Старшего, а Драго хмурился, елозя на неудобном деревянном троне деда.
— Стратиг Балион, вам, должно быть, несколько скучно с нами, вдали от привычного мира… — выдохнул Драго, стараясь сесть поудобней и говорить твердо. Взгляд Балиона, насмешливый и надменный, лишал уверенности в себе, но Драго продолжил. — До меня дошли слухи, что вы архитектор.
Балион явно удивился, чего не стал скрывать от конунга.
— Молодой господин преувеличивает мои достоинства. Когда-то давно мне приходилось постигать азы архитектурного искусства.
— Думаю, вы были способным учеником… — заметил Драго, ловя высокомерную улыбку стратига.
— Учителя были мною довольны. — Драго коробила глумливая усмешка Старшего. Но конунг не позволил себе разозлиться.
— Что ж… прекрасно. Стратиг Балион, сколько времени займет восстановление Излаима? — Драго не удивился, заметив некоторую растерянность в чертах Старшего.
— Юный господин намерен строить город?
— Балион, — прямо обратился Драго. — Я намерен построить новый мир. Я хочу свое царство. Не такое, как у моего деда или отца. Богаче и пышней, чем было у моей матери. И хочу, чтоб оно было… вечным. А вечность не строят из хрупкого дерева, здесь нужен камень. Мои люди не умеют строить как вы…
Балион вскинул брови, не скрывая улыбки, какой сопровождают речи пятилетнего ребенка. Драго почувствовал, как кровь ударила в лицо, но он упрямо продолжил:
— Ты мог бы построить такой город? Верно? Лила сказала, что Силы принесенных вами камней хватит, чтобы творить чары.
— На бой чар не хватало, — заметил Балион.
— Город может стать началом чего-то нового не только для меня и моего народа, но и для вас, Старших. — Драго выждал минуту. — Алион, мой брат, он ведь рожден от союза Старшей крови и младшей. Разве это не здорово, стать создателем целого города и его народа?
Балион продолжал молчать, но во взгляде появилось напряжение.
— Балион, у меня есть для тебя подарок. Надеюсь, ты верно распорядишься им. Возможно, он скрасит дни на чужбине, а может… может, чужбина станет родней. Мой дар ждет вас, стратиг Балион, а я жду вашего ответа…в готовности служить общему делу.
Балион молча развернулся и вышел, так и не поклонившись конунгу.
Драго едва не сломал костяшки, вцепившись пальцами в подлокотники. Потом выдохнул и подумал о Лиле, успокаивая так себя.
Он представлял их прогулку по осенней степи, где разгоряченные кони будут сбивать капли с высокой, пожухлой травы, а тяжелые облака то и дело расходиться дождем. Хотелось успеть засветло, вдруг удастся увидеть закатное солнце?
Осеннее небо с редкими просветами всегда завораживало его, а теперь казалось чем-то необыкновенным. Как и вся красота мира.
Погруженный в себя, Драго не заметил, что кто-то настойчиво преследует его. И вздрогнул, ощутив руку на плече. Он резко повернулся, ища рукоять ятагана.
— Конунг, — Драго выдохнул, понимая, что захоти собеседник убить, легко бы сделал это. Он стал непозволительно рассеян.
— Даль? — от князя Даля не скрылось смущение конунга.
— Мой конунг, прости, что… — Даль едва не сказал «напугал», но вовремя спохватился, — что внезапно. Но дело не терпит отлагательств!
— Говори! — властно приказал Драго.
— Зарина, ты отдал её Балиону?!
— Зарина? — конунг не сразу вспомнил имя рабыни, подаренной Старшему. — Да, отдал, что с того?
На лице Даля отразилась буря:
— Зачем?!
— Так нужно было, — Драго не стал вдаваться в пояснения, тон Даля злил, особенно после встречи с чванливым Балионом.
— Кому нужно? — Даль не останавливался.
— Тебе-то что за дело до жалкой рабыни?
— Драго, я куплю девчонку. Сколько хочешь? — Даль схватил Драго за руку. Драго почувствовал бешенство от вольности молодого князя, он выдернул руку:
— Новый город хочу, и чтоб из камня, с фонтанами и садами. Сможешь?
Даль побледнел. Драго зло продолжил:
— Не лезь не в свое дело!
— Ты отдал нашу на потеху эльфам?! — в голосе Даля звенела ярость, смешанная с обидой. — Её волоком тащили к шатрам!
— А твоя мать к Бруто сама бежала? Неужто он спросил, хочет ли? Но ты как-то вышел, так? — зло осек его Драго, чувствуя подступающее бешенство. Даль молчал, на лице играли желваки. — Я сделал подарок союзнику. Пусть хоть на кружева порежет. Этот союз должен быть. Не приведи Кобыла, кому-то помешать! Ты понял?
Даль ничего не ответил, он едва нашел в себе силы коротко кивнуть головой. А Драго с трудом сдержался, чтобы не вызвать его на поединок.
Шальной от злости конунг нашел возлюбленную в опочивальне. Девушка что-то вышивала, но, увидев Драго, быстро спрятала за спину. И снова по душе разлилось тепло, ярость и раздражение отступили:
— Пойдем ловить солнце? — предложил Драго после очень теплого приветствия.
Лила улыбнулась, и быстро качнула головой в знак согласия.
Оба наслаждались порывистым ветром степи, ветер же и разогнал облака. Оранжевый свет сделал тяжелые облака совсем индиговыми[1].
— Как красиво! — прошептала Лила.
— Необыкновенно. — Драго не сводил глаз с сияющей, пламенеющей в закатном солнце возлюбленной.
В опочивальню отца оба вернулись только под утро. Драго забылся сном, а Лила ушла, желая пострелять из лука.
Когда Драго проснулся, Лила уже вернулась, она снова вышивала, но только теперь работа явно не ладилась. Драго удивленно смотрел, как ловкая огневка промахивалась иглой, то и дело раня пальцы, или распуская уже сделанную работу.
— Ли… Ты чего?
— Это правда, что ты вчера подарил Балиону девушку?
— Правда, что с того? — Драго искренне недоумевал. — Балион принял подарок?
— Да… — очень тихо произнесла Лила, потом растерянно спросила. — Разве можно подарить человека?
— А разве нет? Моя королева, подаришь мне сына? — Драго притянул к себе, а Лила неожиданно зарделась и смущенно улыбнулась.
Сны Дракона. Легенда о Герое и драконах. Сказка
«Она бежала по лесу, боясь оглянуться. Тяжелый снег мокрыми комьями облепил увязавшие ноги, дыхание срывалось, остро саднило в груди. Белый снег и кровь. В ладонях кровь. Карканье потревоженных воронов. Топот лошадиных копыт. Яркие, горящие ненавистью и праведным гневом глаза, Карающий».
Сильвия резко проснулась. Сон… только сон. Сон ли? Липкий страх, прежде оставивший её, вернулся.
Вокруг разливалась темная осенняя ночь. Где-то заухал филин.
Сильвия повернулась к свету костра. Авдотья мешала бурое нечто в котле и бурчала под нос. Старая травница варила снадобье, чтобы завтра продать в деревне. Ну, как ни есть, — ведьма! Только вот без магии!
Часто варева Авдотьи взрывались, или сворачивались комьями. Точно ли бабка знала, что делала?
Тем ни менее, эликсиры покупались, а вот заказов на письма почти не было, и только бабкины травы да отвары кормили обеих странниц.
Сильвия вздохнула и потерла виски, запустила пальцы в уже порядком отросшие волосы — надо бы подстричь. Авдотья — полуслепая, — она не видела алых прядей в
