Хоть бы спазмы в животе прошли. Без них ей по крайней мере было бы легче сказать «нет». Но боль не утихала и служила стойким напоминанием о том, почему Тайлер все это затеял. Он лишил ее того оправдания, которым она сама себе объясняла визит к Старр. В случае претворения в жизнь его плана ребенок не будет считаться незаконнорожденным. Но намного ли лучше иметь отцом картежника и бродягу?
Она не знала. Не знала, и все. Эви слишком сильно устала, пребывала в отчаянии, поэтому и не могла никак собраться с мыслями. Ей нужно было время на размышления, но Тайлер это время предоставить отказался. Она не хотела ребенка. Она никогда не думала раньше о ребенке. Для нее и муж-то был до сих пор понятием почти абстрактным. Она приехала сюда не для того, чтобы выходить замуж — к тому же неизвестно за кого, — а чтобы узнать все про своих родителей. В сущности, Эви даже не знала, кто она такая, а Тайлер вдруг захотел сделать ее своей женой!
Впрочем, нет. Он вовсе не хотел этого. Эви вспомнила о том, что ему жена была не нужна точно так же, как ей самой муж. То-то он вздохнул с облегчением еще тогда, когда она отказала ему в первый раз. Да и в Техас согласился поехать с ними только для того, чтобы сбежать от двух женщин, заманивавших его к алтарю. Так что сейчас он добровольно вознамерился сделать это вовсе не ради нее, а ради неправильно понятого долга джентльмена.
Поймав на себе обеспокоенный взгляд Дэниела, Эви улыбнулась, стараясь хотя бы внешне казаться уверенной в себе. Когда Тайлер вернется, она удалится с ним в соседнюю комнату, и они поговорят как люди. Она сумеет убедить его в своей правоте. Только что-то подсказывало ей, что Тайлер останется глух к ее доводам.
Ну что ж, если избавляться от ребенка бесчеловечно, хорошо. Только пусть тогда у малыша будет нормальный отец. О, Эви не пожалеет красноречия на раскрытие этого понятия! Прежде всего, для того чтобы стать хорошим мужем и отцом, мистеру Тайлеру Монтейну придется остепениться и найти себе работу. Это наверняка его отпугнет. У него от страха даже ремень на штанах лопнет.
Впрочем, Эви не хотела, чтобы это случилось. Она и так уже стояла вся красная. Протянув руку, она торопливо глотнула воды из стакана Дэниела. Вот еще одна сторона замужества, о которой ей даже думать не хотелось.
А альтернатива тем не менее представлялась еще более мрачной. Увидев, что рука ее дрожит, она аккуратно поставила стакан на место и отошла к окну. Бен и Дэниел смотрели ей в спину с сочувствием и любопытством одновременно.
— Учти: ты вовсе не обязана делать то, чего не хочешь, Эви, — проговорил наконец Дэниел. — Бен поможет мне перебраться в редакцию. Скоро я поправлюсь, а пока вполне смогу читать корректуру и писать материалы в постели. К тому же со дня на день может прийти почта.
Тень улыбки мелькнула на лице Эви, глядевшей на свое отражение в мокром оконном стекле. Интересно, подумал ли Тайлер о том, что ему придется содержать не только ее и ребенка, но еще и Дэниела? Для него это окажется непосильным бременем.
— Ты не поднимешься с этой кровати до тех пор, пока доктор не разрешит. Неужели тебе непонятно, что спешкой можно погубить все? Зато если ты будешь выполнять все упражнения, о которых он говорил, то, возможно, станешь ходить лучше, чем до падения. Подумай, какие откроются перед тобой перспективы, если ты сможешь навсегда забыть о своей трости! — Эви повернулась к нему и улыбнулась. Что-что, а скрывать свое настроение от Дэниела она умела. Ей не хотелось его огорчать.
— Тогда я смогу о тебе по-настоящему заботиться, Эви! — воскликнул юноша. — А со временем у меня, возможно, будет своя газета! Ты правда думаешь, что у меня с ногой станет лучше?
— Я думаю, что с ней станет хуже, если ты не будешь ее беречь. — Сняв жакет, она бросила его на спинку стула. Жаль, окна открывать нельзя, врач запретил. В комнате стало так душно… — Болит? Хочешь, я дам тебе еще обезболивающего?
Дэниел упрямо поджал губы:
— Нет, я сначала дождусь Тайлера.
Бен, негромко насвистывая, принялся шарить у себя по карманам. Нашел что-то и кинул Дэниелу:
— Я понимаю, что тебе хочется есть, но до возвращения Тайлера я не имею права отлучаться. Пожуй пока вот это. Напоминает табак, только вкуснее.
Дэниел попробовал. По крайней мере он нашел себе хоть какое-то занятие. Эви тем временем нетерпеливо расхаживала по комнате.
— Мне нужно переодеться, — вдруг решительно и строго заявила она, глядя на Бена так, словно он был одним из ее учеников, на которого нужно было «повлиять».
Глаза ее горели немым вызовом: «Только посмей возразить!»
Бен посмел. Окинув ее взглядом с ног до головы — на Эви были белая английская блузка с гофрированными рукавами и серая юбка с забрызганным грязью подолом, — он покачал головой.
— Вам и так хорошо. Подождем Тайлера.
— Я не могу выходить замуж в дорожном костюме! Неужели мне нельзя зайти на пару минут в соседнюю комнату? Что случится? Куда мне бежать в такую ночь?
Эви стояла напротив негра и с вызовом смотрела на него.
Упоминание о замужестве произвело эффект разорвавшейся бомбы. И Бен, и Дэниел пораженно уставились на Эви, но та не показывала им своего страха, хотя в душе дрожала как осиновый лист.
— Не думаю, что Тайлер сможет жениться на вас в такой час, впрочем, когда он вернется, у вас будет куча времени, чтобы нарядиться как следует.
Бен не сдвинулся с места, хотя поза его уже не выражала прежней уверенности. Было видно, что ему несколько неловко. В комнате повисла напряженная пауза.
— Ты что, выходишь замуж за Тайлера? — пораженно спросил Дэниел. — Но зачем? Он же не адвокат, не банкир и вообще не тот человек, которого ты хотела бы видеть своим мужем. Ты сама столько раз рассказывала, каким он должен быть! А у Тайлера даже дома своего нет.
Бен неодобрительно хмыкнул, и это не укрылось от Эви.
— Вот и скажи ему это сам, — обратилась она к Дэниелу. — Только, боюсь, он тебя все равно не послушает.
В эту минуту дверь резко распахнулась, и Бен едва не покатился кубарем по полу. В номер вошел Тайлер собственной персоной. Он снял шляпу и швырнул плащ на стул поверх одежды Эви. С ним пришел человек, который, как они знали, недавно стал окружным священником.
Эви растерянно уставилась на этого бородача. Честно говоря, она надеялась, что Тайлер грозился в шутку. Во всяком случае, она не думала, что все произойдет так быстро, и рассчитывала на то, что у них будет время спокойно поговорить и прийти к какому-нибудь приемлемому решению.
Бородатый священник снял шляпу и вежливо раскланялся с присутствующими, пока Тайлер коротко представлял его.
— Для меня большая честь и удовольствие, миссис Пейтон, познакомиться с вами. Я слышал, что вы творите с детьми просто чудеса, и очень рассчитываю на то, что вы не покинете наш город в связи с переменами в личной жизни.
