получить кровать сейчас.
– Но это единственный экземпляр.
– Вот и отлично, мы его заберем.
Девушка переводит на меня растерянный взгляд, а я только могу плечами пожать. Я уже поняла, что с Захаром бесполезно спорить и как-то торговаться. Если он сказал «сегодня», значит, должно быть сегодня.
– Уважаемая, вы слышите? Нам нужна кровать сегодня. Хотя что я тут пытаюсь до вас что-то донести, как будто вы единственный детский магазин в городе.
– Хорошо, я поняла. Сейчас приглашу специалиста, чтобы он разобрал и упаковал.
Захар хмыкает и кивает.
– Юль, что ещё нужно?
Переключается на меня.
– Постельное и матрасики. А ещё, – к щекам подкрадывается румянец, – памперсы кончились у детей.
– Отлично, пойдем все оформим.
Через час, уставшие, заваливаемся в квартиру. Захар ставит пакеты у входа.
– Вы пока без кровати справитесь? Мне надо отскочить ненадолго, встреча.
– Конечно, езжай. Мы уж как-нибудь разберёмся.
– Принцесса, – целует Еву и аккуратно опускает на пол, придерживает, пока Ева не обретает равновесие.
– Поехал? – переступает с ноги на ногу.
Ждет моего разрешения?
– Да, до вечера.
Захар кивает, наклоняется и быстро целует меня в уголок губ. Быстро покидает квартиру, как будто боится, что я выскажу ему что-то.
А я… я стою и пытаюсь не порвать рот от улыбки. Опасно погружаться в какие-то фантазии, но мне неожиданно нравится этот поцелуй. Он невинный, но в то же время многообещающий.
* * *
Захар возвращается через несколько часов.
Затаскивает коробку с кроватью, и близнецы с опаской обступают папу. Ева тут же встает на ножки и дергает Захара за штанину. Требует внимания к себе. Захар ухмыляется. Подхватывает дочь, пока я сражаюсь с эмоциями. Не могу спокойно смотреть на эту картину. Сердце тут же ускоряется.
Я вижу, как Захар привязывается к дочери, и Ева отвечает ему взаимностью. Да и вообще, мне кажется, она в нем уже души не чает, только сказать не может.
– Ну что, кровать будем собирать?
Подвисаю.
– Эм, а ты умеешь?
Ловлю на себе недовольный взгляд серых глаз.
– Шапка, я ж не безрукий.
Поднимаю руки.
– Да, да, прости.
Захар присаживается рядом с Егором. Сын настораживается, но не спасается бегством и не прячется за мной. Занимает выжидательную тактику.
– Сын, поможешь? – Захар подмигивает.
Егор как-то случайно пожимает плечом, и я фыркаю. Захар переводит на меня вопросительный взгляд?
– Что бы это значило?
Пожимаю плечом, как и сын только что, и встаю.
– Кто знает, кто знает, папочка… Ты голодный?
За спиной слышу какой-то мучительный стон.
– Если бы ты знала, насколько сильно, то не рисковала бы задавать такие вопросы, – голос Захара садится, и мне приходится прикусить губу, когда внизу живота разливается тяжесть.
Мамочки, что он со мной делает?
– Я про еду, Волков. Про еду.
Цыкает.
– Жаль. Потом поем, кровать соберу сначала, а то вдруг я все же рукожоп и не заслужу ужин. М?
Хмыкаю и иду за Волковым в нашу спальню. Он окидывает помещение критичным взглядом.
– Так, вот тут нормально будет? – тыкает в угол напротив большой кровати. – Должно быть видно их.
Киваю.
– Да, вполне хорошо.
Захар хмурится и дует щеки, а я наблюдаю за его выражением лица. Сосредоточен,
