с грохотом слетела с петель и в комнату влетел Райварт.
Я ахнула и зажала ладонями рот, чтобы не воскликнуть от радости.
Мой любимый услышал меня и прилетел.
Он ещё не полностью преобразился в человека. Глаза его были чёрными, чешуя с кожи не сошла, длинные когти напоминали кинжалы, а за спиной были крылья. Они были такими огромными, что мешали Райварту передвигаться и замедляли его движения.
— Оставь её, Ядрис и тогда я тебя пощажу. — Голос Транума был спокойным, чётким. Слышно было, что он как будто держал обстановку под контролем.
— Чёрный дракон Транум, — медленно проговорил Ядрис, словно смакуя каждое слово, — а я всё думал, когда ты прилетишь? Не испугаешься ли вновь встретиться со мной?
— Что ты несёшь, идиот?
— Ну как же, неужели совесть не замучила. — Повернулся и посмотрел на Райварта. Натянул штаны и усмехнулся. Я отползла к стене и забилась в угол. — Такой грех взять на душу, не каждый осмелиться.
— Закрой пасть, Игхит! Ты заслужил то, что с тобой случилось. Не ной.
— А-ха-ха, Транум, ты правда так считаешь? Стать кормом для акул, так себе участь. Никому не пожелаешь.
— Ты хотел убить меня и моего дракона, как мой брат должен был среагировать на это?
— Мы могли договориться, — пожал плечами Ядрис, — зачем же сразу скидывать с корабля, не по-мужски как-то.
— Если ты по-другому не понимаешь, значит, надо действовать иначе. Радуйся, что мой зверь не разорвал тебя на куски, когда ты его разбудил своим ошейником. Урод!
— Я всегда знал, что ты мерзкая ящерица да ещё и убийца. — Оскалился Ядрис и сжал кулаки.
— Что ты сказал? — Транум сделал резкий выпад вперёд и схватил Ядриса за шею. Сжал, так что я услышала, как у мужа хрустнули позвонки.
— Не убивай. Прошу. — Закряхтел Игхит, схватив своими тощими пальцами руки Райварта. Он пытался освободиться от драконьего захвата, но это было бесполезно. Против силы Чёрного дракона может выступить только такой же дракон. Но я знала, что сильнее нет.
— Ты посмел тронуть мою истинную, за это мой дракон выпотрошит из тебя внутренности и раскидает в море. Кажется, рыбки соскучились по вкусу твоего мяса.
— Она моя жена, — закряхтел Ядрис, — и я могу делать с ней, что пожелаю.
— Айзант твоя вдова. Запомни это. Вдова, а значит, свободная женщина. Хотя нет, уже не свободная. Она моя истинная, а скоро станет женой. Забудь о ней и живи дальше.
— Но…
— Никаких но. Убирайся, отсюда, мразь. — Райварт толкнул его к двери и направился ко мне.
— Райв сзади! — Закричала и дёрнулась в углу, поползла к нему, но не успела. Ядрис достал из-за пазухи ошейник и прыгнул на Райварта. Одно движение и ошейник оказался на шее моего любимого. — Не-е-е-т!
Райварт повернулся и ошейник сжал его шею. Тело его выгнулось, словно пытаясь выпустить дракона, но времени было слишком мало. Его не было совсем.
Лорд закряхтел, схватился пальцами за ошейник, пытаясь его снять, но тот только туже затягивался.
Ядрис стоял рядом и держал в руках цепь. Тянул на себя, дёргал, затягивал и не переставал смеяться своей жуткой пастью. Губы его колыхались, кожа натягивалась так сильно, того и гляди лопнет. Он был чудовищем внутри, и сам выглядел как чудовище. Наконец-то он обрёл своё истинное лицо.
— Теперь ты моя личная ящерица. Сейчас я привяжу тебя к ножке кровати, и ты будешь смотреть, как я имею свою жену. Прямо перед твоими глазами. Она будет извиваться подо мной, стонать и просить не останавливаться.
— Только тронь! Убью…
— Что? Не нравится? — Ядрис дёрнул ошейник и Райварт задыхаясь упал на колени. — Ты знал, что она девственница? Невинный цветок, который я никак не мог сорвать всё это время. Сегодня Айзант станет женщиной и это произойдёт на твоих глазах, чёрное пресмыкающееся.
— Пожалуйста, отпусти его, не убивай! — Я сползла с кровати и упала на колени перед мужем. — Я сделаю всё, что ты хочешь, только не убивай его.
— Отстань! — Он толкнул меня ногой, и я упала на спину. Ударилась головой об пол.
Райварт вскочил и зарычал.
Дракон его пытался выбраться, обратиться, но ошейник не давал ему это сделать. Он душил обоих. Медленно убивал зверя и его хозяина.
Ядрис накрутил цель на руку и сжал её сильнее. Удавка врезалась в кожу Райварта, и кровь брызнула из его рта. Окрасила белоснежные зубы и подбородок.
— Сдохнешь как собака, — процедило сквозь зубы чудовище. — На колени.
Райварт упал на колени, а потом повалился на спину. На последнем издыхании он хватал спасительный воздух. Да только тот не проходил дальше горла.
Лицо его бледнело на глазах, веки покраснели от напряжения, пальцы были в крови от ошейника, который он пытался с себя снять.
Он умирал, и я ничего не могла с этим поделать. Я теряла любовь своей жизни и крики о помощи и отчаянии вырывались из меня.
— Пожалуйста, помогите, кто-нибудь… пожалуйста… кто-нибудь!
Я подползла к любимому и накрыла его своим телом. Поцеловала бледные губы. Провела ладонями по скулам.
— Я люблю тебя. — Прошептала и погладила его волосы. — Люблю… милый мой, любимый. Ты мой истинный. Если умрёшь, то и я умру.
— Уйди от него! — Дёрнул меня за руку, но в этот момент мне показалось, что я превратилась в злобную фурию, у которой отбирают самое дорогое, что у неё есть. — Уйди, говорю!
— Нет, оставь его в покое! — Крикнула так, что охрипла и бросилась на Ядриса. Не знаю, откуда у меня появились силы, но прыжок был быстрый и грациозный. Я приземлилась ему на спину, обхватила его шею локтевым сгибом и надавила на единственный глаз подушечкой большого пальца.
— Аа-а-а-а-а, стерв-а-а-а! Слезь с меня! Слезь! Аа-а-а-а-а-а! Больно-о-о-о! Дрянь, подзаборная.
— Отпусти цепь, — прошипела ему на ухо, — иначе останешься и без второго глаза.
— Лучше я сдохну, но цепь не отпущу. — Ударил меня локтем в живот, я согнулась от боли и упала на пол. В этот момент дверь открылась и в каюту влетел юнец Кики с книппелем (сноска внизу проды) в руках.
Не спрашивая, не прося и не предупреждая, он кинул книппель в Ядриса и в один удар пробил ему голову. Чудовище упало на пол и в одно мгновение замерло. Я отползла в угол, прижала колени к груди и зажмурилась.
— Мой капитан, — кинулся Кики к Райварту и снял с него ошейник, — ты жив?
— Не знаю, — прошептал Транум, — не уверен.
Собрав все силы, я на четвереньках поползла к своему любимому. Он уже приходил в себя, шумно дышал и пытался восстановить дыхание. Райварт
