этот момент у странного четвероногого шлем словно сам собой приподнялся, и под ним гвардеец разглядел гранаты.
— Это «Скворец», приём! — истошно завопил боец в рацию. — У нас нападение в секторе Зет! На нас напал… напал шпиц в кольчуге! Осторожнее, у него гранаты!
— «Скворец», ты там опять к водке до конца смены приложился? — раздался в ответ хрипловатый голос капитана. — Уже белку, что ли, поймал?
— Капитан, да я без всяких шуто…
Закончить он не успел: лицо его побледнело, когда вокруг начали взрываться посты, и прямо к его ногам шлёпнулась ещё одна граната. Пёс же с громким лаем сорвался с места и умчался прочь.
Ещё долго эта пушистая «молния» носилась вдоль дорог и постов: ведь пёсик был молод и полон энергии, которую надо было куда-то девать. Его упорно пытались снять очередями из автоматов, но все пули будто отскакивали от невидимого поля и даже не долетали до кольчуги, не причиняя ему никакого вреда.
* * *
Нам без особых хлопот удалось прорваться во владения Пауковых, потому что я первым делом попросту вынес ворота. Зато по дороге мы напоролись на кучу патрулей, а в конце нам и вовсе подстроили засады. Но мои бойцы, к счастью, всё это разрулили, а заодно Чипсина получил своё первое боевое крещение.
Однако в боях на подступах нас прилично потрепало. У Геннадия в один момент патроны подошли к концу, и ему пришлось срочно выскакивать из джипа, который вскоре рванул так, что мы лишились нескольких человек и части нашего снаряжения.
Кстати, что самое любопытное: подъезды охраняли не личные гвардейцы Паукова, а тоже наёмники. Что поделаешь, нынче такие времена, что даже другие аристо не стесняются прибегать к услугам наёмной охраны.
Как бы то ни было, сейчас мы уже здесь, правда, место оказалось такое обширное, что пришлось разделиться хотя бы на три группы, чтобы прикрывать друг другу спины. Всё сразу мы с моими людьми взять не могли, как ни старайся.
Дело в том, что домашние владения Паукова — это не только одно-единственное имение за периметром. По моим сведениям, здесь есть парки с аккуратно подстриженными кустами, четыре больших открытых бассейна и до шести отдельно стоящих домов. В общем, как и говорил, территория не маленькая.
Я поделил своих бойцов на отряды и с одним из них отправил в помощь нашего шпица: он теперь и защищён отлично, и урон неслабый наносит, особенно когда успевает внезапно пронести гранаты на своей шустрой скорости. С ним захват вражеской территории пойдёт куда веселее.
А сам я не стал никого брать с собой и направился в одиночку пробиваться к одной из наиболее укреплённых башен.
— Господин, я с вами, — окликнул меня Дмитриевич сзади. — Вас же прикрывать надо: врагов слишком много. Одного не отпущу!
— Нет, ты сейчас нужнее своим парням, — крикнул я ему под грохот перестрелки. — Подбадривать их будешь или пенделя им дать в нужный момент, хотя для тебя это, скорее всего, одно и то же. Я же сам справлюсь.
— Но ведь по договору я обязан вас защищать, — возразил Дмитриевич вполне логично.
— А ещё ты обязан исполнять мои приказы, так что шуруй брать ту трёхэтажную мини-крепость! — кивнул я ему в сторону. — Постарайся не подставиться под удары и прихвати трофеев!
Дмитриевич обернулся туда и увидел, что внутри засели несколько очень мощных Одарённых, которые швырялись смертоносными молниями по всему, что движется — и даже по тому, что не движется. Похоже, даже комар проскочить незаметно не смог бы.
— Ну, может, я лучше тот домик возьму, — начальник моих наёмников указал на сторожку.
В ней засело столько гвардейцев, что они буквально толпились там, отстреливаясь из каждого окна и щелочки. Но мой взгляд сразу дал ему понять, что крепость с Одарёнными нужно брать в первую очередь, и выбора у него нет.
— Да как же так! — простонал Геннадий, хватая сумку с пушками. — Мы там все сдохнем прежде, чем доберемся до Одаренных.
— Не сдохнете, Чипсина пронесёт мину незаметно, и с её помощью вы пробьёте брешь в стене, — подмигнул я Геннадию.
А мне некогда было болтать, я рванул к самой защищённой башне. Прикрываясь куполом от пуль, завёл бензопилу и устроил по дороге небольшую резню.
— Браво! — раздался голос с башни, где стоял один из Пауковых. — Браво твоей самоуверенности, Добрынин! Надеешься напугать нас своей бензопилой?
Пока он трепался, я вспомнил, что если убрать с поля боя кого-то из руководства, у вражеских солдат сразу рухнет дух. А этот «хрен с башни» явно раздавал приказы, хоть и не был главой Рода. Но у всех аристократов всегда найдутся свои отряды.
— Нет, я решил предложить тебе сыграть в русскую рулетку: один на один, безо всяких щитов и куполов для защиты. Кто выиграет, тот и останется в этой башне, как хозяин. Или ты уже струсил? — крикнул я с дерзкой ухмылкой.
— Проходи наверх, если не боишься оказаться среди нас, — он ядовито улыбнулся.
Я и не предполагал такого поворота: мне сами открыли дверь, да ещё и под дулами автоматов сопроводили на верхние этажи. Там было полно гвардейцев и родственников графа, а тот, что говорил со мной, видимо, числился самым близким по крови.
Меня усадили за стол и начали расспрашивать, кем я себя возомнил и на что рассчитываю, но я быстро прервал эту болтовню.
— Мы играть будем или нет? Один барабан, одна пуля. Крути и вперёд, — бросил я ему револьвер.
Он, чуть нервничая, но не стирая улыбку с лица, всё-таки принялся крутить барабан, наплевав на святое правило: не играй по правилам врага. Вот же самоуверенный выскочка: показывает понты перед своими, и они ему дорого обойдутся.
Итог получился такой: за всю игру пуля ни разу его не задела, и оставался последний щелчок. Теперь он весь взмокший, но лыбится, предвкушая мою скорую кончину. «Щёлк» — и пуля летит не прямо в меня, а в сторону, врезаясь в стену сзади.
— Что за дела⁈ — родственник графа Паукова вскочил с бешеным видом. — Мы же договорились без щитов и никаких полей!
— Ты ведь видишь, что у меня они и не активированы, — честно ответил я. Но о других способностях разговора не было. — Так что теперь твой ход.
— Какой ещё ход? — опешил он. — Пуля-то была одна, и весь барабан мы уже прокрутили! Ты блефовал и всё равно проиграл.
— Никакого блефа, — я медленно поднялся. — И знаешь, пуля здесь не нужна: у меня свои правила русской рулетки.
Револьвер сам вырвался из его руки,
