повернуть голову, посмотреть в проём открывшейся двери, но на голову мгновенно одели чёрный плотный мешок, через который видимость полностью отсутствовала.
- Встал! – прозвучал приказ.
Данил с трудом поднялся на ноги, оказалось, что со скованными за спиной руками сложно удержать равновесие, а мешок на голове усугублял этот процесс - вестибулярный аппарат не мог точно сориентировать тело в пространстве. На плечо легла тяжёлая и сильная ладонь, другая рука сопровождающего схватила одну из рук, закованную в наручники. Ему помогли выйти за пределы решётки, после чего тут же лёгким ударом по ногам заставили опять опуститься на колени. Зазвенели вёдра в камере, тяжёлые ботинки своей поступью заставили дребезжать прутья решётки, внутри места заточения шла уборка.
- Дань! Как же приятно опять быть с тобой! – раздался радостный голос Лили.
В помещение зашёл ещё кто-то, Данил услышал тяжёлую поступь позади, запахло жареным мясом и ещё чем-то вкусным; во рту мгновенно выделилась слюна, и желудок забурчал так, что Данил не сомневался: охрана это тоже услышала.
- Блять, чё за хуйня! – послышался за спиной незнакомый голос, который точно хотел сказать ещё что-то, но оборвался на полуслове, затем раздался звук, похожий на падающий мешок с песком на твёрдую поверхность, зазвенела разбивающаяся посуда о бетонный пол.
По скованным рукам пробежался лёгкий ветерок, ладони мгновенно онемели, в сухожилиях, не в мышцах, а именно в жилах рук появилась приятная истома. Данилу стало не по себе от этих ощущений, он задвигал руками и понял, что совершенно не чувствует их, хотя вполне сносно ими может шевелить.
- Всё, Дань, я отключила болевой порог, теперь ты можешь вытащить руки из наручников, тем более этот дебил их не застегнул до конца, так как с моей помощью думал совсем о другом, – раздался громкий, радостный голос Лили.
Осторожно, все-таки эти ощущения ему были совершенно незнакомы, Данил напрягся и потянул одну руку вверх, другую удерживая на месте. Не сразу, пришлось изрядно повозиться, покрутить ладонь в кольце металла, выгибая большой палец в неестественное для него положение, но боли при этом Данил совершенно не чувствовал. Наконец-то что-то хрустнуло в ладони, и она немного пролезла в кольцо наручников. Приложив побольше силы, постоянно шевеля рукой в наручниках, понял, что содрал кожу, так как металл стал скользким от крови. От этого ладонь медленно, но верно пошла сквозь металл, и вскорости он освободил правую руку и тут же скинул с себя чёрный мешок. Не вставая с колен, Данил обернулся и посмотрел туда, откуда он услышал странные звуки. На полу лежал незнакомый ему, совершенно неподвижный мужчина, лицом вниз, которое было повернуто набок, в его сторону. С уголка губ капала белая слюна. Вокруг него валялась разбитая фарфоровая посуда с раскинутой едой на полу.
- Сердечный приступ, – раздался голос Лили, которая стояла возле стола, разглядывая свои ногти.
- Не думала, что он окажется настолько слабеньким. А вон тот сейчас придёт в себя, – она указала кивком головы на клетку, в которой сидел до недавнего времени Данил.
Только сейчас Данил обратил внимание, что внутри решётки из прутьев, где он провел последнее время, находится в лежачем положении другой охранник, скорей всего тот, что его заковал в наручники. Не теряя времени, он подскочил на ноги и направился к клетке.
- Как ты это сделала? Ты же говорила, что можешь лишь незначительно повлиять на человека с помощью манипуляцией его лярвами? – быстро проверяя карманы охранника в поисках ключей, спросил Лили Данил.
- Так я так и сделала. У этого, – она указала на охранника, который принёс еду, и сейчас лежал без чувств на бетоне среди вкусно пахнущего жареного мяса и картошки.
- Самая отожравшаяся лярва отвечает за азарт. Любит, в общем, наш индивид в картишки перекинуться, но обязательно с интересом. А вот то, что он такой впечатлительный, на его лице не написано. Я из его лярвы почти все соки в него выпустила, даже не представляю, что он испытал, но сердечко оказалось не готово к таким манипуляциям. Вот поэтому имеем такой результат. Зато у него ключи есть от лестницы, эта смена, смотрю, не столь тщательно соблюдает инструкции, как прошлая, – радостно сообщила Лили, продолжая рассматривать свои ноготки.
Услышав, что ключи от двери, ведущей на лестницу, находятся здесь, всего в двух шагах от него, Данил воспрянул духом. Принялся быстрее обыскивать охранника, что лежал в клетке. Ключи от наручников нашёл, но не сразу, так как не знал, как они могут выглядеть, поэтому даже не обратил внимания, на маленький ключик, прикреплённый к общей связке ключей на длинную цепочку. Отстегнув своё запястье от звенящих браслетов, недолго думая, застегнул одну из рук охранника к прутьям решётки, так как тело мужчины стало упругим, и он точно приходил в себя.
- А этого как удалось вырубить? – выпрыгивая из решётки и направляясь к другому охраннику, спросил Данил.
Лили прекратила ухаживать за своими ногтями, приподняла голову, её взгляд стал напряжённым. Мгновенно исчезнув, растворившись в воздухе, она тут же появилась в просвете дверей в коридоре.
- Дань поторопись! Они идут за тобой! – почти демоническим голосом сказала Лили и исчезла из виду.
Наскоро обыскав лежащего на полу, отстегнув от него ремень с фонариком-электрошокером, резиновой дубинкой, и кармашком с наручниками внутри, Данил не забыл забрать тяжёлую связку ключей, вышел в хорошо освещаемый, длинный коридор.
Ремень с висящими на нём спецсредствами, лег приятной своей тяжестью на бёдра Данила, но слишком низко, некогда было его подтягивать, делая
