Читаем без скачивания Королевское правосудие - Кэтрин Куртц

– Дети мои, не стоит слишком явно выражать свою радость по поводу моего приезда, – усмехнувшись, предостерег он, кладя свою сумку на одну из стоявших у окна скамеек и жестом приглашая их сесть напротив него. – Боюсь, что если о том, кто я такой на самом деле, узнают за пределами этой комнаты, меня будет ждать здесь куда менее теплый прием. К счастью, Людольфус, мое второе «я», вызывает только обычные подозрения, возникающие всякий раз, когда муринский торговец просит о встрече с госпожой-христианкой.

– Нет, милорд, Вы не правы! – возразила Риченда.

– Дитя, не стоит лгать, чтобы пощадить мои чувства, – сверкнув белыми зубами, усмехнулся Азим, стараясь смягчить упрек, прозвучавший в его словах. – торговец Людольфус вызывает только обычные опасения, а вот Азим, брат эмира Хакима Нур Халладжа и регент ордена Рыцарей Наковальни слишком хорошо известен тем, что привечает Дерини и ищет новых рекрутов из их числа.

Но несмотря на это, я приехал бы сюда открыто, чтобы встретиться с вами, если бы Келсон был здесь. Но сейчас, когда король на войне, мне кажется, что у здесь хватает Дерини или почти Дерини, с которыми, пока не вернется король, управляться придется вам.

– Думаю, что я знаю всех Дерини, – сухо сказала Риченда, сложив руки на груди и подозрительно глядя на него. – Вы, наверняка, слышали про наших торентских заложников и про королеву Джеану. Но, интересно, кого Вы имели в виду говоря о «почти Дерини»?

Азим уклончиво пожал плечами и, раскрыл свою сумку, копаясь в кожаных футлярах со свитками. – Ну, например, ваших принцев-Халдейнов, которых Келсон оставил здесь править в его отсутствие: Найджела и молодого Коналла, который стоит вон там, в коридоре, надеясь еще раз увидеть мою прекрасную племянницу, – заметив как Ротана залилась краской, он улыбнулся. – Скажи, много ли времени он проводит в компании ваших торентских заложников?

– Да он почти не встречается с ними, – ответила Риченда, удивленная легкой ноткой раздражения, прозвучавшей в его вопросе. – Двое младших братьев, конечно, играют с Лайамом – мы все знаем, что мать Лайама явлет собой угрозу, так что мы предприняли необходимые меры предосторожности в этом отношении – а кроме того я наложила на мальчиков заклинание, которое сразу жек предупредит нас о любой попытке Лайама что-нибудь предпринять. Вы беспокоитесь так, в общем, или есть что-то, о чем мне стоит знать? Это из-за этого Вы приехали сами, а не прислали кого-нибудь из слуг? Ведь письма и свитки может привезти кто угодно.

Азим пожал плечами и, задумчиво глядя на Риченду, передал ей небольшой футляр. – Дитя, давай поговорим об этом чуть позже. Скажи сначала, не собирается ли на следующей неделе, или что-то вроде того, принц Найджел встречаться с торговцами из Торента?

– Не знаю, – тихо сказала Риченда, внезапно ощутившая странную тяжесть в животе. – А почему Вы спрашиваете?

– Расскажу чуть позже. Он собирается встречаться с кем-нибудь этим утром?

– Нет.

– Хорошо. Значит, у нас есть немного времени. Но сначала прочитай письмо, – Он показал на кожаный футляр. – Должен сразу предупредить, что это – только копия письма, которое, насколько я знаю, было действительно отправлено. Я не знаю, кому было послано это письмо, и у меня нет никаких подтверждений тому, что говорится в этом письме. Могу только сказать, что письмо получено из крайне надежного источника. А решать, что нужно сделать, придется тебе… и Найджелу.

Не теряя времени, Риченда дернула за конец кожаного футляра и вытряхнула его содержимое. Пробегая глазами угловатые строчки, она почувствовала как тяжесть в ее животе превращается в комок в горле.

…планы выполняются… освободить королевских пленников… безопасность короля прежде всего…, спасательный отряд под видом торговцев… добраться до Халдейна-регента… убийство…

Она узнала уже достаточно. Передав письмо Ротане, чтобы та тоже прочитала его, она ошеломленно поглядела на своего старого учителя.

– Они хотят попытаться убить Найджела? – прошептала она. – Когда?

– Этого я не знаю. Во всяком случае, не сегодня. Ты, похоже, даже не задумывалась о такой возможности.

– Нет.

– Но ты же разрешила леди Мораг и посылать и получать письма?

– Келсон разрешил ей написать Махаелю, чтобы известить его о том, что она останется в заложниках, по меньшей мере, до конца лета. Я сама диктовала текст.

– Ты уверена, что она не передала что-нибудь еще, в печати на письме или еще где-нибудь?

Риченда покачала головой. – Я узнала бы об этом, даже если бы не смогла прочесть сами сообщения. Кроме того, у них не было времени, чтобы договориться обо всем.

– Тогда, заговор должен быть хорошо срежиссирован, – предположил Азим. – Поскольку она – сестра Венсита, ее неплохо обучили. А Махаель Ардженольский, пожалуй, даже искуснее своего брата Лионела.

– Вы думаете, что это Махаель подстраивает покушение? – спросила Ротана, поднимая глаза после того, как сама прочла письмо.

– Он, или кто-то из его приближенных, – согласился Азим. – Но если это действительно Махаель, то план заговора может оказаться куда более сложным, чем нам кажется. Маленький Лайам может быть в опасности.

– Лайам?

– Риченда, вспомни, чему я тебя учил, – глядя ей в глаза, прошептал Азим, кладя руки ей на плечи и сплетая пальцы на ее шее. – Махаель считает, что он ничего не потеряет, если с маленьким королем что-нибудь случится, пока тот будет в заложниках, ведь следующий наследник находится в его полной власти, но вот потеря Мораг – это уже совсем другое дело. Допустим, что кто-то намекнул ему, что он может укрепить свое собственное положение, женившись на жене своего брата, которая, в случае гибели обоих оставшихся сыновей, становится наследницей торентского трона. Если бы Махаель женился на Мораг, то все, что ему оставалось бы сделать – это укрыться в своем Ардженоле лет на десять-пятнадцать и постараться произвести на свет наследников, точно так же как поступила меарская узурпаторша; Келсон никак не сможет помешать ему. А если с его пасынками неожиданной произойдет очень удобный для него «несчастный случай»…

– Вроде случившегося с королем Алроем, – подхватила Риченда, уловив мысль Азима, – то Махаель будет править Торентом вместе с Мораг, а после них трон перейдет к его сыновьям. Боже правый, Вы думаете, что он замыслил именно это?

– Не знаю, – ответил он, отпуская ее руку и садясь на свое место. – Тебе придется разобраться в этом самой. Я предупредил тебя и рассказал тебе, что считаю Махаеля способным на подобный заговор, вне зависимости от того, участвовал ли он в разработке данного плана. Но план освобождения торентских заложников и убийства Найджела действительно существует. Этим ты должна заняться в первую очередь. С остальным надо еще разбираться.

– Я сейчас же пойду к нему и все расскажу, – сказала Риченда, собираясь встать.

Азим улыбнулся и, покачав головой, схватил ее за руку. – Еще рано. Он пока в безопасности. Ты ведь уже сказала мне, что он не собирается ни с кем встречаться этим утром, а я не смею оставаться здесь надолго. Кстати, я еще не сделал то, из-за чего я сюда приехал. Ты все еще хочешь прочитать свитки, которые я привез тебе, правда?

– Да, конечно.

Вспомнив, как много лет назад Азим учил ее как нужно снимать накопившееся напряжение, Риченда снова села и помогла ему разгрузить его сумку, вытащив еще с полдюжины футляров со свитками, некоторые из которых были настолько длинными, что их концы вылезали из сумки.

– Прежде всего, должен сказать, что мне не удалось найти бумаг, которые ты просила, – сказал Азим, – но я все-таки надеюсь их разыскать. Во всех архивах, включая наш собственный, мало что сохранилось о святом Камбере, и может оказаться, что найти документы, касающиеся его канонизации, просто невозможно.

– Но Вы все-таки что-то нашли?

– Ну, самое интересное, пожалуй, вот это, – сказал он, передавая ей самый потрепанный футляр. – Это протокол заседания Рамосского Совета, он, правда, весь в пятнах и неполный – он, похоже, был неполным уже к тому времени, как попал к нам – но, я надеюсь, что он пригодится тебе. Один только Господь ведает, как этот протокол попал в архивы Джелларды, особенно, если учесть как наши предшественники-михайлинцы относились в те времена к церковным иерархам.

Риченда, взглянув на пометки, сделанные на футляре, передала его Ротане и взяла у Азима другой.

– Мне не хочется читать это, но Арилан будет просто в восторге… как и Дункан. А у Вас нет ничего, касающегося Камбера?

– Его самого – нет, но есть кое-что, касающееся его детей, – ответил Азим. – Вот распоряжение заплатить каменщикам за работу в часовне, подписанное сыном Камбера, Джорамом, который был священником и рыцарем-михайлинцем. Правда, этот документ датируется правлением короля Риса Майкла Халдейна, то есть не меньше чем пятнадцатью годами позже предполагаемой смерти Камбера. Что интересно, так это то, что остатки печати сохранили следы заложенного в него сообщения, что делает этот документ куда более важным, чем простое распоряжение заплатить каменщикам за их работу. Наверное, они строили что-то особенное.