Даже теперь, пережив самую страшную в истории планеты войну, почти все путники с содроганием вглядывались в испуганные лица из далекого прошлого. Йарика отнеслась к остаткам экспозиции равнодушно. Гракх пробурчал что-то невразумительное о том, что люди ничему не учатся и уже давно должны были сдохнуть в огне собственного безумия. А вот Рурк отреагировал очень странно. Он бережно перебирал фотографии, вглядывался в них, словно ожидал увидеть кого-то знакомого. Казалось, на некоторое время он полностью выпал из действительности, погрузившись в черно-белый мир. А потом, когда, наконец, поднялся, не проронил ни слова.
— Думаю, ночью мы встретили авангард или дозорный отряд. Потому они и не решились напасть. Тем более Йарика чуть не оторвала одной твари голову, — продолжал Кэр. — А теперь подошло все стадо. На ужин.
— И много их? — спросила Йарика, выглядывая в окно. В поле ее зрения попало не менее двух десятков геер.
— Понятия не имею. Похоже, здесь недалеко их основное логово. Места сырые, болотистые — самое оно для них. Я бы рассчитывал десятков на пять. И это если брать по минимуму.
— Чтоб ты сдох, Кэр! — Гракх сидел на полу, разложив вокруг себя полупрозрачные пластиковые баночки с подшипниками. — Это же много!
— Извини, что расстроил, — поморщился эрсати. — А что за паника? За пару дней постреляем. Воды хватит. Главное, чтобы они внутрь не проникли.
— Постреляем, — Гракх озадаченно почесал бороду. — И останемся с голым задом. Боеприпасов хорошо, если впритык хватит уложить всех.
— Лучше с голым, чем вообще без зада, — парировал Кэр. — Хотя… Хилки, сможешь повторить свой фокус, как в отеле? Старик посмотрел на него отсутствующим взором.
— Хилки! Прием! — замахал руками зарккан. — Похоже, он покинул нас…
— Забери у него хорька, — усмехнувшись, сказала Йарика.
— Нет уж, чтоб я сдох! Чтоб он мне мозги взорвал? Но как-то вернуть его надо… идея-то хорошая.
— Дез, ты нас можешь чем-нибудь обнадежить? — Кэр отошел к сидящей у стены девушке, опустился перед ней на корточки.
— Не знаю, — прошептала она. — Я их не вижу, понимаешь.
— Не видишь?..
— Да. В деревне я видела образы. Видела каждого, кто был в ней. Знала их мысли, впитывала их чувства. А эти… Это словно единый организм: много голов, много глаз… но все слепое, скрытое от меня.
— Они неразумны?
— Не думаю. Скорее, блокируют.
— Клянусь первородными цехами! — воскликнул Гракх. — Умник, твои теории разве что Серым домнам можно доверить!
— Ты уверена? — эрсати проигнорировал реплику зарккана.
— А ты как думаешь?
— Дез…
— Конечно же, не уверена, — на лице девушки отразилась глубокая досада.
— Не переживай, — эрсати пальцами коснулся ее щеки. Дезире вздрогнула, но не отпрянула.
— Приведем старика в чувства, и он всем покажет, кто здесь самый большой любитель хорьков!
— Не хочу вам мешать, — ядовито заметила Йарика, — но "хорьков" становится все больше.
— Что? — вскинулся Гракх. — Теперь у меня точно не хватит на всех зарядов. Он выглянул в окно.
— Где же больше? Вроде бы столько же.
— Не туда смотришь! Взгляни на дорогу… левее… на гору… вот…
— Чтоб я сдох! Кэр! Эрсати метнулся к окну и не нашелся, что сказать. На окраине города, у самого леса, на дороге замерла группа людей.
— Они знают о нас. Знают, что здесь произошло. Наверняка между группами существует связь, — ухмыльнулась шивера. — Мотоциклы заглушили еще на подъезде. Боятся, что мы услышим. Теперь высматривают. Наверняка видят мотоциклы своих и геер тоже видят.
В комнате воцарилась тишина. Все, кто мог, припали к окнам, жадно всматриваясь в группу инквизиторов.
— Сколько же их? — спросила Марна.
— Сейчас узнаем, — отозвалась Йарика.
Видимо, оценив обстановку, инквизиторы, наконец, приняли какое-то решение. Еще несколько минут они суетились возле мотоциклов, а потом, разбившись на четыре шеренги, двинулись по дороге.
— Четырнадцать, — хрипло проговорил Гракх. — Чтоб я сдох! Четырнадцать ублюдков!
— Ничего-ничего. Не высовываемся до поры, — сказал Кэр. — Смотрите, гееры их почуяли. Может быть, не все так плохо…
— Если решились идти, значит, уверены в своих силах, — покачал головой Гракх.
— Дез, — Кэр вновь присел возле девушки. — Постарайся почувствовать хоть что-то. Нам сейчас нужна любая помощь. Попробуешь?
— Мог бы и не просить.
— Ты не поняла… ты же можешь взять что-то от нас? Девушка свела брови к переносице.
— Тебе же неважно — что брать, какие эмоции. Так?
— Так… — неуверенно произнесла Дезире.
— Тогда в чем дело? Начни с меня…
— Но…
— Я знаю… догадываюсь… Но если не сейчас, то другого шанса может не быть. Пойми…
Дезире поняла, но не могла принять. Одно дело — воспользоваться эмоциями чужих людей, не говоря уж о неразумных тварях. Но вытягивать силы из своих…
— Начни с меня, — повторил эрсати. Девушка ощутила тепло его дыхания, почувствовала его поцелуй. Губы словно обожгло горячим пламенем. В голове зашумело. Но он отстранился. Ушел без слов. Да, она видела его. Видела почти наяву — сгусток серебряных всполохов. И он отдавался ей, предлагал выкачать себя до капли. Девушка потянулась к столь доступной силе, коснулась ее, но не взяла.
— Не сейчас, подожди, — произнесла она мысленно.
* * *
Инквизиторам не потребовалось много времени, чтобы добраться до замка. Да и гееры не сидели в ожидании, пока добыча сама придет им в лапы. Похожие на рептилий, твари в нетерпении рванули навстречу, шипя и повизгивая. Все условности соблюдены. Голова выброшена, можно атаковать.
Инквизиторы, рассредоточившись полукругом, встретили геер шквальным огнем. Как и у первой группы, их автоматы стреляли почти бесшумно. А потому городок наполнился криками умирающих тварей. Не жалея собственных жизней, они рвались вперед, наступая на раненых собратьев, отбрасывая мертвые тела. По всей видимости, эта местность действительно находилась где-то на периферии их владений, а потому гееры лишились своего основного преимущества — подземных ходов. Если во время первой встречи общины с ними твари по полной использовали внезапность атаки из-под земли и тем самым почти добились своего, то теперь им приходилось буквально бросаться на пули. Впрочем, это их нисколько не останавливало. Свинец вспарывал ярко-красные тела, раскалывал ощеренные морды, отрывал конечности. Но даже шквальный огонь не остановил натиска обезумевших геер. Некоторые из них прорывались сквозь смертоносный заслон и бросались на столь желанную добычу, норовя опрокинуть, вцепиться в горло. Никакой паники, никаких судорожных движений. Инквизиторы действовали так, словно всю жизнь только и делали, что дрались с геерами. Рукопашные схватки длились не дольше нескольких секунд. Инквизиторы пускали в ход зазубренные клинки и "энергетические кулаки". Хищных тварей разделывали с хирургической точностью, без суеты и эмоций. Лишь единожды гееры смогли добиться своего. Но для этого им пришлось сразу вчетвером навалиться на одного инквизитора. Мечущиеся из стороны в сторону, лавирующие между распростертыми телами и редкими кустами, они одновременно выскочили к потенциальной добыче. Инквизитор завершал дугу, что и сослужило ему плохую службу. Хищные твари бросились на него, уже предвкушая вкус теплой крови. Одну гееру он застрелил в полете. Его сбили с ног. Еще с двумя разделался уже лежа на земле. Но последняя добралась-таки до горла. Инквизитор убил и ее: отодрал от себя и руками разорвал пасть. Но подняться уже не смог. Даже из замка было видно, как он хватается за горло, пытаясь остановить хлещущую кровь. Между тем атака геер захлебывалась. Напади они все разом из-под земли — шанс одержать верх, несомненно, был бы. Но беспорядочное наступление инквизиторы задавили без видимого труда. Еще оставались отдельные особи — они стояли поодаль, шипели, но подходить ближе не решались. Еще шевелились и завывали раненые твари. Но все это уже не могло сколько-нибудь серьезно повлиять на исход недолгой схватки. Полукруг дрогнул, двинулся в сторону замка. Инквизиторы смотрели под ноги, клинками добивали еще живых геер. Но все чаще их взгляды скользили по серым стенам, впивались в зарешеченные окна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
