– Нашей столицы. Столицы свободных людей.
Тави кивнул.
– Понятно. Мне сказали, что ты нес послание.
Мужчина кивнул и засунул руку под рубаху.
Оба марата вскинули свои луки, и сверкнули смертельно опасные наконечники, направленные на Дуриаса. В этот самый момент меч Китаи показался из ножен.
Дуриас замер с вытаращенными глазами. Он облизнул губы, глядя то на оружие, то на Тави.
– Медленнее, центурион, – сказал Тави ровным голосом. – Ты должен простить моих друзей. У нас случались неприятности не с одним убийцей, и они немного перебарщивают в плане предосторожности.
Дуриас сглотнул и очень медленно достал небольшой кусок ткани из-под туники. Он склонил голову и протянул его Тави, держа сверток обеими руками.
– Насаг велел мне передать вам это, – тихо сказал он.
Китаи шагнула вперед и взяла у него ткань, а затем вернулась с ним к Тави. Тави нахмурился, глядя на сверток. Он выглядел знакомым. И тут он понял, что держит в руках. Обычную поношенную тунику, тунику Эрена, ту, в которую он был одет, когда Тави видел его в последний раз.
Пальцы Тави слегка дрожали, когда он, торопясь, разворачивал ее, чтобы взглянуть на ее содержимое. Внутри были две фигурки для Людуса. Одна была белым легионером, недостающей фигурой его набора. Вторая – рыцарем из черного камня, из другого, более крупного и менее изящного набора.
Тави прикусил нижнюю губу и расеянно кивнул маратам-охранникам. Они слегка ослабили натяжение тетивы, выражение на их лицах нисколько не изменилось.
– Я узнал их, – тихо сказал Тави. – Больше он ничего с тобой не передал?
Дуриас кивнул.
– Насаг велел передать вам, что, как и большинство игр, эта может оказаться тратой времени, но это то, что он может предложить, при условии, что вы, и только вы, придете, чтобы поговорить с ним.
Тави, нахмурившись, взглянул на посланника.
– Где? Когда?
– Немедленно, капитан, – сказал Дуриас. – Он неподалеку. Я отведу вас к нему.
– А если я откажусь?
Дуриас слегка улыбнулся и развел руками.
– Тогда Насаг обменяет Легионерского Рыцаря, и таким образом извлечет пользу.
Секунду Тави рассматривал куски рубахи Эрена.
– Насаг хорошо играет в людус, – сказал он. – Конечно он будет считать меня дураком за то, что жертвую Первым Лордом ради Рыцаря.
– Он обещает тебе безопасность, капитан.
Тави снова свернул куски рубахи.
– И что он предлагает в качестве гарантии?
Дуриас уверенно посмотрел на Тави.
– Свое слово.
Тави сделал глубокий вдох. Это запросто может оказаться ловушкой. Канимы были хитрыми и беспощадными, когда речь шла о войне. По сути, это было предметом гордости для них. Во время войны не было ни такого понятия, как обман, ни правил, ни пощады.
Тави не сомневался в том, что Насаг не колебался бы перед тем, чтобы отказать врагу в выдаче такого ценного ресурса как Эрен, за исключением того случая, когда ценой сохранения его жизни была бы достигнута большая цель.
Тем не менее, канимы касты Воинов , казалось, придерживались жесткого кодекса чести. Они уважали силу, мужество и опыт, и Тави удалось продемонстрировать все три качества в течение первых отчаянных дней битвы под Элинархом.
Тави в отчаянии сжал кулаки. Ему предстояло не просто предложить переговоры. Ему предстояла проверка собственного профессионализма. Второго предложения Насаг не сделает. Не говоря уже о том, что жизнь Эрена висела на волоске.
Тави не мог упустить эту возможность, и Насаг это знал.
Что превращало всё это в идеальную ловушку.
Что, в свою очередь, превращало ловушку в идеальную проверку.
Что превращало эту возможность в ту, что он не мог позволить себе…
Тави покачал головой, не позволяя круговоротам логики свести его с ума.
Он должен был попытаться.
– Чала, – прошептала Китаи, прикасаясь пальцами к его руке. – Ты уверен?
Он обернулся и посмотрел ей в глаза.
– Нет.
– Но ты всё равно пойдешь.
– У них Эрен, – сказал он.
Она мрачно посмотрела на него, явно недовольная его ответом.
– Это глупо.
– Возможно, – согласился он.
– Упрямый. Гордый. Глупый.
Она вздохнула и подалась вперед, чтобы поцеловать его теплыми сладкими губами. Затем отклонилась и сказала:
– Я бы ударила тебя камнем по голове и оттащила подальше отсюда. Но это разве что разрушило бы камень.
Тави легко улыбнулся ей и повернулся к пленному разведчику.
– Хорошо, центурион, забирайте свое снаряжение. Что бы ни случилось, это будет интересный разговор.
Глава 15
Дуриас быстро отправился в путь, и коренастое тело бывшего раба на открытой местности двигалось с удивительной грацией и скоростью. Если бы Тави не ехал верхом, ему вряд ли удалось бы удержать темп, несмотря на то, что он поддерживал себя в форме для сухопутных маршей рядом со своими людьми.
Актеон следовал за Дуриасом ленивой рысью, миля за милей. Утёс рядом с ними постепенно превратился в крутой склон, потом растворился в бескрайней холмистой местности Долины.
Спустя примерно час, Дуриас резко свернул вправо, направляя Тави в молодой лес. Они прошли через него и спустились в узкое ущелье, которое Тави даже не смог заметить, пока Дуриас не вошёл в него.
Ущелье змеилось вдоль древнего речного русла, корни деревьев свисали из жёсткой земли, и каменные стены вздымались по обе стороны от него. Тропа, проложенная по дну ущелья, разветвилась несколько раз и, наконец, вывела в дремучий лес, полностью укрывшись под пологом молодых весенних листьев.
Землю покрывала низкая трава, и то довольно скудно. Солнечные лучи пробивались между деревьями тут и там, а шум ветра в листве был постоянным шепчущим шелестом.
Насаг ждал их.
Тави сразу узнал огромного, покрытого чёрным мехом канима. Ростом выше девяти футов, даже в ссутулившейся, непринужденной позе, каним был облачён в стальные доспехи кроваво-красного цвета, и вооружён огромным, слегка изогнутым мечом в ножнах на боку.
Уши Насага дернулись в направлении Тави и Дуриаса, и Тави увидел, как ноздри Насага раздулись, когда он уловил их запах.
Тави потребовалось мгновение на то, чтобы оценить обстановку. Если ему предстоит поспешно смываться, нужно было понять, какое направление предоставит ему наилучший шанс избежать преследования. Откровенно говоря, он был уверен в том, что Насаг не был здесь единственным канимом. Тави их не видел, но волки и им подобные редко работают не в группах.
Тави подтолкнул Актеона вперед, и конь фыркнул, мотнув головой, почуяв запах хищников, исходивший от канимов. Конь нервно переступал с ноги на ногу, но Тави направил его вперед, слегка натянув поводья, и послушный боевой конь продолжил движение, остановившись в десяти футах от Насага.
