на учебу!
Он бегом спускается с крыши Академии вниз, по винтовой лестнице.
Оказавшись в коридоре, он быстро шел вдоль обширного коридора, украшенного рыцарскими доспехами и картинами известных ученых, алхимиков, инженеров и провидцев.
Оказавшись в холле, он натыкается на высокую худощавую девушку в белом парике.
— Ортега! Вот ты где! Я тебя везде ищу! Опять с Киром был на крыше у гаргульи? — спросила она настойчиво.
— Привет! Карина! Как у тебя дела? — выпалил Ортега.
— Да… Так…. Не очень… — тихо промямлила она.
Ортега подошел вплотную и коснулся ее носа своим носом.
Она густо покраснела.
— Карина! — растянуто улыбнулся Ортега.
Она хотела что то сказать, как рядом послышался громкий смех.
— Только не он! — выдохнул Ортега.
— Опа! Мадам Лютер плачется выскочке Искариоту! — хохотал оглушительно мордатый парень.
Это был Мосли Рихтар, сын начальника Имперской Службы Совета. Зануда и прохиндей.
— Мосли! Иди ты на три веселых иероглифа! — злобно прыснула Карина.
— Ну уж нет! Давай выкладывай свои вральником! О чем вы хотели поворковать, голубочки мои несчастные? — издевательски он скорчил гримасу.
— Да ладно! Мы с тобой Карин все же истинные аристократы! Настоящая элита нашей великой империи! — Мосли был неумолим.
— Я же сказала — иди на три веселых иероглифа! — уже начала орать Карина.
На ее голос ученик стали оборачиваться.
— Это походу у вас Лютеров семейное, посылать всех!? Твой любимый дядюшка Альбуми также разговаривал с Червонным Царем, когда его вешали? — люто выпалил Мосли.
СТОП!
Дядя Карины, министр Совета Пяти, помощник одного из Золотого Регента был повешен?!
Из-за всей это беготни с уликами, Ортега полностью перестал следить за новостями столичного центра.
— Мосли! Ты больная сволочь! Твой папаня тоже возможно под колпаком у Червонного Царя! — гневно выпалила Карина.
— Да пошла ты! Ты и твоя гнилая напыщенная семейка! Помяни мое слово! Скоро от вас ничего не останется! — оскалился Мосли.
Он бешено дышал и переводил свой дикий взгляд с Карины на Ортегу, и обратно.
— Вот что! Лучше скажи своему батюшке, чтоб быстро волочил свою жирную дряблую жопу к моему и чтоб в сапогах моего валялся, авось помилует вас, наш великий Червонный Царь! — презрительно ухмыльнулся он.
— Иначе все Лютеры будут висеть словно перезрелые груши на дереве! — гневно закончил он.
— Пошел ты! — Карина показал очень непристойные действия пальцами Мосли.
Теперь Мосли переключился на Ортегу.
— А ты, что зыркаешь? Безродный выродок! Гниль из приюта! Еще не утоп в слезах этой шмары? — Мосли презрительно оглядывает Ортегу с ног до головы — Тряпка, заморыш! Твоя семейка Искариотов должна была не за демонами гоняться, а раком свои задницы ставить в лучших лупанариях нашей столицы, дабы грехи отмаливать! –
После такого Ортеге хотелось сказать следующую фразу — Джабервока! Разорви его! –
Но, это прямой путь на смертную казнь, ибо только Апостолы могут пользоваться силой своих духовных потоков энергии.
— Иди ты в зад своего вороватого папочки! Небось сам он тоже лижет задницы всего Совета Пяти и прочим шавкам царского двора! — дерзко выпалил Ортега.
— Я смотрю ты осмелел! Выродок! Смотри как бы твои слова не вылетели с зубами! — скрипнул Мосли.
После этого он громко выругался и ушел в свою аудиторию.
Карина облегченно вздохнула — Наконец он ушел! Не слушай его, Ортега! Ты же знаешь, он злобный придурок и ябеда! — она тяжело вздыхает — А ведь правда! Сейчас из-за войны и внутренней нестабильности идет чистка среди министров и чиновников! –
Ортега долго не думая, подошел к ней и страстно поцеловал.
— Ой! Ты бы хотя бы предупредил! — она снова густо покраснела.
— Спасибо! Это конечно мелочь, но мне приятно! Папе тоже сейчас тяжело! — Карина продолжила тихо говорить.
Папа Карины толстый мерзкий бородатый гавнюк, который дает всем взятки и отмывает деньги, чему Лютеры еще держатся, правда в глазах Карины он всего лишь любящий родитель.
— Вот! Гляди мне папа вчера подарил! — Карина протянула Ортеге изумрудную брошь.
Ортега взял ее покрутил немного.
Брошь как брошь, похожа на зрелый виноград, где выцарапано У. К…
Минутку! Такая же гравировка была на кольце мамы! У. К.!
Карина это заметила — Э, Ортега! Что с тобой, дорогой? У тебя такой взгляд, словно ты увидел призрака из прошлого?! –
— МММ. Ты не знаешь кто сделал эту брошь? Мне бы хотелось это узнать! — спросил Ортега.
— Ну, хорошо! Ее сделал ювелир! Друг моей семьи! Они с папой когда то крепко дружили! — ответила Карина.
— Так это хорошо! Что еще знаешь? –
— Ювелир опытный! Уже два десятка лет в этом деле трудится! Хороший мастер! — продолжила Карина.
— А имени ты его не знаешь? — досадно спросил Ортега.
— Прости, но нет, а спрашивать папу сейчас не то время! Смотри! Мастер Краузе зашел в нашу аудиторию! И вид у него очень злой! — Карина указала в сторону двери с цифрой 23.
— Ему пора на пенсию! — хмыкнул Ортега.
— Ладно! Я в аудиторию! Ты как хочешь! — сказала она и направилась на занятия.
Постояв еще немного в коридоре, оглядев забегающих учеников и учениц, Ортега все же решил пойти на занятие, дабы потом спокойно продолжить поиск улик.
Он вошел в обширную аудиторию, сел слева, в первый ряд. Аудитория была большой и вмещала до полсотни людей.
В середине учебного зала находилась гигантская электронная доска, на которой сверкали разные формулы, диаграммы, иероглифы и цифры.
Рядом с ней, у черного пьедестала стоял мастер Краузе.
Это худощавый жилистый пожилой старичок с вытянутым лицом и крючковатым носом. На его выпуклых глазах переливались калейдоскопом очки-бинокли.
— ГМ! Господа академики! — проговорил он скрипучим голосом — Итак вроде все в сборе? Мосли! Прекратите жевать! Стыдитесь! –
— Краузе сегодня не в духе! — сзади тихо шепнула Карина.
Ортега опустился на спинку кресла, дабы четче слышать, что Карина говорит.
— Это самый скучный мастер во всех десяти измерениях! Даже самые интересные темы он превращает в сущую скукоту! — зевнула Карина.
— Движуха в городе и то интереснее! — шепнул Ортега.
— Согласна! На днях была найдена Лили Шнайдер мертвой! В нашем городском акведуке! Ее тело было растерзано, а голова куда то пропала! — с ужасом прошептала Карина.
— Действительно в городе значит орудует банда оккультистов! — сказал Ортега, частично прислушиваясь к унылой болтовне Краузе.
— Это еще что! Племянник Лили был найден задушенным собачьим ошейником год назад, лежал он растерзанный на заброшенном складе! У него были вырваны руки и ноги! — продолжала страшить Карина.
Она поежилась и продолжила — Хотя! Сейчас такой ад творится в пролетарских и промышленных районах! Вирус свирепствует там сильнее всех! Гвардия и солдаты Особого Отдела Экзорцистов
