раздражения в голосе:
— Моя цель была минимизировать внимание к нашим действиям. Служба безопасности императора уже дышит мне в затылок после инцидента с родом Гонтов. Если бы мы подключили больше сил и напали на Райана, они бы заметили и вмешались.
Мужчина с усами вздохнул.
— Прости, Саймон, но я согласен с Алленом. Мы не можем рисковать из-за твоих опасений. Мальчишка Купер — угроза не только для тебя, но и всех нас. А ты… ты просто пытаешься избежать личной ответственности перед императором.
Пожилая Антуанетта, посмотрев на Беркли, произнесла с глубокой серьезностью:
— Беркли, пойми, если мы не уничтожим этого мальчишку и император заполучит его живым, то он выудит из него всю информацию. И вся элита узнает, что именно наш Совет уничтожил род Гонтов, а не Райан Купер. Мы станем главными виновниками. Ты же не этого желаешь, верно?
Беркли уставился на стол, его лицо стало пепельно-серым от осознания всей серьёзности ситуации.
— Я понимаю это. Но вы и сами видели, как на мелкого психопата не подействовала ловушка. Его способности не подавляются стандартными способами. Весь отдел аналитики в полном ступоре и пытается понять, кто он вообще такой. Физик или же Элементал, каким считается род Куперов. Пока все их отчёты выглядят, как настоящий бред.
На что молодой Леон ответил:
— Пусть юнец и необычен, но с ним нужно разобраться. Подключить больше сил. Пусть ищейки императора докладывают — плевать. Главное — сохранить секреты нашего Совета. Уверен, вы понимаете что будет, если нас раскроют. — он посмотрел каждому старику в глаза. — Мы потеряем всё, что нажили за долгие годы. Абсолютно.
— Или, возможно, наступил момент, когда мы возьмём на себя ответственность и устраним нашего императора, — отпил чай старик Аллен.
Остальные участники разговора на мгновение замерли, обменялись удивлёнными взглядами. Беркли, с пронзительным взглядом, возразил:
— Мы Пока, — выделил он это слово. — не готовы к такому радикальному шагу, Аллен.
Тот усмехнулся:
— Триста лет мы «не готовы», Саймон. Начинаю думать, что эта «готовность» и не придёт вовсе. Может, это наш шанс? Твой крот сообщил, что Райан со своей группой недоумков прибыл с целью ликвидировать императора. Почему бы не помочь ему? Сделаем, как и прежде. Решим проблему чужими руками.
В зале повисла напряжённая тишина. Старуха Антуанетта внимательно всматривалась в старика Аллена, словно пытаясь разгадать его истинные намерения. Но тщетно.
Тишину нарушил молодой Леон:
— Идея заманчивая, но нельзя забывать: Райан — Аркадиец. Можем ли мы доверять ему? Думаю, что нет. Ведь он может вести и свою игру. Заключать союз с ним — рискованное дело.
Старуха кивнула:
— Согласна. Мальчик неуправляем. Разъярённому зверю плевать, кому грызть глотку. Но мы можем использовать его. Что если… мы направим его? Откроем двери императорского дворца для него в самый подходящий момент. Когда император не будет готов к атаке, и сам Райан не догадается, что мы направляем его против нашего врага.
В комнате почувствовалось напряжение. Это предложение звучало как идеальный план, но также и как крайне опасная авантюра. Если что-то пойдёт не так, последствия могут быть катастрофическими.
Беркли, как негласный лидер совета, сверлил глазами каждого из присутствующих, затем сухо произнёс, озвучивая решение:
— Что ж, вижу вы уже всё решили. Раз так, то давайте приведём зверя на хозяйский пир…
* * *
Ночной воздух был приятно прохладным. Валекор и я проходили мимо безжизненных тел поверженных солдат, разбросанных по всему двору. Я старался украдкой всматриваться в его лицо, не вызывая вопросов у новообращённого. После произошедшего в голове творился дикий сумбур. Валекор… Тот самый Валекор. Мой учитель, наставник… Тот, кто всегда смеялся в лицо опасности, и готов был рвать на куски любого, кто шёл против нашего ковена. Именно он обучал меня искусству боя и сопровождал в большинстве заданий, выданных графом Бертольдом, как часть обучения. Да что тут говорить, мать твою! Ведь это Валекор спас меня, тогда ещё зелёного юнца, от первых встреченных мною Ликанов. Мне до сих пор было сложно поверить, что рядом со мной шёл мой наставник. Слова Джона о том, что время линейно и все события должны произойти, звучали теперь не архаичным бредом сумасшедшего, а настоящей правдой. Дэвид Фишер… Обычный человек, хоть и являющийся S-ранговым эспером, на самом деле и есть мой наставник. И пусть происходящее для него является в данный момент настоящим, но для меня, знающего будущее, всё выглядит теперь иначе. Словно вся ситуация с моей смертью, перерождением и новой жизнью приобретала новые краски.
Самое дикое во всей этой ситуации было то, что именно я обратил Дэвида. Именно из-за меня он изменился, став Валекором и взяв это имя. А ведь, если вспомнить… Если напрячь память… Мой учитель никогда не говорил о своих родителях, а тема обращения людей в себе подобных вызывала у него странные чувства. Выходит… Валекор не был Первородным? Получается так, и вопрос о том, откуда у него была ужасающая сила, сам себя исчерпывал. Я до сих пор не знаю, сколько именно лет прошло с нынешней реальности до той, когда я был рождён Беррадой. Сотни, тысячи… За это время Валекор успел стать настоящим чудовищем в плане силы. Это объясняет… Да…
Вдруг Валекор замер, выбив меня из мыслей. Я уловил его взгляд, направленный в сторону растущего сада, и тут же понял причину: кто-то бежал.
— Кто-то пытается убежать с территории поместья, — повёл он носом, принюхиваясь, и тихо сказал, с ожиданием посмотрев мне в глаза.
Без малейшего колебания, я приказал:
— Поймай и приведи ко мне. Этот сбежавший может знать больше, чем нам хотелось бы.
Валекор кивнул и размытой тенью бросился в погоню. Пусть они с Артурией оба S-ранговые эсперы в былом прошлом людей, но у моего нового союзника адаптация происходила с поразительной скоростью. Уже сейчас, сорвавшись в погоню, он не только полностью контролировал своё тело, но и вампирскую силу, оставившую после него лишь бордовый шлейф. Что ж… Ещё одна галочка в моим догадкам насчёт учителя. Которого я же и обратил. Твою мать… Как теперь с этой мыслью жить то?
Я отправился обратно в особняк. Стоило пройти внутрь, как расслышал многочисленные голоса из гостиной. Прошёл через парадный вход, и вся группа ликвидации из нескольких команд стихла. Вокруг витал коктейль эмоций. Напряжение, облегчение, усталость.
Рыжая воительница Дженнифер стояла со своими бойцами возле окна. Чуть поодаль, недалеко от камина, Акула и Артурия. Рядом с диваном группа бойцов, что служили ассасину Рудольфу Соросу, а позади них молчун со своими парнями. Многих потрепало, и беглым взглядом я понял, что нескольких членов отряда не хватает. Погибли?
— Вижу, не все справились, — произнёс я сухим тоном.
Рыжая воительница, с лёгкостью закинула свой массивный молот на плечо и уверенно произнесла:
— Не знаю, как у других, но северная часть особняка удержана, — подмигнула она, а в её голосе появилась лёгкая игривость.
Артурия, с запачканным в крови лицом, ответила сразу же за ней, будто не желая отставать:
— Западный тоже… Господин. — добавила она последнее с некоторой задержкой. Её глаза остановились на мне на долю секунды дольше, чем было необходимо.
Дуглас только хмыкнул.
Молчун тоже высказался:
— Наша сторона удержана. Двоих потеряли. Кстати, — он посмотрел по сторонам и произнёс: — Где Сорос? Не вижу его среди нас.
Один из солдат ассасина, выглядевший заметно встревоженным, сказал:
— О-он удрал…
— Серьёзно? — удивилась рыжая. — Никогда бы не подумала, что Сорос на такое способен, — пробормотала она. — Всегда думала, что у него железные яйца, а оказалось…
— Предательство в наших рядах — последнее, чего я ожидал, — сказал сурово Акула.
— С ним нужно будет разобраться, и жёстко, — процедил сквозь зубы молчун.
Я же улыбнулся, чем заставил многих приподнять брови в недоумении.
— Что смешного, Райан? — спросил Дуглас, не сдержавший своего любопытства.
— Думаю, Сорос ушёл не так далеко, как хотел бы.
И в этот момент главные двери особняка распахнулись. В гостиную вошёл спокойный Валекор, таща за собой измученного, бессознательного Сороса. В крови, одежда порвана. Все присутствующие в комнате на мгновение оцепенели, но больше их удивило не поимка сбежавшего ассасина, а появление бывшего Дэвида Фишера в качестве ловца за беглецом.
— Какого чёрта здесь делает Орлеонтанец⁈ — возмутился молчун.
Что-то он разговорился в последнее время.
Остальные
