что сыновей нету.
Я засмущалась, а лицо залило краской.
— Ну, так что, Илая? Едем за икоркой красной, чёрной? Посидим, отметим…
42.
— И, то есть, поэтому Ксюша так переживала за это знакомство? — Я приподняла брускету с красной икрой и посмотрела пристально на запястье Константина, сидя в каком-то пафосном, дорогущем ресторане, в отдельной ложе.
— Отчасти. — Костя развал руками, отодвинул от себя тарелку со стейком и хмыкнул:
— Икру чёрную?
Я махнула рукой.
После того, как мы доехали до ресторана, после того, как он худо бедно рассказал что-то о себе- меня отпустило. Слегка отпустило. Плюс Кирилл написал: “созвонимся утром. У меня все нормально".
Матери позвонить успела. Она сказала, что останутся на ночь в больнице из-за того, что она не доверяет отцу.
И даже Ксюша несколько раз написала о том, что у них все в порядке и она надеется на примерно такой же ответ от меня.
— Она, вообще, у меня девочка-затейница. — Костя развёл руки в стороны, откинулся на спинку диванчика и потянувшись, расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке.
Широкие, хорошо проработанные ключицы, яремная впадина, в которой лежал шикарный, здоровенный крест.
Господи, это действительно была какая-то бандитская романтика.
Я хрюкнула, опуская глаза. Он понял, о чем я подумала и тоже усмехнулся.
— Ксюша очень сильно озабочена тем, что мне полтинник, у меня ни семьи, ни котёнка, ни ребенка. Но когда надо было строить семью, мне не до этого было. Что там двухтысячные- мне двадцать пять и у меня дела в гору пошли. Да много, чего тогда происходило. Вот так и произошло, что допрыгался. Я тогда поставками государственными занимался. Снимал на одной лестничной клетке с Ксюшиными родителями квартиру. Мне казалось, что у меня все шло в гору, все отлично, все зашибись. С девчонкой познакомился. — Костя наклонился, подхватил фужер и намекнув мне, потянулся вперёд.
Я ответила дружелюбным жестом и звякнули бокалы. Занесли новую порцию закусок Костя облизнулся, глядя на маринованные грибы с лучком, холодец в небольших креманках и цокнул языком.
— Странно было, конечно. Ну, познакомился, думали, что все, как бы у нас с ней нормально. Да, оказывается, нифига не нормально. А ей то вот мужик такой интересен был, который на опасности, на суете. — Костя усмехнулся и запрокинул голову назад Его забавила даже сама формулировка.
Я подтянула к себе подушку, запихала её под спину и скинув туфельки, закинула ноги на диванчик аккуратно, делая вид, как будто бы все нормально.
— А Ксюшка, уже попозже получается, когда родилась, тоже ничего хорошего не было. Он с работы на работу Жена одна постоянно, да и рано она вышла с декрета. Я только помню, что мне наверное к тридцатнику было, я Ксюшу забирал с детского сада или с яслей. Сейчас уже не восстановлю в памяти. Она сидела у меня на ковре, играла. Я раскладывал своё одеяло, чтобы не ёрзала по грязному, а сам работал, сидел. Ну и доработался. Нет, я не скажу, что у меня был прям праведный образ жизни. всякое бывало. И товары с таможни не доходили, а тогда это было все намного сложнее. Плюсом ещё накладывались отпечатки того, что время такое было неспокойное. Так, что не один раз приходилось битой махать. —Костя закатил глаза и качнул головой. — Ну, и в итоге связался не с теми людьми и оказался под следствием. Я не долго сидел. На тот момент, с учётом моей специфики работы, конечно, у меня были своеобразные заскоки.
— Гордишься? — медленно произнесла я, тькая вилкой в сторону его запястья.
— Это тогда я гордился. А сейчас потихоньку свожу. Я вообще поражаюсь, как я умудрился за столь короткий срок забиться весь. Заняться нечем особо было. И странно, как при всем этом дерьме я умудрился ничего не подхватить? Но это отдельная история. А когда вышел, странно все было. Девка, с которой встречался тут же быстро свалила. А бизнес поднимать мне не из чего было. Потому, что по факту это было просто актом того, что его отжали.
Костя все-таки нацелился на грузди и наблюдая за тем, как гриб то и дело выскальзывал из- под вилки, я вздохнула и прижав его ложкой, дала Косте зацепить вредный овощ со стороны ножки. Костя кивнул мне, намекая на то, что безумно благодарен и продолжил разговор.
— Вот, а тогда уже и семья у Ксюшки переехали. Мы уже виделись через какие-то промежутки, но общение поддерживали. Знаешь, раньше вот эта вся история, что жили в пятиэтажках, в коммуналках- тогда действительно были близкие люди.
Тогда можно было наплевав на все, ночью зайти и сказать: ребят, помогите, так и так. Да, сколько раз такое и со мной происходило. Ой, на меня один раз чуваки с рынка напали, зажали в предбаннике- когда заходишь в подъезд, вот это вот между дверьми. Выворачивался, крутился, дверь вышиб. В итоге, пока пытался вывернуться, тут Ксюшин отец, как раз возвращался с работы. Ну, чего, вдвоём навертели. Пинками гнали со двора. Да, всякое было! Сейчас даже так и не помнишь. Но однозначно, тогда, может быть, было какое-то чувство гордости: типа, по блату все, а ты такой весь сам по себе. У кого-то мальчик на девятке, а ты уже на бэхе гоняешь. Да и не так давно это все, если честно, было. Просто время очень быстро летит и меняется. Вскоре я стал сильным и достаточно статусным бизнесменом. Тут и зарубежные контракты подвалили. А сейчас, во время санкционных мер, ещё надо ужом вывернуться, чтобы все это провернуть.
Я поспешно кивнула, потому что знала, что и у Данилы из-за этого тоже были накладки по работе. Да, что уж говорить, из-за этих мер даже мои традесканции с азиатских стран не всегда доходили.
— Ну вот как-то так жили. Бизнес-тревел сейчас, мотаюсь туда-сюда. А по факту, оборачиваешься- ни черта и нету, непонятное все, в прошлом. И знаешь, как бы вот не говорили, что “тебе твои деньги счастья не принесут", но все-таки с деньгами быть несчастным, намного приятнее. Я это понимаю. Но вот, чего деньги на самом деле не принесут это ощущение семьи, особенно после того, как родители начали уходить. У меня тётка со стороны отца первая ушла. Мать её дохаживала в онкологии. Дерьмово это все было. И знаешь, самое дебильное, что не помогают деньги! Готов был ходить, за
