Читаем без скачивания Мастер Альба - Шервуд Том

– Это значит, – с тоской глядя в небо сказал ему Альба, – что если Бэнсон проживёт хотя б полчаса – это будет необъяснимое чудо. Кто спрыгнул первым? – повернулся он к переминающемуся с ноги на ногу вознице.

– Наш гость, – уверенно ответил тот, – большой, лысый, со шрамами.

– Невероятно, – забормотал Альба, в волнении расхаживая по двору. – Бэнсон не знает ван Вайера. Ну не может он его знать!! А тем более – не мог заметить, даже если Крошка шёл вплотную в затылок. Зачем тогда спрыгнул? Что происходит?

Во дворе собралось человек двенадцать монахов, и ещё пять – в цивильной одежде.

– Лошади осёдланы! – сообщил кто-то из конюхов, хотя Альба об этом и не распоряжался.

– Молодцы, – кивнул капюшоном монах. – Со мной пойдут – Альба окинул взглядом собравшихся, – ты, ты – и ты. Возьмите арканы, ножи и обязательно – пистолеты. Есть новые, с капсюльным боем? Нет? Говорил же, съездите в Бристоль к Томасу Локку!

Он поправил Кобру, сунув руку в разрез балахона (тот, кто знал этот жест – поёжился: это беда), забросил поводья на шею лошади, подведённой к нему. Спросил у одного из старых монахов:

– В доме есть тень ?

– В нашем – нет, – ответил тот и качнул головой сокрушённо. – Но мы сейчас же, расставив всех, и предупредим.

– Расставьте, – согласно кивнул Альба. – Особенно – возле окон. Только вряд ли это поможет. Крошка Вайер пришёл! Ах как гадко…

Четвёрка всадников вылетела за ворота, которые с необычайной поспешностью затворились. Первым мчался возница, показывая дорогу. После нескольких коротких остановок и недолгих расспросов добрались до пригорода. Здесь ещё покружили, поговорив с вездесущими мальчишками, – и вынеслись на большак, взяв в галоп к лесу.

Здесь они замедлили ход, и двое всадников склонились, внимательно рассматривая следы, – а двое так же внимательно и настороженно всматривались в горизонт. Вдруг из леса послышался голос:

– Альба?

– Носорог!! – воскликнул монах. – Жив?!

– Почему же я не должен быть жив? – спросил, выезжая из зарослей, Бэнсон.

Монах быстро махнул рукой, и все, хлестнув лошадей, помчались вдоль по дороге – всё дальше и дальше. Наконец, высмотрев подходящее место, Альба резко свернул. Все свернули за ним и глубоко ушли в лес.

Выбрав полянку, монах соскочил с лошади и привязал поводья к кусту. Спешились и остальные.

– Что мы делаем? – озадаченно спросил Бэнсон.

– Мы прячемся, – ответил коротко Альба и прибавил, обращаясь к троим своим спутникам: – Проверьте всё вокруг шагов на двести!

Трое людей достали оружие, переглянулись и скрылись, разойдясь с поляны в разные стороны.

– Что происходит? – спросил Бэнсон, а сам, не дожидаясь ответа, а только лишь оценив поведение ушедших монахов, торопливо присел и достал арбалет.

– Это ты расскажи, что происходит! Ты видел Вайера? Зачем ты выпрыгнул из коляски?

Бэнсон виновато повёл плечом, доставая ворот и натягивая тетиву.

– Проезжая мимо какого-то дома с повозкой, – ответил он, – я увидел в ней свой арбалет. Вот он, смотри! Это тот, который у меня унесли, когда мы в лесу встретились с Люпусом. Помнишь? Ты ещё сказал “это гадко”.

– Так, и что ты?

– Я спрыгнул, а толстячку сказал, чтобы он ехал к тебе. Вот, потом я как бы нанялся в слуги к хозяину этой повозки и увёз его – но не в порт, а в лес – он сейчас там, откуда я выехал. Пригрозил и заставил всё рассказать. Он купец, имеет свой магазин под названием “нужные вещи” – не в Англии, а где-то на континенте. Он скупщик краденого! На него работают несколько плутов, которые крадут указанное им, и он переправляет всё в свой магазин – там и оружие, и книги, и инструменты, и одежда, и лошадиные сёдла, и кухонная посуда – в общем, всё, всё, – не зря ведь назвал-то “нужные вещи”! Вот, и он рассказал, что двое мужчин – один старый монах, второй – высокий и сильный, с красивым лицом, ожидали посадки в порту. Он увидел у них вот этот ящик и предположил, что в нём – что-то ценное. И “заказал” этот ящик. Плуты отвлекли внимание тех двоих – и спёрли футляр. Цена арбалету, как оказалось – стоимость двадцати лошадей. Его хотели купить уже здесь, в Плимуте, но купец, чтобы не рисковать, решил увезти арбалет подальше из Англии. Футляр уложили в повозку, но парусиной накрыть не успели. Как я мог его не узнать? Вот и спрыгнул.

– А ты не видел маленького человека, который шёл или бежал за вашей коляской? Алексо, толстяк, твой сосед, говорит, что он – видел.

– Да и я видел! Я ведь едва не раздавил его – выпрыгнул-то внезапно. А пацан этот едва из-под ног увернулся. А кто он?

Бэнсон закончил взводить тетиву и вложил в жёлоб тяжёлый и острый болт.

– Он – твоя смерть.

Бэнсон поднял голову, недоверчиво улыбнулся.

– Никаких шуток, Бэн. “Пацан” этот – невидимка-убийца ван Вайер. Он наёмник у охотников за черепами.

– “Ван” – это приставка к имени у голландских дворян?

– Носорог, ты меня изумляешь! Разве об этом спросил бы всякий нормальный напуганный человек?

– Чего пугаться-то. А кто эти “охотники за черепами”?

– Ты что-нибудь знаешь о мире коллекционеров? Они объяты незнакомой простым смертным страстью – к собирательству какого-либо вида предметов, чаще всего старинных. Они организуют общества, небольшие компании, обменивают, выгадывают, выпрашивают, не спят ночами и умирают от радости, получив-таки наконец какую-нибудь безделушку. Среди коллекционеров, как и среди всяких сообществ людей, есть и выродки. Например, кучка недосягаемых богатеев, которые коллекционируют черепа. Этим коллекциям – много веков, все они – династийные.

– То есть передаются по наследству, – продемонстрировал образованность Бэнсон.

– Именно так. Они покупают у работающих на них тихих “шакалов” необычные черепа – или большие размером, или с заметной деформацией – вообще, с любым врождённым уродством. Шакалы, как правило, гробокопатели. Раскапывают могилы, старые воинские курганы. Скелеты выбрасывают, черепа забирают. Но есть и те, кто нападает на живых людей. Они, встретив человека с необычной формой головы, убивают его и уже потом, когда несчастного похоронят, ночью спокойно вскрывают могилу. Ван Вайер – один из таких.

– Это что же, ему приглянулась моя голова?

– Ну конечно. Необыкновенно крупная, с двумя явно выраженными выпуклыми макушками. Со следом удара к тому же.

– Да этот Вайер ростом – едва мне до пояса!

– Ему сорок лет, и он сегодня самый умелый в Англии головорез.

– Так он – лилипут?

– Я бы сказал – просто “маленький человек”. Лилипут – нехорошее слово, потому что сами маленькие люди считают его обидным. Потому я его не произношу. Но ван Вайер не просто маленький человек. Его рост приходится ровно на невидимую половинку, неуловимую чёрту, когда на дюйм ниже – с виду ребёнок, на дюйм выше – низенький взрослый. Он прекрасно носит бороду и усы, и шляпу, и трость, и в то же время – короткие детские штанишки. Он дворянин. Получил превосходное образование. Насмешки, которыми сверстники осыпали его по поводу маленького роста, приучили его к стремлению всегда и везде быть лучше всех. Огромное количество времени он провёл в библиотеках. Написал две собственные книги – “История убийств из засады” и “Типы замков”. Где-то под Лондоном у него имеется поместье, купленное на чужое имя. Там есть громадный гимнастий, – продолжал удручённо рассказывать Альба, – где кроме бойцовского помоста и щита для метания ножей есть даже батут. Ты, конечно, не знаешь, что это такое. Батут – огромная деревянная рама, внутри которой на пружинах растянут полог из шёлковых нитей. Человек может прыгать на нём, высоко подлетая вверх, и переворачиваться в воздухе. Любой, хотя бы год позанимавшийся на батуте, становится ловким, как кошка! Там же у Вайера библиотека, где собраны, включая древние манускрипты, труды по устройству ловушек и всевозможным типам оружия. Вайер может убить столовой ложкой или курительным мундштуком. Он может ночью трепетным женским голосом попросить помощи – и ему откроют любую дверь! И я видел однажды, что случается в доме после этого гостя. Понимаешь теперь, что за человек идёт по твоему следу?