второй этаж. Взлетаю по ступеням, ловко лавируя среди людей. Всем, наверное, сейчас весело, а вот мне что-то не очень. Прохожу мимо столов и скрываюсь в темном проходе, который ведет в кальянный зал. Клубы сладкого дыма покачиваются под потолком, звучат громкие голоса и развязный смех. Крошечная барная стойка в дальнем углу привлекает внимание, и я, справившись с легким головокружением, направляюсь прямиком к ней.
— Что для вас? — спрашивает бармен, колдующий над кальяном.
— «Спрайт» со льдом.
— Один момент.
С пониманием киваю и шумно вздыхаю, почувствовав себя в безопасности. Компании ребят сидят на низких диванчиках за круглыми деревянными столами, болтают, обнимаются, смеются. Никому нет до меня дела. Взгляд цепляется за тройку парней, собравшихся тесной кучкой. Двое из них хлопают третьего по плечам, явно на что-то подбивая. Рослый худощавый паренек поднимается из-за стола, удерживая фигурный бокал с желтым напитком, а его друг заворачивает что-то в несколько салфеток.
«Нехорошо», — резюмирует внутренний редактор.
Паренек шагает к девушке, что в одиночестве сидит у подвесного узкого стола, прикрученного к кирпичной стене. В ее руках электронная сигарета, на лице вселенская скорбь.
«Дважды нехорошо».
— «Спрайт» со льдом, — доносится бодрый голос бармена.
Протягиваю ему браслет, и в этот же момент паренек презентует девушке-бедолаге напиток. Она удивленно улыбается, принимая бокал, завязывается беседа. Горе-друзья паренька мерзко ухмыляются. Залпом выпиваю холодный и колючий «Спрайт» и с грохотом возвращаю стакан на стойку, срываясь с места. Без стеснения влезаю между новыми знакомыми и забираю у бедолаги коктейль, который, к сожалению, она уже успела попробовать.
— Солнце! Мы тебя потеряли! — неестественно высоко пищу я, пытаясь намекнуть ей об опасности. — Идем скорее, мне нужна твоя помощь!
Бедолага смазано хлопает ресницами, но, хвала всем богам, ей хватает мозгов помалкивать. Оборачиваюсь к пареньку и прижимаю стакан к его груди:
— Сорян, красавчик, мне она нужнее.
Не дожидаясь его реакции, утягиваю девчонку за собой в ближайшую уборную. Грубо зашвыриваю в свободную кабинку, захожу следом и закрываю дверь.
— Если это твой парень, то я… — лопочет она, чуть не плача.
— Он подмешал что-то в коктейль! Разве ты не знаешь, что в клубе можно брать бокалы только из рук бармена?! А еще лучше покупать закрытые бутылки!
Девушка прикрывает ладонью рот и трясет головой, будто не может поверить.
— Ты одна здесь? — резко спрашиваю я.
— Я… я… Что же теперь делать? — всхлипывает она.
— Успокойся, выпила ты немного, — говорю уже более мирно. — Ничего страшного не случится, но тебя нужно кому-то забрать. Их трое, мало ли что еще придумают. Если хочешь, я могу посадить тебя в такси.
— Я… я пришла с парнем, но мы поссорились.
Отхожу к стене и опираюсь о нее спиной:
— Как я тебя понимаю.
— Ты тоже? Тоже поссорилась с парнем? Ой, погоди… я же тебя знаю! Ты девушка Быка!
— Бывшая девушка, — поправляю я.
— Сочувствую…
— Взаимно, — отзываюсь сухо. — Такси или парню напишешь?
— Напишу, — бурчит она, роясь в маленькой сумочке.
Сдаю бедолагу ее защитнику и возвращаюсь в кальянный зал, получив напоследок мешок ненужной благодарности. Стол, за которым сидела хитро-мерзкая компашка, пустует, а вот за соседним сидит тот, кто сегодня уже несколько раз умудрился меня удивить. Пазл медленно складывается, озарение ослепляет. Дарий со своими ухаживаниями, Рома с желанием все вернуть, приглашение в клуб и их игра с лозунгом — «Кого послушает Катя?». Получается, Рома спорил не с друзьями, а Дарий задумал все это с самого начала.
«Валим отсюда! Нам нужно время, чтобы придумать план!» — командует внутренний редактор.
Меня качает в сторону, от ментального толчка, а Дарий поднимает руку и сгибает указательный палец. Спасибо, что хоть не по коленке похлопал. Я тронута. Медленно шагаю вперед и останавливаюсь перед столом, на котором стоит пузатый чайник с плавающими темными листьями и две чайные пары. Сбежать — дело нехитрое, а вот разобраться во всем куда сложнее.
Дарий поглаживает ладонью место рядом с собой, и его губ касается добрая улыбка, словно он видит что-то невероятно жалкое и милое. Сажусь на диванчик, оставляя между нами безопасное расстояние, и поворачиваюсь.
— Чаю, Катюш? — великодушно предлагает Дарий.
— Ты первый.
Он многозначительно ухмыляется и молча тянется к чайнику. Аккуратно и неторопливо наполняет чашки, подвигает одну из них мне, а из второй делает пару небольших глотков.
— Надеюсь, ты ничего не имеешь против бергамота.
— Что вы, Дарий Викторович. Бергамот чудесен, а вот наглые хитрецы мне не по душе.
— Как же тогда ты смотришь в зеркало?
Приоткрываю рот, но сказать нечего. Подкол засчитан.
— Пей, Катюш. Я ручаюсь за его безопасность.
«А за нашу безопасность кто поручится?» — растерянно бубнит внутренний редактор.
Поднимаю чашку и вдыхаю аромат зеленого чая с тонкими цитрусовыми и фруктовыми нотами. Теплый керамический край касается губ, и на язык льется горячая жидкость, которая приятно согревает горло. Дарий внимательно наблюдает за мной, закидывает руку на спинку диванчика и чуть шире расставляет ноги. Наши переглядки как немой диалог с провокационными выпадами. Вопросы есть с обеих сторон, но мы оба не торопимся начинать разбор полетов. К столику подходит официантка и снимает с подноса блюдце, на котором лежат три круглых французских печенья.
— Соленая карамель, кокос, клубника. — Дарий указывает пальцем на цветные макаруны.
Делаю еще один глоток и кручу чашку. Темная жидкость собирается в быструю воронку. Все жесты Дария действительно милые, будь наш бэкграунд иным, я бы даже поплыла, но фальшью сквозит слишком ощутимо. Мысленно надеваю прочные доспехи поверх легкой кольчуги. Никогда бы не подумала, что они понадобятся мне с кем-то кроме Ромы и мамы.
— Сколько ты поставил? — спрашиваю прямо, но не поднимаю взгляд.
— Здесь где-то делают ставки?
— Я знаю о твоем споре с Ромой, — смело блефую я. — Скажи сколько, и я помогу тебе победить, даже не потребовав долю от выигрыша.
— Впервые об этом слышу, расскажи подробнее, — спокойно отвечает Дарий.
Вскидываю голову, впиваясь в зеленые глаза:
— Если я ошибаюсь, то… какого черта ты здесь забыл?
Дарий, не задумываясь ни на мгновение, достает из кармана телефон, жмет пальцем на экран и передает мобильник мне. Читаю сообщение, и противная сухость стягивает щеки.
volod.holod: «Дарий Викторович, я болею за вас, поэтому решил сообщить новость. Катя сейчас в клубе
