Читаем без скачивания Группировка. Он, Она и Небо - Сергей Лесков

Всей группой распределились по двору. Машины поставили очень грамотно, учитывая, что расположение окон квартиры, куда прошел Фадей Петрович, неизвестны. Также, кстати, как и самой квартиры. Поэтому работали, исходя из худшего, а именно — что двор просматривается объектом и его связью в любом случае. И снова стали ждать. Видимо, садовник во всей красе рассказывал человеку о приходе двух мужчин, которые не знали пароля, но очень хотели связаться с ним. Если, конечно, он пришёл к этому человеку. Но ведь по идее так оно и должно было быть! Сергей, да и все остальные, были в этом абсолютно уверены. Недаром такая конспирация была придумана юристом, только при таком раскладе это всё логично объяснялось. Никто не выходил из подъезда примерно минут сорок. В эфире тоже была тишина, мобильные телефоны как вымерли. И вдруг в этой тишине раздался телефонный звонок на мобильном телефоне Михайлова Виктора. Номер был закрыт. Виктор заметно волновался, Сергей тоже опять почувствовал легкое подтряхивание. Звонок мог означать только одно — звонил человек, которого они ищут, и находится он в данный момент в одной из квартир последнего подъезда именно этого дома, за которым они, не отрывая глаз, наблюдали.

— Успокойся, Виктор, — сказал как можно увереннее Сергей. — Прошел всего лишь час, нас сейчас в городе нет, как мы объяснили старику, связь плохая, но ты ответь и попытайся договориться встретиться через два часа, когда появишься в городе. По телефону о делах ни слова.

Михайлов решился и нажал клавишу приема:

— Да, слушаю! — несколько раздраженно ответил Виктор.

В трубке какое-то время было слышно лишь дыхание человека, который почему-то молчал.

— Слушаю, кто это? — повторил уже нормальной интонацией и нормальным голосом Михайлов.

— Это я, Виктор, узнаешь? — Виктор вздрогнул. Он не мог поверить своим ушам! В трубке Михайлов неожиданно услышал так знакомый ему голос своего лучшего друга Лешки Куприна, который, как были все из них уверены, убит за ненадобностью тверскими быками «Савчука». Его даже передёрнуло. Он не знал, радоваться ему этому факту, или нет. — Как я хотел тебя услышать и увидеть все эти дни. Наконец ты появился! Где же ты пропадал?

— Леха, друг, как я рад, что ты живой. Воробья уже нет, ходят слухи, что тебя тоже грохнули… — Сергей показал Михайлову знак скрещенными руками, чтобы заканчивал разговор. После этого Виктор опомнился и продолжил разговор уже по плану: — Впрочем, давай не будем базарить по телефону. Меня сейчас нет в городе. Я приеду часа через два. Где я могу тебя найти? Надо много чего обсудить и порешать.

— Я сейчас, как и ты, на нелегальном положении, меня менты походу ищут. Поэтому не будем договариваться о месте встречи заранее. Я тебе позвоню через два часа и все скажу. Пока!

Он отключился. Удивление Сергея и самого Михайлова было более чем безгранично. Куприн, как птица Феникс, возродившаяся из пепла, вдруг нарисовался с того света. Ведь по большому счету никто не рассчитывал его уже встретить когда-нибудь в этой жизни. Получается, тверские отпустили его? Или же здесь что-то другое? Версий можно строить множество.

Только сейчас Осокин понял, что его бессознательно мучило всё это время, что такое они все не предусмотрели. Они не учитывали, не брали во внимание при планировании всех своих последних мероприятий то, что Куприн мог оставаться в живых и быть на воле. Труп его никто не обнаружил. Ведь он тоже заинтересован в получении своей доли, и при таком раскладе мог испортить и навредить всем, так тщательно разработанным ими планам. Да и степень его жестокости, после рассказов Михайлова обо всех членах группировки, заставляла задуматься…

Сергей принял решение не снимать наблюдение с подъезда дома, а сам позвонил Сорокину Володе и попросил его придти к нему в машину, чтобы обсудить вновь открывшиеся обстоятельства дела. Что нужно делать дальше, он не представлял…

Глава 12. Неожиданный поворот

Утром этого же дня, пока частные сыщики осуществляли совместно с Михайловым разработку садовника, «Кулек» вызвал к себе в кабинет Сорокина Владимира, своего самого любимого опера.

— Ну и как ты мне сможешь объяснить убийство Калинина Владимира Сергеевича, начальника кредитного отдела Новгородского филиала банка «Столица»? — спросил Геннадий Сергеевич.

— Да очень просто, — ответил опер, — пауки не могут ужиться в одной банке, начинают уничтожать друг друга.

— И ты уже знаешь имя главного паука? — с надеждой спросил шеф своего опера.

— Да, знаю, — подтвердил Сорокин мнение своего начальника. — Должен сообщить вам не очень приятную вещь, к разработке присоединилась ФСБ, так как организатор ограбления оказался высокопоставленным чиновником нашего «Акрилла». Мы вплотную приблизились к нему. Уверенность стопроцентная, но доказательств, кроме косвенных улик, никаких. А главное — не знаем, где искать похищенные деньги. Короче, вопросов имеется еще очень много, но мы стараемся. Поверьте, Геннадий Сергеевич, делаем всё возможное. Не хотел раньше вам говорить, но теперь уже можно. В деле участвуют и частные сыщики, Осокин со своей бригадой. Они занимались розыском Деркачевой, теперь их задача доказать, что она непричастна к ограблению. Как видите, интересы всех структур сплелись в один общий, и мы не имеем права здесь проиграть. Я думаю, всё решат один-два дня. Организатор реально обложен со всех сторон. Надо спровоцировать его на определенные действия, чтобы доказать его организационную роль.

— Получается, вы уже спровоцировали его на убийство Калинина. А ведь тот был бы прекрасным свидетелем в суде! Хотя какой на хрен свидетель, он бы проходил как соучастник. Ведь так? — И сам себе ответил: — Конечно, так. Поэтому ваш главный паук и убрал его. Смотрите не наломайте больше дров. Хватит трупов. Хотя и гибнут пока одни лишь преступники, но может быть и перебор. Тогда вместо благодарности, должностей и звездочек на погонах можно получить и волчий билет или должность участкового где-нибудь в Маревском районе.

— Я всё понял, Геннадий Сергеевич, — сказал Сорокин, — разрешите приступить к своим обязанностям?

— Иди и приступай, и помни, что я тебе только что говорил, — напутствовал Владимира «Кулек».

В это самое время Сорокину позвонил Осокин Сергей, объяснил, где они находятся, и попросил по возможности быстрее к ним приехать. Не мешало бы и присутствие Тимофея, хотя ему можно всё и по телефону объяснить. Что он и решил сделать, пока Сорокин на своем «Пассате» будет добираться до улицы Свободы.

Сорокин добирался до сыщиков почти полчаса. Осокин за это время во всех подробностях рассказал Тимофею о создавшемся положении. Тот взял небольшой тайм-аут после рассказа сыщика, сказал, что скоро перезвонит.

Владимира еще не было — он был где-то уже недалеко, когда Сергею на мобильный телефон позвонил Умнов Женя.

— Привет, Серега, — поздоровался с детективом Умнов. — У меня есть новости. И, на мой взгляд, довольно важные.

— Говори, Женя, у нас сегодня день новостей, — высказался Сергей.

— Я раскопал всю родословную нашего юриста, — начал Евгений, — нашел кучу его связей, хотя он не отличается особой активностью. Среди его близких знакомых по счастливой случайности я обнаружил своего очень хорошего не друга, но товарища. Его я сегодня разыскал и переговорил с ним по телефону. И вот что он мне поведал. У нашего разрабатываемого есть приемная дочь, уже взрослая тридцатилетняя женщина, проживает в Германии, имеет сына пяти лет, которого родила вне брака, так как замужем ни разу не была. Родила от любовника, который сам женат, имеет семью, но очень любит свою любовницу и ребенка, то есть своего сына. Отношения свои не афишируют. Об этом знает строго ограниченный круг лиц. И как ты думаешь, кто этот человек?

— Уж, случайно, не Алексей ли Куприн? — спросил Сергей. — Он сегодня так вовремя или наоборот — не вовремя буквально возродился из пепла. Мы ведь считали его практически стопроцентным трупом.

Евгений даже замолчал на несколько секунд. В трубке было слышно лишь его возбужденное дыхание.

— Серега, детектив хренов, ты, случаем, не экстрасенс? Кашпировский не твой папа? — за юмором Евгений пытался скрыть и удивление, и разочарование, что не смог удивить друга на полную катушку.

— Да нет, Женя, это ты у нас настоящий Кашпировский. Ты просто чудо, что раскопал этот факт. Теперь многие вещи становятся понятными. — Осокин ни капли не льстил Умнову. Тот действительно проделал гигантскую работу, в результате которой многие вещи встали на свои места. Теперь же стала объяснима и понятна близкая связь юриста и Куприна. — Спасибо тебе, Женька. Ты — гений своего дела. И береги базы, они у тебя, похоже, шире, объемнее и полнее, чем в полиции.