Читаем без скачивания Венец лжи (ЛП) - Винтерс Пэппер

Терпкий, пьянящий аромат его лосьона после бритья проник мне в нос, связав мои мысли в греховный узел.

Я не ответила, и Пенн шагнул еще ближе, уничтожив последние крохи разделяющего нас пространства.

Я отпрянула назад, моя задница ударилась о край стола, в животе всё сжалось.

— Знаешь…Я тоже работаю в кабинете. И знаю, как в них бывает одиноко, — он облизнул губы. — Я также знаю, как все это будоражит фантазию.

Его рука дернулась вверх. Я вздрогнула, решив, что он сейчас прикоснется ко мне. Однако Пенн положил ладонь на стеклянный стол, и я оказалась в ловушке между его руками.

— Скажите мне, мисс Чарльстон. Вы когда-нибудь занимались здесь сексом?

Я замерла.

— Прошу прощения?

Его взгляд затуманился.

— Кто-нибудь нагибал тебя над этим столом, чтобы трахнуть? Лишал тебя силы, используя ее против тебя?

Меня охватила безудержная дрожь. Мне хотелось закричать, позвать на помощь Флёр. Он сейчас пригрозил, что трахнет меня? Здесь, в моем кабинете?

Я его оттолкнула.

Пенн отшатнулся назад, его лицо на мгновение омрачил суровый взгляд. Он покачал головой и, взяв себя в руки, снова стал бесцеремонным.

— Я понимаю это как «Нет».

На долю секунды у меня в голове пронеслись слова тех придурков, что чуть не изнасиловали меня в переулке.

«А тебя когда-нибудь трахали на рабочем толе, девочка из офиса? Ты когда-нибудь делала начальнику минет ради повышения?»

В этом не было ничего необычного.

Я не сомневалась, что многие люди делали нечто подобное и получали от этого огромное удовольствие. Но я таким никогда не занималась. И сегодня не собиралась — ни с Пенном, ни с кем-либо еще, создающим угрозу моей безопасности и положению. Особенно сейчас, когда я с замиранием сердца пыталась отделить Пенна от той ночи в переулке.

Выражение его глаз очень напоминало мне взгляд того парня в бейсболке — слишком напряженный, слишком одержимый тем, чего он не мог иметь, но по любому с радостью бы взял.

— Уходите, мистер Эверетт.

— Я же просил называть меня Пенн.

Я вздернула подбородок.

— Хорошо. Уходи, Пенн.

— Нет, пока ты не согласишься со мной поужинать.

— Никогда.

— Никогда это слишком долго, — сердито зыркнул на меня он. — И, к тому же, мы уже согласовали основные правила. Ты хочешь трахнуть меня. Я — тебя. Игры в недотрогу только еще больше меня распаляют.

— Нет.

— Что «нет»?

— Всё «нет». Я же сказала, что передумала.

— Почему?

— Потому что я так сказала.

Пенн облизнул губы.

— Да, но почему? Почему ты передумала после того, что случилось прошлым вечером? Судя по тому, что сказал твой отец, ты слишком много работаешь, у тебя нет друзей, и в твоей жизни очень не хватает веселья.

У меня упало сердце.

— Он так сказал?

— Я читаю между строк.

— Ну так читай между строк. Н-Е-Т. Произносится как «нет». Я слишком занята, чтобы играть с тобой в игры.

— Я же извинился.

Я напряглась, пытаясь понять, что он задумал на этот раз.

— Продолжай.

Пенн пожал плечами. Даже это, черт возьми, было сексуально.

— Мне не следовало вытягивать из тебя эти слова. Тебе решать, хочешь ты, чтобы люди о нас знали, или нет, — он взглянул на меня исподлобья. — И единственный способ это понять — пойти со мной на свидание.

Я открыла было рот, чтобы возразить, но он меня перебил — похоже, это было еще одной его привычкой.

— Не говори от себя сегодняшней. Представь, что прошло пять лет. Где ты себя видишь? Здесь, в этом кабинете, занятой теми же самыми делами и все такой же несчастной?

«Боже, надеюсь, что нет».

— Или тебе все-таки хочется получить это и многое другое? Работу и игры? Любовь и солидную должность?

Я смерила его негодующим взглядом.

— Ты думаешь, я смогу тебя полюбить?

— Я думаю, со мной ты могла бы отлично повеселиться.

— А я считаю иначе.

Пенн ухмыльнулся.

— Так в этом-то и вся суть. Посмотрим, совпадут ли наши предположения.

— Ты уйдешь, если я снова скажу «нет»?

— Нет, — он подошел ближе. — Я просто буду появляться в самое неподходящее время, пока ты не согласишься.

Его лосьон после бритья снова затуманил мне разум.

— Выберите более легкий вариант, мисс Чарльстон. Станьте моей. Это единственный выход.

— Что ты со мной сделаешь?

Кабинет мгновенно наполнился сексуальным напряжением.

Пенн опустил взгляд на мои губы, и у меня перехватило дыхание. Его голос понизился и стал похож на раскаленные угли.

— Все, что, черт возьми, захочу, — он прижал ладонь к моему лицу, не давая мне отвернуться. — Я тебя раздену, буду поглощать тебя, попробовать на вкус. Буду жадно тебя жрать, лизать и кусать. И только когда ты станешь умолять, я тебя трахну.

Мое тело пылало горячее Солнца, ярче Венеры и при этом было нетронутым как Плутон.

Я оттолкнула Пенна и направилась к выходу. Больше всего на свете мне хотелось его спровоцировать. Драться с ним, царапаться и позволить ему меня подчинить, потому что, черт возьми, в его устах это звучало восхитительно. Но в глубине души — совсем немного — я боялась себя потерять.

Секс это вам не игрушки.

Секс должен происходить между любящими людьми, а не между теми, у кого нет ничего общего.

Я откашлялась и постаралась взять себя в руки. Из последних сил цепляясь за здравый смысл.

— Предлагаю тебе уйти, пока я не пнула тебя коленом туда, куда леди ни в коем случае не должны пинать мужчин.

Пенн устремился за мной, заполняя все вокруг циклонами похоти.

— Если ты хочешь прикоснуться к этому месту, я бы предпочел, нечто более мягкое, чем колено.

Он нагнал меня, снова прижав к твердой поверхности.

На этот раз к двери.

— Например, твоя рука, — Пенн обхватил мое запястье, скользнув по нему пальцами. — Твоя рука идеально подойдет.

Его глаза потемнели от желания.

— Я бы кончил от одной твоей руки.

Я постаралась унять дрожь, но ничего не могла поделать с пробежавшими по рукам мурашками. Его прикосновение было собственническим, но нежным. Сильным, но соблазняющим.

Сжав мои пальцы, Пенн наклонился ближе.

— Или, если не хочешь использовать эту часть своего тела, твой рот тоже отлично сгодится, — он облизнул нижнюю губу. — Вообще-то, я хочу и то, и другое.

— Никогда.

— Никогда? — улыбнулся он. — Не ври.

Пенн скользнул ладонью по моей руке и надавил мне на плечо, так что у меня начали подгибаться колени.

— Давай посмотрим, как быстро произойдет это «никогда», хорошо? — он нежно меня поцеловал. — Вчера вечером я трахал тебя пальцами, пока ты не кончила. Самое меньшее, что ты можешь сделать, это мне отсосать.

«Мне нравится мысль о том, как ты делаешь мне минет. Опусти ее на колени».

Настоящее померкло, и я снова оказалась в переулке с насильниками, до нашей встречи с незнакомцем. До того, как он избил моих обидчиков. До того, как не дал им разрушить мою жизнь.

Почему Пенн оживлял во мне давно забытые воспоминания?

Почему пробуждал такие спорные инстинкты?

И почему эти инстинкты разрывались между верой и недоверием, не в состоянии разглядеть спрятанную в его лжи правду?

Вокруг снова появился мой кабинет. Переулок исчез. Пенн по-прежнему стоял рядом. Он сильнее надавил мне на плечо, заставляя меня подчиниться.

Тяжело дыша, я произнесла:

— Ты ждёшь, что я стану сосать твой член? Здесь? Сейчас? В моем кабинете?

Пенн кивнул.

— Именно, — он неожиданно схватил меня за волосы и, запрокинув мне голову, обрушился на мою шею своим ртом и зубами. — Здесь ты — царь и бог. Здесь ты главная. Меня чертовски возбуждает то, что ты, обладая наивысшей властью, все же подумываешь о том, чтобы встать на колени, чтобы меня обслужить.

Мне потребовалась вся моя сила воли, все возможные доводы, но мне все же удалось высвободиться из его цепкой хватки и настойчивых поцелуев.