Эти слухи дошли сначала до уха директора АЭС господина Пашкина, а затем и до контрразведчиков из украинского министерства государственной безопасности (МДБ – министерства державной безпеки). Высокое начальство в слухи не поверило, но направило двух агентов для проверки «психологической обстановки» на АЭС. И надо же было так случиться, что третье появление двутелого великана-мутанта пришлось именно на тот момент, когда агенты, лейтенант Конечко и капитан Пилипец, обходили проволочный забор километрового периметра зоны вокруг четвертого блока станции.
Двутел поднялся из котлована, оставшегося на месте старой насосной станции, подававшей жидкий бетон. Раздались крики солдат, охранявших этот участок зоны, затем выстрелы. Но гигант легко прошел сквозь проволочное заграждение, обогнул штабель бетонных шпал и пучки труб и предстал пред взорами остолбеневших контрразведчиков. Несколько секунд люди и гигантский мутант смотрели друг на друга, словно встретились старые знакомые. Затем «динозавр» разделился на два независимых друг от друга тела, шагнул к застывшим в трансе гэбистам, и неробкие в общем-то профессионалы молча бросились бежать к станции.
Двутел их не преследовал. Он «обнюхал» штабель шпал, трубы, асфальтовую площадку, скрывшую под собой одно из старых радиоактивных пятен, отшвырнул с дороги трактор и направился вдоль забора, продолжая что-то вынюхивать и высматривать в густом поясе гигантских – трех-четырехметровых – сорняков. Неизвестно, удалось ли ему найти то, что он искал, но на возню вокруг он не обращал внимания. Солдаты группировались за периметром проволочной изгороди, чтобы пресечь попытки мутанта приблизиться к реактору, если ему вздумается повернуть, рычали моторы бронетранспортеров и грузовиков, освещавших фигуру двутела фарами, а он брел вдоль проволоки, постоянно нагибаясь, и по сторонам не смотрел. Однако стоило двум бэтээрам двинуться к нему на малой скорости, как двутел перестал рыскать по территории зоны, с минуту рассматривал недалекий корпус четвертого блока с печально знаменитым силуэтом трубы с шестью площадками и направился прочь, снова пройдя сквозь двойную изгородь и не заметив ее.
Только теперь капитан Пилипец опомнился, перестал стискивать в потной ладони рукоять штатного «макарова» и оглянулся на бледного лейтенанта.
– Что скажешь, Паша?
Конечко проглотил ком в горле, криво улыбнулся.
– Если я чего не понимаю, то боюсь. Если радиация способна порождать такие мутации среди животных, то мне здесь делать нечего. Я не хочу получить рога, как у лося.
– Ну, ты их и вне зоны свободно можешь получить, от жены. – Пилипец вытер пот со лба. – Как ты думаешь, начальство в Киеве поверит сообщению?
– Это не моя забота. Докладывать будешь ты. Как доложишь, так и ответ получишь. Но, сдается мне, зону закроют. Наглухо. Этот двутелый парень – колоссальная аномалия! Его надо изучать.
– Сержант, что там? – послышался неподалеку голос командира поста. – Пройди до котлована.
– Уже прошел, везде чисто, природный фон…
Конечко и Пилипец переглянулись, освещаемые рассеянным светом фар.
– А ведь до появления монстра здесь фонило до полутора тысяч микрорентген! – тихо сказал Пилипец.
– Ты думаешь, что он очистил площадку? Чушь какая-то! Как может живое существо поглощать радиацию?!
– Этот вопрос задай не мне.
Капитан вспомнил взгляд исполина, полный внимания и сосредоточенности, и поежился.
Лейтенант Конечко оказался прав.
Из Киева поступила команда закрыть десятикилометровую зону вокруг реактора, и на АЭС был сброшен десант спецвойск украинской службы национальной безопасности. Режим входа-выхода в зону предельно ужесточили. Теперь только работники станции, исследователи и ликвидаторы имели право доступа, получив специальные сертификаты, остальным лицам: хозяйственникам, снабженцам, инженерам производственного центра, не занятым непосредственно работой на «Укрытии», а также журналистам доступ в зону был воспрещен.
На третий день действия режима группа поиска, имеющая вертолеты и другую технику, в том числе специальную, в виде ультразвуковых сканеров, переносных ВЧ-локаторов, счетчиков частиц, индикаторов полей и излучений, обнаружила двутелого монстра в районе деревни Тепловка. Монстр был обложен со всех сторон, после чего вступил в действие план какого-то высокого чина в министерстве обороны Украины, предусматривающий контакт с чудовищем, а в случае неудачи – его уничтожение.
Мариша Шикина, узнавшая об этом плане через своих знакомых в военном лагере, немедленно начала искать выход на командование десантом, и благодаря настойчивости и связям ей это удалось. Не последнюю роль сыграло в этом деле то, что девушка жила в Тепловке, буквально в километре от места расположения двутелого мутанта.
Ее приняли в палатке командира спецбатальона подполковника Сидоровича; лагерь спецвойск, а также прикомандированных экспертов-экологов и биологов, специалистов по трансмутационным видам фауны, был разбит сразу за деревней, на берегу пруда.
Подполковник был высок, смугл, красив и лаконичен.
– Слушаю вас, – бросил он, кивнув гостье на походный складной стул. – Что вы хотели сообщить?
– Не уничтожайте Мутика, – сказала Марина, мучительно подыскивая нужные слова.
– Кого, простите?
– Ну… этого двутела. Это я его так назвала – Мутик, от слова «мутант». Но он не мутант.
– Откуда вы знаете?
– Это я его нашла… в километровой зоне. Мы трубы тянули, и под камнями я увидела его. Думала – ящерка, жалко стало. Проверила дозиметром – ноль, ну и взяла с собой, принесла в дом. Это уж потом он вырос…
– Интересно. – Подполковник окинул девушку иронично-скептическим взглядом, сел за стол. – Значит, вы являетесь его воспитателем, так сказать? Кем вы работаете?
– Ликвидатором… инженер по разработке металлоконструкций. Вы не улыбайтесь, я не сумасшедшая! – рассердилась Марина. – Мутик действительно дезактивирует территорию с любым видом загрязнений. Вы тоже могли убедиться в этом. И он не мутант, как я думала сначала, он попал на Землю из космоса.
– Ясно, – хлопнул подполковник ладонью по столу. – Хомченко, проводи мадам.
В палатку заглянул рослый адъютант командира батальона, выжидательно глянул на посетительницу, моргая белесыми ресницами. Марина встала, окинула красивого подполковника уничтожающим взглядом.
– Вы еще придете ко мне за консультацией, друже комбат. С Мутиком могу договориться только я. – Марина вспомнила об Алевтине. – И моя подруга, она скоро приедет. Вас он не послушается, а пуль не боится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
