Читаем без скачивания Последний койот - Майкл Коннелли

Пассажиры покидали самолет довольно медленно. Босх оставался на месте, пока салон почти полностью не опустел, потом поднялся с кресла и потянулся, чтобы хоть немного размять задеревеневшие от долгого сидения мышцы спины. Позвоночник хрустнул, словно надломленная ветка сухого дерева. Сняв дорожную сумку с багажной полки, Босх медленно пошел по проходу между креслами к выходу.

Едва он ступил на трап, его, будто влажным теплым полотенцем, окутал воздух Флориды. Войдя в прохладный терминал аэровокзала, он решил арендовать машину о кондиционером, хотя поначалу собирался взять автомобиль с откидным верхом.

Примерно через час Босх уже катил по шоссе № 275 параллельно заливу Тампа-Бей во втором арендованном им за последнее время «мустанге». В машине были подняты стекла и вовсю работал кондиционер, но, несмотря на это, Босх буквально обливался потом. Его организм еще не освоился со здешней тропической влажностью.

Больше всего его поразило во Флориде то обстоятельство, что за сорок пять минут езды он не увидел вокруг ни единого холма. Флорида была плоской, как стол. Единственная возвышенность, которую он встретил на пути, была искусственного происхождения и именовалась мостом Скайуэй, выгибавшимся огромной дугой над водами залива. Босх знал, что этот мост возвели взамен предшественника, рухнувшего в воду, но бесстрашно преодолел его на повышенной скорости. В конце концов, он приехал из Лос-Анджелеса, где неофициальный лимит скорости на современных хайвеях был куда выше.

Проехав мост, он покатил по шоссе № 75 и спустя два часа после приземления в аэропорту Тампы добрался до Венеции. Двигаясь на небольшой скорости по Тамиами-трайл, он заметил небольшой, выкрашенный в пастельные цвета мотель, и ему снова захотелось спать. Но, преодолев утомление и сонливость, он поехал дальше к центру – туда, где должны были находиться магазины подарков и платные телефоны-автоматы.

Он обнаружил то и другое на торговой площади Коралл-Риф-шопинг-плаза. До открытия магазина подарков «Тэкиз гифтс энд кардс» оставалось пять минут, и Босх направился к платным таксофонам, вывешенным в ряд на стене, окружавшей песчаного цвета площадь, и поискал в телефонной книге номер почтового отделения. Выяснилось, что в городе два почтовых отделения. Он позвонил в одно из них и узнал адрес почты с цифровым индексом почтового отделения Маккитрика. Поблагодарив клерка за информацию, он повесил трубку и вернулся на площадь.

Когда открылись двери магазина подарков, он прошел в отдел печатной продукции и выбрал открытку с поздравлением по случаю дня рождения, к которой прилагался большой красный конверт. Взяв открытку с витрины и даже не взглянув на рисунок и поздравительную надпись, он направился в кассу, прихватив заодно карту города.

– Очень красивая открытка, – сказала стоявшая за кассой пожилая женщина. – Не сомневаюсь, что вашей даме она понравится.

Женщина двигалась медленно, словно в подводном пространстве, и Босх едва удержался, чтобы самому не потыкать пальцем в кнопки кассового аппарата.

Оказавшись в салоне «мустанга», Босх вложил открытку в конверт, заклеил его и написал на лицевой стороне имя Маккитрика и номер его абонентского почтового ящика. После этого завел мотор и выехал на дорогу.

Ему понадобилось пятнадцать минут, чтобы, сверяясь то и дело с картой города, добраться до нужного почтового отделения на Уэст-Венис-авеню. Когда Босх, припарковав машину, вошел в здание почты, там было довольно пусто. У одного из столиков расположился старик, неторопливо выводивший адрес на конверте. Две пожилые женщины стояли у прилавка в ожидании, когда их обслужат. Босх пристроился за ними, неожиданно осознав, что за те несколько часов, которые он пробыл во Флориде, ему попадались преимущественно пожилые люди. Впрочем, это его не удивило, поскольку об этом феномене рассказывали все, здесь побывавшие.

Босх осмотрелся и увидел на стене за прилавком видеокамеру. По ее расположению он понял, что та предназначалась скорее для слежения за посетителями и возможными грабителями, нежели за клерками, хотя их рабочие места также находились в зоне ее действия. Но видеокамера Босха не испугала. Вынув из портмоне банкноту в десять долларов, он аккуратно сложил ее и присоединил к конверту. Потом еще немного подумал и пересчитал звеневшую в карманах мелочь. Ее как раз хватало, чтобы заплатить за услуги почтового ведомства. Клерк все еще обслуживал стоявших перед Босхом женщин. Делал он все очень медленно, словно в гипнотическом трансе, и время тянулось как резина.

– Следующий.

Следующим был Босх. Он подошел к прилавку, где его поджидал клерк. Это был тучный мужчина лет под шестьдесят, с большой благообразной седой бородой и красным лицом. По мнению Босха, чересчур красным. «То ли псих, то ли давление повышенное», – подумал он.

– Мне нужна марка вот для этого письма.

Босх положил на прилавок конверт и мелочь. При этом аккуратно сложенная бумажка в десять долларов оказалась сверху. Почтальон сделал вид, что ее не заметил.

– Интересно, ваши сотрудники уже разложили почту по абонентским ящикам?

– Именно этим они сейчас и занимаются в задней комнате.

Клерк вручил Босху марку и ладонью смел мелочь с прилавка в нижний ящик. Красного конверта и десятидолларовой банкноты он не коснулся.

– Неужели?

Босх лизнул марку и наклеил ее на конверт. Потом положил его на прежнее место, накрыв десятидолларовую банкноту. Он не сомневался, что почтальон внимательно следит за его манипуляциями.

– Мне бы очень хотелось, чтобы дядюшка Джейк получил это письмо как можно скорее. Сегодня день его рождения. Кто-нибудь может отнести его в заднюю комнату и бросить в ящик? Тогда дядя Джейк получит его сегодня, когда придет за своей корреспонденцией. Я бы и сам отнес ему поздравление, но мне нужно возвращаться на работу.

Босх передвинул по прилавку конверт с лежавшей под ним десятидолларовой купюрой поближе к клерку.

– Что ж, – задумчиво сказал тот, – посмотрим, что тут можно сделать.

Он шагнул влево и слегка повернулся, корпусом загораживая прилавок от видеокамеры. Потом одним неуловимым движением подхватил с прилавка конверт и банкноту в десять долларов. После этого переложил банкноту в другую руку, которую тут же сунул в карман брюк.

– Сейчас вернусь, – сообщил он стоявшим у прилавка клиентам.

Выйдя в холл, Босх разыскал абонентский ящик № 313 и заглянул внутрь сквозь стеклянный глазок. Красный конверт уже положили сквозь щель в стене задней комнаты. Кроме него, там находились еще два послания в обычных белых конвертах. Один из них лежал так, что можно было рассмотреть часть напечатанного на лицевой стороне обратного адреса.

Город...

Департа...

П.О. Або...

Лос-Анд...

90021 -3...

Босх решил, что в этом конверте находится отправленный Маккитрику из Лос-Анджелеса пенсионный чек. Купив в ближайшем продуктовом магазине две пластиковые чашки кофе и коробку пончиков, он расположился в салоне своего «мустанга» и стал поджидать отставного детектива. Жара все усиливалась, хотя май еще не наступил. Оставалось только догадываться, насколько жаркое здесь лето.

Понаблюдав примерно час за входной дверью, Босх заскучал и включил радио. Приемник был настроен на волну евангелической радиостанции, передававшей ток-шоу, которое вел сладкоголосый и велеречивый проповедник. Босх не сразу понял, что тот рассуждает о землетрясении в Лос-Анджелесе. Он решил его послушать и на другую станцию пока не переключаться.

«И я вопрошаю вас, друзья мои: неужели можно назвать случайным совпадением тот факт, что сие чудовищное природное бедствие обрушилось на Голливуд – этот богопротивный центр по изготовлению дешевых кинематографических поделок, обильно приправленных сценами насилия и секса? Уверен, что нет! Полагаю, Господь, разверзший земную кору и сдвинувший с места горы, вознамерился тем самым нанести могучий удар по этому гнезду безверия и порока, питаемому многомиллионной индустрией. Сие есть знак еще более страшных грядущих бедствий, который, друзья мои, заставляет нас задуматься о том, что в этой стране далеко не все так благополучно, как нас пытаются в этом уверить...»

Босх выключил радио. Тем более что в этот момент из дверей почтового отделения вышла женщина, державшая в руках, помимо прочей корреспонденции, знакомый красный конверт. Босх проследил, как она, перейдя парковочную площадку, приблизилась к серебристому «линкольну». Он достал блокнот и записал номер машины, хотя контакта с силовыми подразделениями в этой части страны у него не было и выяснить, кому принадлежит лимузин, он не мог. Женщине было за шестьдесят. И хотя он ждал мужчину, дама по возрасту вполне вписывалась в схему. Он завел мотор в ожидании, когда та сядет в лимузин и вырулит на магистраль.