Его сообщники переглянулись.
— Пока одно да другое, меня допросить уже не успеют… — закончил свою мысль мужчина. — И у вас будет шанс закончить начатое. Помните, необходимо полностью разрушить репутацию ректора Айто.
— Но его брат, — подал голос один из заговорщиков, — щуплый и кажущийся немного неловким парнишка с оливкой кожей и носом-картошкой, — ведь Деймор Айто — Советник императора, он будет защищать брата до конца…
— Но мы и не потребуем казни, — оскалился лорд Гинар — всего лишь ограничителей силы и срочной женитьбы, дабы нестабильный маг обзавелся наследниками, а потом…
— А потом… оп, — сомкнул ладони последний из присутствующих. Вернее, последняя. Эта дама была ценным кадром хотя бы потому, что была преподавательницей.
— Да. Потом от ректора можно будет… избавиться, — тонко улыбнулся Гинар, не заметив, как яростно вспыхнули глаза леди Дарито.
Госпожа-инспектор была совершенно не согласна с этим планом. У неё свой есть! А потому, самое быстрое и простое, что она сейчас может сделать — это «вывести» на чистую воду двух заговорщиков и ненароком сдать их в руки ректора. Сдать, чтобы иметь возможность самой нанести удар…
Ух, она развернется! Леди Дарито мечтательно облизнулась, скрыв свой хищный порыв за зевком и ещё одним глотком вина.
Господа-заговорщики засуетились, обсудили ещё раз текущие планы и зашуршали по норам, не заметив, что за ними следит ещё одна пара глаз.
Вот только когда трое покинули кабинет господина заместителя ректора, и лорд Гинар уже собирался привести в действие свой гениальный план… тени всколыхнулись.
Из них вышел двойник Гинара Тарито, внимательно смотря на замершего мужчину ледяными страшными глазами.
— К-кто вы тако-ой? — Выдал несчастный, едва не срываясь на недостойный сиятельного Изменчивого фальцет.
— О, я не представился, — низкий и лишенный сейчас всяческий эмоций голос незнакомца нисколько не походил на голос заместителя ректора.
Тот, дрожа, смотрел на своего двойника. Какой же неудачный день! Магия не работала, стражу не вызвать, даже в окно не вылезти! И заговорщикам иногда не везет!
— Не люблю, когда что-то идет не по плану, — тем временем, ухмыльнулся незнакомец, — в этом мы похожи… Вы немного развеяли мою скуку, господа, но ещё не совсем… поэтому ты, Гинар, останешься здесь, завершишь все свои дела, а потом пойдешь и добровольно сдашься императорским безопасникам. И сдашь всех, кроме тех троих, кто был здесь с тобой сейчас…
Говоря это, незнакомец шевельнул пальцами, и Гинар Тарито с ужасом понял, что его тело больше ему не подчиняется. Тело начало наводить порядок в бумагах, вынимать из тайников ценные улики и вообще всячески готовить себя, преступника, для транспортировки в руки императорской гвардии и сыскарей.
Незнакомец умиротворенно наблюдал за этим, дирижируя пальцами. А потом подошел ближе, заглядывая Гинару в глаза. Тому показалось, что на него смотрит голодная и злая бездна.
— Хочешь знать, кто я? Думаю, ты это заслужил, малыш, — потрепало его чудовище по щеке.
И Гинар рад был бы ответить, но… не мог! И глаза закрыть не мог! И вообще — день из отвратительного становился все более кошмарным! Да Гинар бы сейчас дознавателям как отцу родному обрадовался бы! Только ужас этот уберите с глаз долой!
Но… ужас был тут. И убираться никуда не собирался. Более того, мерцающая пленка меняла его личину снова, открывая совершенно иное лицо. Лицо, увидев которое Изменчивый лорд побелел как простыня, затрясся и, вопреки всем заклинаниям, рухнул в обморок, растянувшись на полу.
— Какие хилые пошли Изменчивые, — пробормотал незнакомец, пристраивая незадачливого заговорщика на диван. — Вот в мое время…
Напевая себе что-то под нос, он вошел в тень одного и шкафов, а вышел в совершенно ином месте. Вдохнул пахнущий хвоей воздух.
— Мой Храм, — пропел почти мечтательно, прикрывая бордовые глаза, — как давно это было… как долго я спал! И как теперь будет весело! — Клацнул клыками.
Подхватил под попу шустрого кролика, взял на руки, поглаживая трясущееся животное за ушами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Малышка-полукровка славно развлекает меня, заметил мужчина кролику, — да и последний дракон Метели тоже. Реликтовая зверушка все же, надо его сохранить. Так что будет им счастье, — слегка угрожающе прозвучало в морозной тишине, — я это обещаю…
Часть 11. Как развести злодея…
В большом зале слегка разгромленного Храма царила абсолютная тишина.
Действующие лица были все те же… а именно: мой дракон — одна штука, зверье — три штуки, непонятное нечто в зубах Ихме — одна штука и ворвавшийся с жутким воплем лорд Нир Ши — тоже один… пока что.
Мне, кажется, послышалось. Или в ушах все ещё звенело, потому что не мог же он на самом деле назвать меня своей… дочерью? Дочерью! Только руки, обнимающие меня за плечи, не давали потеряться в этой реальности. Неймир Айто меня отдавать не собирался и раздраженно рыкнул на магистра Нир Ши.
Тот на миг замер, смерил нас задумчивым взглядом. И… перетягивать меня, как два котенка клубок ниток, мужчины перестали.
Только смотрел Нир Ши на меня… так смотрел, что ком в горле вставал. Столько бесконечной радости, искренней нежности, беспокойства, заботы, восхищения было в его взгляде. Как будто треснула ледяная корка, что отделяла нашего равнодушного магистра от всего мира, и эмоции выплеснулись на первого же стоящего перед ним человека.
— Дочь, — снова прошептал он, едва не жмурясь.
— Вы ошибаетесь, — неуверенно заметила, чувствуя только сильнейшую усталость.
Миг — и я уже на руках Неймира Айто. Мужчина прижал меня к себе, а потом… раздался тихий шелест — и надо мной сомкнулись серебристые драконьи крылья, отрезая от мира вокруг.
— Полуоборот? — Удивленный голос магистра Ши. — Значит, дракон тебе начинает подчиняться…
Мне очень хотелось расспросить, что же произошло, пока меня похищали. Спросить, нашли ли хоть кого-то из похитителей или им удалось сбежать. Спросить, что с нами теперь будет, если мы поженились — в это до сих пор не верилось! И про магистра, конечно, спросить хотелось тоже — потому что слишком невероятной была бы та история, где я оказывалась его дочерью!
Вообще много чего хотелось спросить, но навалилась такая слабость, что говорить не было сил. Поэтому я откинула голову на плечо ректора, и, кажется, неожиданно для себя, пригрелась в коконе крыльев и задремала. Вот так все интересное проспишь, Терри!
— А это что такое? — Доносился до меня разговор сквозь дрему. Ихме кого-то притащила. — Это же крыса? Поохотиться захотелось? — Мой муж — подумать только! — недоумевал.
— Не крыса, нет, — я так и видела, как Ихме трясет хвостом и упитанной… хотя, что вы, она не упитанная, просто кость пушистая! — попой, — смотрите внимательнее! Эй, ну вы что?
— Прекратите произвол! Я, я буду жаловаться! В Совет, императору, другим расам! Это надругательство! — Раздался плаксивый раздражающий голосок. Кого-то он мне напоминал… погодите-ка… это что, пропавший женишок? То есть Геррик Тиони?
— А древний алтарь видит суть, — раздался спустя несколько секунд холодный голос магистра Нир Ши. Я как наяву видела, как изгибается черная бровь и хмурится смуглое лицо, — крысе — крысиная жизнь.
— Я ему бантик подарю… а потом его, перевязанного бантиком, отдам Мряксу и … Бурану, верно? — Шипящий голос ректора и жалобный визг бывшего адепта.
Да уж, котикам точно понравится, а вот понравится ли Тиони — не уверена! В следующий раз, если расколдуется, трижды подумает, стоит ли строить коварные планы в отношении однокурсниц.
Молчание. Кажется, я снова провалилась в глубокую дрему, потому что когда немного пришла в себя, уже была совершенно в другом месте, а нос щекотал запах свежих простыней.
— Нир, ты действительно уверен? — Голос лорда Айто.
— Я проведу ритуал родства, — голос магистра, — когда девочка немного придет в себя от всех приключений, но да, я практически уверен. Она очень похожа на мать… но больше на меня, разве не ты заметил это первым? Особенно сейчас, да?
