Читаем без скачивания Хозяин Пустоши. Книга 1 - Денис Мист

— Ищите.

И Павел Сергеевич отпустил его. Сам же задумался о том, кто же мог выжить зимой в Пустоши, еще и организоваться? Из докладов Протасова следовало, что самая большая группировка — его банда. Но из нее исчезли оба лидера, как раз мага. Не могли же они уйти на вольные хлеба? Да и зачем им? У них власть, они не мерзнут и не голодают. И все же ушли. Так кто же эта новая шайка? Ничего, Юра найдет и тогда спросит. А пока князь придвинул к себе отчет о налоговых поступлениях.

* * *

Известно, что змеи реагируют на движения. А еще они очень быстрые, не убежать. Змеи-монстры еще и умные — они не удовлетворятся одной жертвой, а догонят каждого, чтобы сожрать всех по очереди. А жертв охотники собирались избежать. Так что все замерли. Илья посмотрел на Ваню — тот застонал, но замер вместе со всеми. Так же все знали, что огонь и кислота стекают по чешуе этих тварей, а молнии и пули отскакивают и не причиняют вреда. Оставался лед и два меча. И кое-что еще, усмехнулся Илья и потянулся к флаконам на поясе.

— Медленно пьем и бьем. Ваня, ты как? — тихо спросил Стас.

— Живой, но что-то сломал, — ответил он.

— Ноги чувствуешь? — встревожилась Лена.

— Да, еще как. Кажется, ее и сломал.

На счет «три», когда змея уже выбрала себе следующую жертву, все пятеро одновременно прыгнули в разные стороны. Потом Олег и Матвей напали с мечами, Лена и Стас выпустили по струе холода.

Гадюка в первые секунды растерялась от такой прыти, а потом взвилась и зашипела от холода. Какой бы огромной она ни была, но оставалась хладнокровной тварью, так что очень не любила понижения температуры. Она затрясла головой и бросилась на Стаса. Одновременно взмахнула хвостом в попытке сбить с ног кого-то из мечников.

Стас увернулся. Елена усилила поток холода. Матвей отпрыгнул от хвоста, а Олег воспользовался ситуацией и воткнул меч в мягкое брюхо гадюки. Она зашипела и отпрянула, но движения стали медленными. И вдруг прямо у основания ее головы появился надрез. Потом еще. А с третьего раза голова отделилась от тела и вся туша с шумом упала на землю. Олег и Лена едва отскочили, чтобы не попасть под нее.

Когда все закончилось, все удивленно посмотрели на Илью. Лена метнулась проверять Ивана.

— Илья? Что это было? — строго спросил Олег.

— Эликсир рассечения. Я знаю, что мы договорились его не брать, но я тут подумал… — Он прокашлялся при виде того, как Станислав с усмешкой скрестил руки на груди. — Ты говорил, что монстры учатся защищаться от соседей, потому на огненных порой не действует молния и далее. А бобры отсюда живут очень далеко и вряд ли у местных есть от них защита. А у нас положение экстренное, нельзя нам допускать еще ранений и тем более смертей. И времени мало. Вот я и решил…

— Правильно решил, — одобрительно сказал Стас и хлопнул его по плечу так, что Илья аж присел. — Правила нужны, но иногда нужно и думать. Все верно. А теперь вырезаем железу, варим эликсир для Вани, лечим и уходим. Кот нам наплакал на пару порций, но кто знает, что нас ждет в будущем. Я вообще удивляюсь, как до сих пор обходилось без серьезных ранений. Как он там, Лена?

— Ногу сломал и пару ребер.

Стас кивнул и быстрыми, четкими движениям вырезал железу. Потом Лена сварила эликсир. Когда Иван встал на ноги, отряд поспешил домой.

* * *

Все что я знал, это боль. Она поселилась в животе раскаленными жуками. Она будто забирала все тепло. Живот жгло, но все остальное мерзло — ноги, руки казались кусками льда, в груди тоже поселился холод. А вот голова оставалась горячей. Мучительно горячей. Жар вызывал старые воспоминания. Картины прошлого мелькали перед глазами — неприятные картины, не хотелось это вспоминать, но сознание почему-то упорно на них фиксировалось. Только нежные руки Лены немного остужали голову и отгоняли видения. Я звал ее, но руки тут же исчезали.

Иногда воспоминания отгонял мужской голос. Я знал его, но не помнил. Он говорил пить и я пил. Это на время успокаивало жуков в животе, но потом они возвращались.

В какой-то момент я поверил, что эта боль была всегда, что никогда ничего не было, кроме нее. И воспоминания померкли. Исчезли руки Лены. Остался только голос, что приказывал пить. Но я не понимал смысла — зачем, если это ничего не изменит?

А потом руки вернулись. Только немного другие. Я не мог понять, но от них стало еще лучше. Я снова позвал и тут же испугался, что они исчезнут.

— Я здесь. — Услышал я сквозь плену боли. — Сейчас тебе станет легче.

— Ле-ена, — протянул я. — Не уходи больше.

— Я не уйду. — Ее голос почему-то дрожал.

И он не соврал. Боль начала отступать. Я не помнил, как жить без нее, и инстинктивно потянулся за ней.

— Саша, вернись, — услышал я голос Лены и замер. Нет, она лучше боли, бесхитростно решил я и пошел на милый сердцу голос.

Первым я увидел ее лицо, мокрое от слез. Прохладные пальцы гладили меня по лицу и почему-то дрожали. Слеза упала мне на губы и я ее слизнул.

— Соленая… — сказал я и не узнал собственный голос, слабее писка котенка.

Лена улыбнулась, шмыгнула носом и провела рукавом по лицу. Рядом послышался мужской смешок, чья-то рука протянула ей платок и я понял, что все это время смотрел только на Лену. Теперь оторвался и огляделся.

Я лежал в своей постели, рядом стояли друзья. Илья и Стас улыбались. Ника стояла чуть поодаль и тоже улыбалась, но как-то вымученно. Володя залез на кровать и критически осматривал меня. Я опустил глаза — оказалось, что он смотрит на мой живот со шрамом сантиметров в пятнадцать. Тут же вспомнилась та ночь: оклик Вадима, дверь, выстрел.

— Вадим… — произнес я.

— Я тут. С возвращением. — Из полумрака комнаты показалась его рыжая шевелюра, потом и он сам. — Что такое?

— Да, спасибо. — Пришлось быстро соображать, хотя мысли ворочались еще довольно медленно. — Я рад, что тебя не задело. Все живы?

— Да, все. Мы их перебили тогда. И теперь…

— Помолчи, — раздраженно перебил его Володя. — Не слышно ничего.

Он демонстративно припал ухом к моей груди. Все примолкли. А я получил возможность собраться с мыслями и еще раз осмотреть собравшихся. Тут были