балласт?
— Подожди меня здесь, я сейчас, — говорит Родион, оставляя меня с рюкзаками в холле, а сам бежит в гардероб забрать наши вещи.
А меня накрывает необузданная радость, вижу в окне своё причудливое отражение и горящие глаза. Мамочки, что со мной?!
47. Василина
Забитый продуктами дом подсказывает, что родители собрались отсутствовать явно не один день. Это ненадолго выбивает из колеи, хотя уже по одному приезду бабушки с дедушкой можно было догадаться, если бы я была тогда внимательнее…
— А ты с Кариной хорошо общаешься? — разрывая мою задумчивость, спрашивает Родион, который в прямом смысле чувствует себя, как дома.
Он и в первый-то раз не особо скромничал, а теперь отважно взялся за готовку, даже не предлагая помощь, а просто беря всё в свои руки. От меня требуется, видимо, только подсобная работа: принеси, подай — иди, не мешай.
— В целом неплохо, — говорю, вытаскивая из холодильника две колбасы. Там осталось ещё три вида, не включая всяких копченостей.
— А в частности?
— Сейчас реже, но как встречаемся, не против поболтать от души, — поджав губы и рассуждая, что можно приготовить с наименьшими временными затратами, не особо вдаюсь в подробности, с чего такой интерес у Родиона к моему общению с Кариной.
— То есть ты не знаешь об изменениях в её жизни? — не унимается Атласов.
— Нет, каких? — сумел-таки заинтересовать, жук.
— Парень появился, из наших.
— А кто у нас «наши»?
— Киберспортсмен, достаточно успешный, популярный в узких кругах, — рассказывает Родион, нарезая овощи.
— Рада за Карину, — не до конца понимая, к чему он мне это рассказывает.
— А ты заметила, что она единственная, кто поздоровался с моим отцом на дне рождении мамы? — перескакивая с темы на тему, вдруг спросил парень
— Ты сегодня супер последовательный…
— Та фотография меня и тети Веры была продана Кариной журналистам. А помогал ей в этом как раз Богдан.
— Что значит продана?
— Ни одна фотка с того мероприятия не должна была попасть в сеть. Были всевозможные шишки, ни одного журналюги или оператора, и тут сенсационно всплывает.
— Карина подставила свою маму? — неверяще переспрашиваю я, не понимая, как такое возможно.
— Ещё и за хорошие деньги! — кивает Родион и поворачивается посмотреть на меня.
Пребывая в шоке от услышанного, я присела на стул и бессознательно начала теребить скатерть.
— Когда написал, что мне заказали сломать тебя, я не шутил. И не привлекал внимание!
Наконец Родион подбирается к самой сути разговора, а я перевожу стеклянный заторможенный взгляд на него, его серьёзное и немного сумрачное лицо, на складку, что залегла между бровями.
— К чему ты клонишь?
— Мне кажется, что заказчиком могла бы быть Карина.
Мои глаза от удивления ползут на лоб, кажется, что мне рассказывают сюжет фантастического фильма, и мне не особо придется его оценивать. Неправдоподобно, неестественно, но жутко.
— Приветствие, фотография, парень… — верчу головой, — что за Кубик Рубика?!
— После того, как я увидел, что Карина поздоровалась с человеком, которого у нас из знакомых никто не уважает, наблюдал за ней почти весь вечер. Казалось странным, что она и мой папашка почти одновременно смотрят в телефон. Ну, я пошарил немного, попытался во всяком случае. У неё интересненькая защита стоит, как вызов мне. Переписки отрыть не удалось, но увидеть, с кем есть беседы я смог… Не смотри на меня так, у меня свои методы!
— Да, да, продолжай. Не обращай внимание, что мои глаза от шока скоро затылок увидят.
— Понимаешь, у неё есть переписка с моим отцом!
— Мало ли, может, спрашивала, какой подарок твоей маме подарить… — стараюсь накидать версии, чтобы не скатиться в омут конспираторства так быстро.
— Василин…
— Что? Ты рушишь мою картину мира, как Галилей! Я пытаюсь понять, честно!
— А тебя не смущает, что мне заказали сломать тебя? — Родион подходит к столу и садится рядом на ближайший стул. — Смотрю, не спешишь разузнать подробнее!
— Я не верю, что это серьёзно, — пожимаю плечами, думая совсем о другом.
— За несерьёзное сто тысяч не обещают, — хмыкает в ответ.
— Сколько?!
— А что, если это Карина, то от продажи фотки она в хорошей прибыли, может так бездарно разбрасываться.
— Бездарно? — позволяю себе лёгкую колкость. Многое хочется спросить, язык чешется, но, прикусив его, унимаю прожорливое любопытство.
— Думаешь, я с тобой этим всем делюсь, чтобы так изощренно исполнить заказ? — удивляется, вроде бы даже искренне.
Не знаю… Не могу полностью доверять Атласову, что-то мешает, свербит, словно напоминалка от интуиции. Да и не так много времени мы знакомы, пуд соли вместе не съели, сандалии не истоптали.
— Вдруг!
— Я вернул деньги, даже штрафные, — сердито бросает Родион и отворачивается.
— Штрафные?
— Конечно, по-другому на заказ не соглашаются, — говорит со знанием дела.
— Ты что, весь свой выигрыш на это спустил?! — не могу оставаться равнодушной, какой же дурак и стоило только…
— Так нужно было! — срывается на злость, но мгновенно умолкает, поворачивается и смотрит своими леденящими душу глазами. — Я почти уверен, что заказчиком была Карина. Поэтому нам сегодня предстоит это проверить.
— Нам? Проверить? — выпадаю в нерастворимый осадок, хотя, казалось бы, откуда ещё силы удивляться. — Погоди, сегодня вечером? Ты её тоже позвал?
— Я никого не звал. Запись в Лампе — это оферта, как модно сейчас говорить. Кто принял приглашение, из тех я и отбирал. — делится некоторыми нюансами, о которых я даже не задумывалась до этого в высшей мере откровенного разговора.
— И Карина сама решила прийти?
— Не поверишь, но да! — превращаясь в дерзко-весёлого мальчишку с ямочками на щеках, отозвался Родион, чьи глаза загорелись предвкушением.
— И как мы будем проверять?
— Есть некоторые соображения, — лукаво подмигивает и тут же встаёт, возвращаясь к готовке.
А я остаюсь за столом: обескураженная, озадаченная и…напуганная. Страсти Мадридского двора как-то не очень созвучны нашему дому, у нас всё просто, добро и бесхитростно.
Но я отчего-то не сержусь на Родиона, что он затеял шабаш.
Одной дома мне было бы в разы страшнее… Тем более, когда Атласов привычным образом загонял свой мотоцикл к нам во двор, я заметила рядом с воротами баллончик с краской.
48. Василина
— Нет, тут ещё есть область допустимых значений, ответ другой получается! — за большим столом веранды кипели настоящие дискуссии, даже на допах по математики не бывает так жарко и весело одновременно.
Почти все успели к назначенному часу, чуть позже пришли только Зарина с Кариной, одна сетовала на другую, называя причины опоздания, но мне, если честно, уже было не до этого.
Великие математики срочно нуждались в хорошо
