быстро, дорогая моя тира. Вы умница. Успокаивайтесь. Я не могу сейчас рисковать здоровьем близнецов и вводить вам седативные средства, – предупредил меня доктор Теар, а по ментальным каналам снова ударило смесью его чувств: опасение, сожаление, глухое отчаяние и тоска.
Этот ашхарец очень переживал за меня. Похвально, когда врач так сильно сопереживает пациентам, но сейчас мне это только мешало.
– Я вас чувствую, – сдавленно от сдерживаемых рыданий просипела я.
Думать об проснувшейся эмпатии было безопасней, чем о своей потере.
– Да, и это удивительно. За то время, что вы хм… спали, все повреждённые и полностью выгоревшие каналы восстановились и даже стали крепче и сильнее, – осторожно сказал док, внимательно отслеживая мою реакцию.
– Сколько времени я была без сознания? – вяло спросила я.
– Без малого девять месяцев. Вы пребывали в коме, тира. Мы с вашими родными уже опасались худшего, – признался врач.
– Сколько?! – удивлённо воскликнула я, машинально опустив руки на огромный живот.
Там внутри почувствовалось активное шевеление и навстречу моему сознанию потянулась два лучика чистого незамутнённого счастья. Этого я уже выдержать не смогла и расплакалась, переживая свой самый счастливый и самый горький момент в жизни.
Мои малыши. Мои два ярких солнышка, вернее, наши с Эрсом. Как жаль, что мы не сможем подарить им свою любовь и ласку. Это единственное, о чём я сейчас горевала. Собственная скорая смерть меня не печалила. Там я смогу быть с любимым мужем, но они…
Моих волос бережно коснулась рука доктора, но он тут же её отдёрнул.
– Спасибо, что позаботились о моих мальчиках, тир Теар, – сипло прошептала я.
– Ну, что вы, тира. Это мой долг и честь для меня, – грустно отозвался врач.
– Я хочу увидеть Мейра, Диолу и Эйдана, – сказала я, немного успокоившись.
– Это лишнее. Сейчас мы вас накормим и нужно будет отдохнуть. До предполагаемой даты родов ещё пару недель. Вам надо набраться сил. Если всё будет хорошо, завтра я приглашу ваших родственников, – пообещал мне мужчина.
О том, что будет после этого дня, мужчина не стал говорить, но по его эмоциям и так всё было ясно.
– Хорошо. Но я очень хочу их увидеть до… появления малышей, – с заминкой сказала я.
Незачем ещё сильнее расстраивать этого чудесного ашхарца.
– Конечно. Я позову медсестру, – сказал доктор.
Мужчина ободряюще сжал мою болезненно худую руку, а потом с тяжёлым сердцем вышел из палаты.
Через пару минут ко мне вошла спокойная и обходительная девушка с пиалой супа и каким-то горьковатым настоем. Я послушно выпила их, почти не ощущая вкуса. Моим детям нужна энергия, значит, что я сделаю всё, что возможно, для их здоровья.
Когда ашхарка ушла я прикрыла глаза и снова опустила ладони на свой непривычно большой живот. Раньше я не особенно горевала о потере эмпатии. Собственно, жила же тридцать пять лет без неё. Только сейчас, ощущая переливы простых и чистых эмоций моих близнецов, я искренне радовалась, что эта способность ко мне вернулась. Хоть так, но я успею познакомиться со своими островками.
Мысли о том, как мог бы вместе со мной радоваться Эрс, прорвали плотину печали. Я плакала, но не могла принять того, что моего генерала нет. Вот только факты – это упрямая вещь. Если бы Эрс сумел выжить в той аварии, он вернулся бы ко мне. К нам. Перевернул бы всю вселенную, но был бы сейчас рядом. Его нет. Уже почти год как нет. И всё же упрямая искорка надежды теплилась внутри. Мне нужно было увидеть Диолу, Рау, Эйдана. Пусть они подтвердят, что всё безвозвратно потеряно, что они видели… видели тело Эрса.
С этими мыслями я провалилась в сон.
Глава 45. Впечатления
Следующие три дня я только ела, принимала лекарства, купалась с помощью медицинского робота и помощницы, а ещё очень много спала. Всё-таки медицина ашхарцев – это что-то удивительное. Последствия длительной комы удалось свести к минимуму за столь короткий срок, но доктор Теар пока так и не позволил мне встречу с родными.
С одной стороны, это было и неплохо. Вернувшая эмпатия стала как будто ещё сильнее. Соответственно, к визиту близких мне существ стоило основательно подготовиться, а именно – укрепить свои ментальные щиты.
С другой стороны, время неумолимо утекало, а мне хотелось ещё раз обнять Мейра, зарыться пальцами в его густую шерсть, уговорить своего котопапочку, чтобы позаботился о моих котятах, вернее, наших с Эрсом мальчиках. Собиралась я поговорить и с Диолой. Наверняка деятельная блондинка извелась за это время. Нужно было увидеться и с Рау и его женой. Ведь именно они станут основными опекунами моих детей.
Из опыта моих подруг я знала, что предполагаемая дата родов – это весьма условная цифра, и зачастую всё начиналось на несколько дней, а то и на пару недель раньше, чем было запланировано.
Сама я со своей участью почти смирилась. Это не означает, что мне не хотелось жить, но раз другого выбора не было, хотела уйти с улыбкой на губах, чтобы не причинять родным ещё больше боли.
От раздумий меня отвлекло тихое шипение отворяющейся механической двери.
– Как сегодня себя чувствует моя самая беспокойная пациентка? – спросил доктор Теар, присаживаясь рядом со мной на край кровати.
– Отлично, док. Могу я сегодня увидеться с родственниками? – уточнила я, послушно подавая руку мужчине.
Портативный анализатор почти безболезненно взял у меня пару капель крови и через пару минут замигал разноцветными огоньками, о чём-то сигнализируя врачу.
– Ваши показатели значительно улучшились, но готовы ли вы сами к тому, о чём просите? – уточнил немолодой ашхарец.
Мы оба понимали, о чём идёт речь. Пока меня ограждали от всевозможных волнений, но Диола, Мейр, Эйдан и другие – это живые существа, и они не могут не чувствовать.
– Не беспокойтесь тир Теар. Я буду контролировать свои способности, – заверила я врача.
– И всё же я не уверен. Вы должны понимать, насколько опасно вам сейчас испытывать эмоциональные потрясения, – не спешил уступать мне доктор.
– Я понимаю, но вы знаете, что другой возможности поговорить с ними у меня не будет. Роды могут начаться в любой момент. Я хочу решить всё сейчас. Если хотите, можете присутствовать во время посещения, чтобы самому контролировать ситуацию, – предложила я, намеренно избегая слово «проститься». Ни к чему было напоминать этому доброму мужчине о неизбежном.
– Хорошо. Я позвоню тиру Виону. Думаю, после обеда можно устроить вашу встречу, – согласился со мной врач.
Закончив с разговорами, доктор взял медицинский сканер и стал водить им надо мной.
