погребам. Шляхтичи и наёмники отказывались выходить на стены под таким обстрелом. У них кончался порох. А в русский лагерь привезли трофеи, которые набрали после разгрома Радзивилла: его шатёр, знамёна, пушки. Царь велел выставить их на виду у защитников Смоленска. Пусть убедятся, надеяться им больше не на что. Тут уж гарнизон взбунтовался. Кричал, что дальше обороняться – это только всем погибнуть. Рядовые гайдуки и наёмники стали перебегать к русским. Шляхтичи отказались подчиняться воеводе Обуховичу, сами отправили делегатов на переговоры к Алексею Михайловичу.
Тогда и Обухович вступил в переговоры. Царь пообещал, что все желающие смогут свободно уйти. 16 сентября подписали соглашение – Смоленск сдаётся. Хотя Обухович пытался хитрить. Тянул время: вдруг всё-таки подоспеет помощь? Но восстали все жители. Сорвали флаг с дома воеводы, открыли ворота царским войскам. Уехать решили только человек 50 во главе с Обуховичем. Местные шляхтичи, гайдуки, наёмники, даже часть польских чиновников принесли присягу царю и перешли на русскую службу. 25 сентября Алексей Михайлович в честь победы устроил большой пир. Угощал всех воинов. Пригласил и новых подданных, смоленских. Дал им понять, что они-то не проигравшие. Для них тоже праздник, они вернулись в состав России.
А дальше разобрались и с другими осаждёнными крепостями. Часть осадных орудий погрузили на плоты и по Днепру отвезли к Черкасскому, стоявшему под Дубровной. Из них открыли бомбардировку крепости. Под прикрытием огня солдаты и стрельцы рыли траншеи в виде зигзагов – чтобы за поворотами укрываться от ядер и пуль. Этими траншеями приближались к стенам. Защитники пробовали мешать, устраивали из ворот вылазки. Но их загоняли обратно в крепость. Когда траншеи подошли к ней вплотную, гарнизон понял – удержаться больше не получится. Стены разрушены, русские подобрались совсем рядом. Литовцы сдались. Но за то, что согласились только в последний момент, их на четыре стороны не отпустили, забрали в плен.
Ещё 20 тяжёлых пушек и освободившиеся из-под под Смоленска войска отправили Шереметеву под Витебск. У него армия выросла до 20 тысяч. Начался жестокий обстрел города. Хотя засевшие в крепости шляхтичи сдаваться отказывались. Всё-таки пришлось штурмовать, и Витебск тоже взяли. В одном наступлении царские войска заняли 33 города. Не только Польша была в шоке, но и её союзники: папа римский, германский император, французы. Никто такого от России не ожидал. Константинопольский патриарх Парфений, радуясь победам православных, прислал Алексею Михайловичу великую святыню, Влахернскую икону Пресвятой Богородицы – когда-то с этой иконой император Византии Ираклий сокрушил Персию.
Осенью, когда наступили холода, кончилась и эпидемия чумы. Можно было снять заставы на дорогах, отменить карантины. Царь возвратился в Москву. А зимой в те времена воевали редко. От морозов, непогод, болезней потери в войсках бывали больше, чем в битвах. Поэтому Алексей Михайлович приказал воеводам остановиться. Укрепиться во взятых городах, оставить там гарнизоны. Основные силы пошли зимовать в Россию. Дворянам разрешили до весны разъехаться по имениям. Отдохнуть, починить снаряжение, пополнить запасы. Готовиться к новым сражениям.
Смоленская крепость
Гарнизон Смоленска сдаётся русскому царю
Глава 14. Как Алексей Михайлович стал государем Великой, Малой и Белой Руси
Царь Алексей Михайлович Тишайший
Русские рассчитывали зимой передохнуть, но не получилось. И как ни удивительно, помешало им… польское разгильдяйство! Ян Казимир призвал всю шляхту на войну в мае, а она съехалась только через полгода, к зиме! Недавно литовский главнокомандующий Радзивилл был не в состоянии помочь Смоленску, сил не хватало, а теперь у него было 45 тысяч конницы и пехоты, и он перешёл в наступление в Белоруссии. Польским главнокомандующим стал сын умершего Потоцкого Станислав. У него собралось ещё больше, 60 тысяч. Его армия ворвалась на Украину. На пути стоял город Буша, его взяли штурмом и перерезали всех жителей, 16 тысяч. Принялись опустошать окрестные местечки и сёла.
Хмельницкий поднял казаков по тревоге. Но под рукой у него были лишь ближайшие полки и 6 тысяч ратников Василия Борисовича Шереметева, оставшихся на зиму на Украине. Под Охматовом они наткнулись на полчища поляков. А на помощь Потоцкому явился ещё и крымский хан. Ислам-Гирей в это время умер, править сел Мехмед-Гирей. Но он точно так же считал главными врагами русских, привёл к полякам 40 тысяч татар. Царские воины и казаки Хмельницкого огородились в поле телегами. Армия Потоцкого и крымцы окружили их, они два дня отбивали непрерывные атаки. Стоял сильный мороз, мела метель, укрыться и согреться было негде. Казаки из-за этого прозвали сражение «битвой на Дрожи-поле».
Снег почернел от наваленных перед телегами убитых врагов. Но их было слишком много. Они всё-таки продавили оборону, вломились в лагерь. Однако в самый опасный момент подоспел Богун. Он мчался на выручку, присоединял к полку всех казаков по дороге. Появился с тыла у Потоцкого и с ходу кинулся в атаку. Поляки с татарами растерялись, отхлынули против нового противника. А Богун прорвался к Хмельницкому. Они снялись с места и начали отступать.
Но и поляки с татарами не стали преследовать. У них перебили слишком много воинов. А из-за стужи было немало обмороженных. Шляхтичи и наёмники разошлись по соседним сёлам. Убивали людей и грелись в их хатах. Хан тоже рассудил, что хватит рисковать, разослал татар по Украине, набирать пленных на продажу. А в это время из России, из Белгорода, к Хмельницкому уже шла подмога, корпус боярина Бутурлина. Отступающие встретились с ним в Белой Церкви. Богуну дали 10 тысяч конницы, выслали на крымцев. Они с награбленным добром и вереницами захваченных крестьян спокойно возвращались к себе в ханство, никакой опасности не ожидало. Богун налетел, как ураган. Татары в панике бросали добычу, рассыпались кто куда. Пленных у них отбили и освободили.
А в Белоруссии Радзивилл разделил армию на несколько корпусов, бросил их на разные города. Кое-где они сумели застать русских врасплох. Налетели внезапно, отбили Борисов, Копысь, Оршу, Озерище. Но и белорусские крестьяне желали быть с Россией. Королю шли донесения, что «мужики бунтуются, панов своих не слушают и говорят, что вместе заодно с Москвой». Литовцы свирепо карали их. Русские воеводы писали, как враги, «освобождая» свою территорию, «крестьян мучают и жгут и в полон берут».
Сам Радзивилл подступил к Новому Быхову. Но там засели казаки с Украины под началом Ивана Золотаренко. Паны поняли, что они-то будут драться до насмерть. Прикинули, что легче получится взять большой город Могилёв. Там стояли 500 стрельцов воеводы Воейкова
