в клуб, а парень, бросив на меня короткий взгляд, сплюнул под ноги и достал сигареты. Честно говоря, я бы тоже не отказалась сейчас покурить, но решила остаться в машине и не лезть с распросами, когда Денис сел на водительское место и завел двигатель. Правда надолго меня не хватило. Увидела сочащуюся из рассеченной брови кровь и полезла в сумочку за салфетками.
- Вот только не надо меня сейчас трогать! - взвинтился парень, стоило только мне потянуться к нему, вырвал салфетку из пальцев, скомкал ее, намереваясь выбросить, и сморщился, когда я прижала вторую к его брови.
- Да больно мне нужно тебя трогать! Сидит тут, морду лица воротит, как будто я ему дохлую лягушку подсунула! - не менее эмоционально выпалила в ответ, отвела ладошку в сторону и снова промокнула выступившие капли. - Защитник, блин, нашелся. Я тебя просила?
- О, да мы поговорить решили? - съехидничал Денис. - С утра, значит, мы, блядь, гордые, в баре нос воротим, а тут в санитарку поиграть решила? - оттолкнул мою руку, посмотрел на красные пятна на салфетке и вернул ее обратно. - Что это за чертила был?
- Не чертила, а Таракан, - поправила я. - Старший менеджер с "Прованса".
- Да похуй мне кем работает этот твой Таракан, - огрызнулся парень. - Что он от тебя хотел?
- Поговорить по поводу кое-чего, - уклончиво ответила, отвернулась к окну и достала телефон. - Тебе какая разница? - нашла в списке контактов номер такси, нажала и не успела произнести название клуба, как мобильный у меня отняли. - Эй!
- Не эй, а Ден! - припечатал Денис. - В одной квартире живём, если не забыла.
- Представь себе, не забыла! - фыркнула и протянула ладонь. - Телефон верни.
- Дома верну, - изобразил улыбку и демонстративно спрятал мой телефон во внутренний карман куртки. - Пристегнись.
- Да пожалуйста.
Еще раз фыркнув, я щёлкнула замком ремня безопасности и не менее демонстративно стала разглядывать небольшой сугроб за стеклом. А он сместился вперёд, отдаляясь, и пропал из виду. Только поворачиваться к парню все равно не стала. Лишь подула на озябшие пальцы, и спрятала их в рукавах куртки.
- Как же нам сложно сказать, чтобы сделали печку потеплее, - прозвучало слева.
- Как же нам сложно догадаться, что в машине холодно, - ответила в том же тоне и инстинктивно упёрлась ногами в пол, а руками схватилась за ручку двери, увидев приближающийся холм лежачего полицейского.
Правда меня не подкинуло на сиденье, как подумала. Машина лишь мягко качнулась вверх-вниз, проскочила препятствие, словно его для нее не существовало и ускорилась, а я скосила глаза на лежащую на руле ладонь. Расслабленно-спокойная и в то же время успокаивающе-уверенная она лишь немного смещалась, сжимая обод и направляя автомобиль туда, куда хотелось ехать его владельцу. Вторая, сжатая в кулак, подпирала подбородок с небольшой ссадинкой справа. И мне до одури хотелось подуть на нее. Так сильно, что даже развернулась на сиденье. Уже не скрываясь, посмотрела на лицо парня и осторожно промокнула капельку на брови, негромко сказав:
- Спасибо, что заступился.
- Не за что, - так же негромко ответил Денис, перехватил руль левой рукой и правой выкрутил на максимум регулятор температуры, направив дефлекторы на меня. - Сейчас движок нормально прогреется и будет теплее.
- Угу, - кивнула, снова поднесла салфетку к брови и вздохнула. - Не останавливается. У тебя перекись дома есть?
- Вроде нет. Не помню. Сейчас в круглосуточный по пути заедем, там аптечный киоск есть, куплю, - свернул на перекрестке и уже примирительно спросил. - Кроме молока что-нибудь ещё купить надо? Только давай без фырканья, ладно?
- Ладно, - согласилась я. - Кошколадку тогда ещё.
- Чего? - улыбнулся, повернув ко мне лицо. - Кошколадку? Это что?
- "KitKat".
- А почему кошколад?
- Потому что похоже на "Kitikat". Только не корм, а шоколад.
Мотнув головой, Денис улыбнулся шире и рассмеялся:
- Кошколад. Ха-ха-ха! - кивнул, поднес ладонь к дефлектору и с любовью погладил руль. - Прогрелся, старичок.
Одно движение и всего два слова, а у меня в груди стало тепло. В детстве папа ровно с такой же нежностью разговаривал с тогда ещё нашей старенькой Маздой. Так же, словно под копирку, Дюшка говорил их с Лесей Фольксвагену. И теперь Денис. Я посмотрела на него, улыбнулась и невольно повторила про себя:"Старичок".
Часы на духовом шкафу показывали четвертый час ночи, и мне, по уму, чтобы хоть немного поспать и успечь испечь обещанные блины перед тем как ехать на курсы, стоило идти в комнату и укладываться в постель. Только я, переодевшись, убрала в холодильник купленное молоко, достала вчерашнюю запеканку и, выложив большой кусок на тарелку, поставила разогреваться ужин в микроволновку. Такое смешное требование, выбитое угрозой не пустить в туалет, а на самом деле - приятное, мне приятное, занятие. Щёлкнула кнопкой чайника, выложила на стол салфетку и вилку с ножом. Рядом поставила остатки сметаны и хлебницу. Налила чай и невольно заулыбалась звукам поворачивающегося в замке ключа и следом цоканью коготков Текилы - после гулянки она первым делом прискакала на кухню, сунула нос в миску и шкрябнула лапой мне ногу, поскуливая и выпрашивая кусочек запеканки. А следом за собакой в кухню вошел Денис в расстёгнутой до середины куртке. Вошёл, словно вспомнил и торопился что-то сказать, но замер, доставая из кармана свой телефон. Посмотрел на экран, на стол с ужином. Сжал губы и, выложив на край мой мобильный, развернулся, отвечая на звонок:
- Да. Я помню, что обещал. Нет, не заеду…
Я сразу догадалась кто мог звонить Денису ночью. По сердцу заскребло, царапая, а после, услышав имя и звук притворямой двери, оно заныло все сильнее и сильнее. Закусив губу, я почесала понимающе заглядывающую в глаза Текилу, вернула на место чашку и побрела к себе в комнату, оставив кошколадку нетронутой. Плюхнулась на постель не раздеваясь, завернулась в одеяло с головой, чтобы не слышать
