душ, вымотанные сексом. Долго стоим под водой, смеемся и снова друг друга трогаем, будто целую жизнь не виделись. Сегодня все иначе между нами: вроде бы так же страстно, но в то же время забота в каждом движении сквозит. Я растворяюсь в этой близости, она удивительно сочетается с общим моральным состоянием. Мне очень спокойно, расслабленно. В голове ни единой мысли, сплошное перекати-поле, и я наслаждаюсь, принимая ухаживания Верховского.
И так долго сопротивлялась им. Есть ли смысл продолжать, когда нам так ярко и горячо вместе. Мы удивительно совпадаем в этот конкретный момент. Женя заботливый — кутает меня в полотенце, сам наспех вытирается, а я любуюсь широкой спиной, сильными плечами и вообще этим замечательным мужчиной, который, не спрашивая, в сердце поселился. И правда ведь сидит там глубоко где-то, а я и не заметила.
— Пойдем на пирсе посидим? — спрашиваю, глядя, как Верховский колдует над закусками, когда я выхожу из ванной с собранными волосами. Прическа давно испортилась, не пережив наш марафон, так что пришлось их затянуть крепко и высоко.
— Еду с собой возьмем?
— Только шампанское и ягоды, если ты не голоден, — пожимаю плечами. После застолья есть совершенно не хочется, а вот выпить еще не помешает. Не хочу, чтобы волшебные моменты заканчивались. Утром ведь уже не будет так хорошо, как сейчас.
— Нет, — качает головой, берет корзинку и бутылку шампанского прямо в ведерке. — На тебе бокалы.
Мы идем молча. Под ногами доски поскрипывают, теплый соленый ветер ласкает кожу, волны шепчут, с плеском разбиваются о доски, и я ненадолго замираю среди всего великолепия. Луна огромным диском наш вечер подсвечивает, звезды рассыпаются по небу. Удивительно. И очень красиво.
Женя садится на краю, я опускаюсь рядом. Свежий воздух немного отрезвляет, и я уже иначе смотрю на Верховского. Нет, от новых чувств я не отказываюсь, но между нами столько невысказанного, что нужно решать этот вопрос как можно скорее, пока мы не потонули в молчании, как бездушные камни на дне морском.
Я подбираю слова, чтобы сказать о разводе, но не могу определить верные. Знаю, что Женя сам не спросит, он ведь в курсе всей моей ситуации, поэтому есть риск напороться на тот же ответ. И да, это логично и правильно, только мне от этого неприятно становится. Хмурюсь, отгоняя наивную принцессу, по мнению которой прекрасный принц, хотя Верховский больше на огнедышащего дракона похож, будет чувствовать состояние первой красавицы и всегда задавать только подходящие вопросы. А не молчать, думая о чем-то своем.
Смотрю на море, на блики луны, играющие в верхушках волн. Нужно начинать разговор. Молчание почти перешло в тягостное, больше не умиротворяет, пропасть только сильнее разверзает. О чем бы спросить? Хочется о сделке предстоящей, но я прикусываю язык. Не сейчас. Сейчас в пору о личном, о неудавшемся браке, о карьере, о хобби, в конце концов, а я… эгоистка, которую, кроме бизнеса, ничего не интересует.
Цежу шампанское во рту, делая вид, что занята. Лишь бы первой не начинать беседу на неудобную тему. Женина ладонь опускается на мою шею, массирует мышцы. Прикрываю глаза и наслаждаюсь. Слишком приятно становится.
— Крис, по поводу покупки…
— М? — приоткрываю один глаз и смотрю неверяще. Он ведь не откажет. Каким-то шестым чувством понимаю. Иначе это будет тотальный провал.
— Хочу прояснить этот момент сразу. Ну, почти сразу, — посмеивается и меня к себе тянет, на грудь укладывая. Не спорю, на Верховском приятно лежать. И не только лежать, если честно.
— Что-то очень важное?
— Достаточно. У нас с Иваном есть бизнес. Ну как у нас. У него больше, мне принадлежит десять процентов. Он занимается продажей медицинского оборудования. Полный цикл: доставка, установка, утилизация. Гарантия, конечно же. Так вот…
— Ты хочешь, чтобы мы сменили поставщика на компанию твоего друга? — теперь картинка вырисовывается полностью. Он и правда это не только ради меня делает. Тоже в бизнесе. Странно даже, не думала, что у Верховского есть предпринимательская жилка. Он больше похож на работягу, который своими же руками жизнь строит.
— Да, это мое условие, — кивает. — Там все нормально и чисто. Контракт дороже не будет, ты не потеряешь ни в чем, а у Вани появится новый клиент.
— Еще что-то? — решаю выслушать все, а потом давать ответ. Требование вполне резонное. Быка надо брать за рога, а новых клиентов едва ли не шантажом заманивать. И надежный поставщик никогда не помешает.
— Я готов выкупить долю, но в управленческие дела лезть не хочу. Не мое это, мне в кабинете и в операционной комфортнее. Поэтому оформим генеральную доверенность, по которой ты будешь принимать все решения, — он целует в макушку, в два глотка допивает шампанское в бокале и на пару невозможно коротких мгновений прижимается к моим губам своими. — Это точно не обсуждается.
— Хочешь, чтобы я была твоим боссом? — улыбаюсь.
— Ты и так мой босс, — смеется. — Но да. Для всех предлагаю оставить, как есть сейчас: ты начальник, и все. А я обещаю трудиться на благо твоей репутации.
— Только вторую курилку не требуй.
— Может, комнату отдыха, — пальцы его по плечу вниз ведут, а следом идут губы. Я протяжно мычу, глаза прикрываю и где-то среди звезд пылью рассыпаюсь, потому что так хорошо, что изнутри разрывает, — приватную, для нас двоих?
— Мы тогда поселимся на работе, — смеюсь, позволяя себя ласкать. С Женей это как-то само собой выходит. Пока я думаю, надо мне это или нет, Верховский уже за нас двоих решает и до исступления меня доводит, когда не могу различить ничего, кроме его рук, губ и голоса. — Жень, — опускаю ладонь на его щеку, цепляю пальцами мочку и обвожу раковину. — Жень, постой.
— Что такое? — тут же хмурится, серьезным становится. Взгляд только помутневший выдает, и я улыбаюсь. — Крис, ты меня зачем отвлекаешь от важного дела?
— Важного? — удивляюсь. Он же только меня целовал…
— Очень важного. Я тут самую роскошную женщину в себя влюбляю, — заявляет самоуверенно.
— Ой, прости, — хихикаю, прикладывая пальцы к губам. — Я сказать хотела… Про друга твоего, — раз уж мы начали про бизнес, стоит закрыть тему окончательно. — Вслепую такое условие я не приму. Пусть покажет сначала, что и за какую цену готов продавать. Еще нужны лицензии, оборот, гарантии. Ты ведь понимаешь, что это слишком важное решение, чтобы соглашаться с ним наобум.
— Другого я от тебя и не ждал, — заявляет уверенно и в себя сильнее вжимает так, что жарко становится. Верховский как печка горячий, даже холодное шампанское не помогает остудиться. — Еще что-нибудь? — спрашивает немного нервно, желая
