— Мне нужен твой отец, и нужен немедленно.
— Но уже темнеет.
На миг холодная рука сомнения стиснула сердце Каллада, но он стряхнул ее.
— Найди его.
Алли дю Бек нервно кивнул.
— Я не знаю, где он, честно, он может быть где угодно на границе.
— Не важно, сколько времени займут поиски, я буду здесь.
Давно наступила ночь, когда Алли вернулся с отцом и еще двумя пограничниками.
Было очевидно, что они вели смертный бой с темными охотниками.
Щеку Лотара пробороздили длинные царапины от чьих-то когтей, разодранная на плече рубаха почернела от запекшейся крови. Один оторванный рукав явно пошел на бинты, но даже при тусклом лунном свете видно было, что этот мертвенно-бледный человек потерял много крови.
И Кляйн, и Джаред тоже не избежали ранений, но их повреждения были не столь серьезны, как у дю Бека.
Страж шел осторожно и неуверенно. Неудивительно, что у Алли ушла добрая половина ночи на то, чтобы привести отца.
— Все еще хуже, чем выглядит, — усмехнулся Лотар и тут же поморщился.
— Да уж, не сомневаюсь.
— Мальчик сказал, ты думаешь, что кто-то из твоих выжил, или, по крайней мере, не похоронен здесь.
Каллад кивнул:
— Колдун, он струсил и сбежал, когда начался бой.
— Тогда ему нужно было нестись как ветер, потому что, поверь мне, эти твари очень быстры. Если так, то его давно уже нет, дварф, ты и сам знаешь.
— Да, и все же он — моя единственная связь с вампирами. Если он жив, мне надо найти его, Лотар.
— Все следы уже стерлись.
— Знаю. После пары дней почти невозможно выследить кого-то. Отпечатков ног, конечно, не осталось, но, может быть, где-то что-то… Такое случается. Не могу я бросить это дело, если существует малейшая вероятность отыскать хотя бы намек на то, куда следует направиться.
— Если и так, мы ничего не найдем в темноте.
— Но ведь ты плелся сюда почти всю ночь, верно?
Страж границы мрачно окинул взглядом лужайку.
За деревьями тускло розовело поднимающееся солнце, но лесная темень еще долго будет хранить свои секреты. Он был прав, еще ничего не видно.
— Что ты помнишь о том бое, Каллад?
— Слишком много, честно говоря. Кантор, колдун, бросился туда, — показал дварф на брешь между стволами. — Тогда я видел его в последний раз.
— Ну, значит, начнем отсюда, но потом, как ты понимаешь, каждый шаг будет только догадкой. Никаких обещаний, дварф. Вероятнее всего, он давно скрылся, или мы наткнемся на труп, который пропустили в первый раз.
Каллад кивнул.
Это был медленный, кропотливый поиск, трое пограничников то и дело останавливались, исследуя землю или излом ветки, сгнившей за зиму, но которая предположительно могла указать на путь чародея. Дварф понятия не имел, как они это делают. Для него сломанный сук был всего лишь сломанным суком. Он не видел никаких отличий между кучами бурелома, которые охотники обсуждали, и затоптанные в грязь палые листья оставались обычным природным явлением.
— Сюда! — окликнул спутников Джаред.
Он отделился от прочих и шел параллельно им по проторенной тропке. Следопыты продрались сквозь подлесок и присоединились к нему. Здесь вокруг замшелых стволов росли папоротник и высокая крапива, создавая естественную колючую преграду, впивающуюся в кожу и одежду идущих людей.
Каллад не представлял, что он должен увидеть, но оживившиеся Лотар и Кляйн быстро опустились на колени и принялись изучать грязь и сломанные ветки.
— Тут была драка, — объяснил Джаред.
— Не слишком бурная, — подтвердил Кляйн.
— Откуда вы знаете?
Каллад не замечал ничего, что указывало бы на стычку.
Лотар исследовал что-то, вросшее в землю. Затем вытащил из кармана склянку и капнул в грязь немного прозрачной жидкости. Раздалось шипение, поднялась струйка дыма.
— Отличная находка, Джаред. Жизнью поручусь, именно тут зверь догнал твоего колдуна, — сказал дю Бек. — Хорошая новость — тела нет.
— Значит, он жив? — спросил Каллад.
Он не знал, что только что сделал страж, да его и не интересовала вся эта магия. Если теперь дю Бек уверен, что чародей жив, к чему тратить время на споры?
— Ну, все признаки драки почти исчезли, но она тут, несомненно, была, и, полагаю, отсюда ушли двое.
— Значит, вампир сцапал колдуна?
— Я этого не сказал. Я сказал, что отсюда ушли двое.
— То есть?
— Они ушли не вместе. Следы практически стерлись, но я нутром чую, что один из них направился к опаленным развалинам, отмечающим границу Сильвании. Видишь, вон там что-то вроде оттиска каблука в затвердевшем перегное, это немного, но это что-то. А другой двинулся на юг, в земли хафлингов. За этим проследить легче.
— Мы шли за вампиром на юг.
— Тогда разумно предположить, что тварь продолжила путь без твоего колдуна. Не могу объяснить, почему вампир оставил человека в живых или почему маг отправился в Сильванию в одиночестве, но эту загадку мне не решить. Ты знал колдуна, дварф. Он из тех людей, которые добровольно лезут в логово зверя?
— Разве что трус нашел в себе смелость, — покачал головой Каллад.
— Перепуганные люди порой поступают странно, — заметил Кляйн. — Возможно, он заключил с тварью какой-нибудь договор, сделку ради спасения своей жизни.
— Вряд ли… Что колдун мог предложить вампиру? Эти бестии не склонны заключать сделки, — не согласился Джаред.
— Верно, — подтвердил Лотар. — Либо тебе повезет, либо ты погибнешь. Колдун отчего-то остался в живых или, по крайней мере, прожил достаточно, чтобы выбраться из этого леса. Возможно, вампир бросил его умирать, как и тебя, Каллад, только мы не нашли его. Может, он гниет в двадцати шагах от нас.
— Или где-то на другом краю света, — буркнул Каллад. — Если он увел бестию от того места, где мы дрались, то кто знает, а? Единственное, что пока имеет для меня смысл, — это что он бежит. Он знает, что если останется в Империи, то лишится жизни. Сигмариты его отпустили только на этом условии. Закончился бы поиск, и время бы его истекло.
— Думаешь, он догадывался? — спросил Лотар.
— Он не настолько глуп, чтобы не догадываться. Охотники за ведьмами так просто не отказываются от своих пленников.
— Что ж, тогда, думаю, ты прав, и у нас есть, по крайней мере, один ответ на наши утренние загадки. Человек спасает свою жизнь, и единственное место, куда он может бежать, — это грязное королевство фон Карштайна. Возможно, он умирает, но его толкает инстинкт — бежать. Он не может вернуться в Империю, так что идет вперед. Вероятно, он будет бежать, пока не свалится с края мира.
— Возможно, он надеется искупить свои грехи, убив тварь в ее логове, в конце концов, он столкнулся с вампиром и пережил встречу, чего нельзя сказать о большинстве других. На его месте я бы попробовал отыскать способ вернуться домой. Нельзя бежать вечно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
