— Общество Кусто считает, что все существа имеют право на жизнь в своей естественной среде. Тем более что здесь речь идет о виде, для которого никогда не предполагалось взаимодействие с человеком. Лагуна Танаки, несомненно, достаточно велика, чтобы вместить существо подобных размеров, поэтому мы также считаем, что поимка мегалодона была бы наилучшим решением для всех заинтересованных сторон.
На экране снова появился якорь — эмблема Девятого канала.
— Наш специальный корреспондент Дэвид Адашек провел неофициальный опрос на улицах для выяснения общественного мнения по этому поводу. Итак, Дэвид?
«Специальный корреспондент? — Джонас встал, чувствуя, как отливает кровь от лица.) — Значит, этот парень работает для программы Мэгги? Ох, Мэгги…»
…Мнения, по всей видимости, в пользу поимки мегалодона, который погубил жизни стольких отважных людей, в том числе и моего близкого друга Мэгги Тэйлор. Лично я считаю это существо опасным, и, по мнению, высказанному несколькими биологами, оно уже пристрастилось поедать людей. Это значит, что можно ожидать и в дальнейшем столь же страшных смертей, особенно в свете сегодняшнего решения Федерального суда. Дэвид Адашек, служба новостей Девятого канала.
Джонас нажал кнопку пульта и выключил телевизор. Он неподвижно сидел на краю кровати, пытаясь осмыслить услышанное.
«Боже, — подумал он, — за что мне все эти несчастья?» Но внутренне сам прекрасно понимал: за то, что уезжал в экспедиции, проводил бессонные ночи в кабинете, писал книги. По его щекам потекли слезы. «Мэгги, я раскаиваюсь, я вправду раскаиваюсь». Джонас чувствовал такую любовь к жене, какой не испытывал уже больше двух лет.
Автомобильный гудок заставил его подняться. Он вытер с лица слезы, достал свою спортивную сумку и сунул в нее кое-какую одежду Потом открыл сумку со снаряжением, где уже лежал гидрокостюм. Заглянув внутрь, убедился, что талисман на месте, посмотрел на черную семидюймовую окаменелость шириной с ладонь и почувствовал на ощупь ее острые зазубренные края.
«Прошло пятнадцать миллионов лет, а все еще острый, как хороший нож». Он вложил зуб в кожаный футляр и опустил обратно в сумку. Закинув оба мешка за плечо, Джонас посмотрел на себя в зеркало: «О'кей, доктор Тэйлор. Траур окончен. Пора продолжать жизнь».
Он вышел из подъезда, возле которого его уже ждал Масао Танака.
ЗРИТЕЛИ
В течение двух долгих дней и ночей «Кику», ее вертолет и три катера береговой охраны обследовали воды заповедника Монтерейской бухты, пытаясь обнаружить сигнал установленного на шкуре мегалодона маяка, который имел зону действия не более трех миль. Но, прочесав четыреста миль вдоль побережья океана, так ничего и не нашли.
Через заповедник по-прежнему плыли к югу сотни китов. Никто не замечал, чтобы они меняли направление. На третий день береговая охрана прекратила поиски, посчитав, что или мегалодон ушел от берегов Калифорнии, или на маяке испортился передатчик.
Прошло еще два дня, и даже команда «Кику» начала терять надежду.
Рик и Наоми Мортон праздновали десятилетие своей супружеской жизни в Сан-Франциско. Оба были рады, что сбежали от холодов и от своих троих детей. Они никогда в жизни не видели живого кита, поэтому провести день, наблюдая за китами, показалось им заманчивым. Одетый в желтый плащ, нацепив на себя видеокамеру, бинокль и свой старый надежный фотоаппарат, Рик поднялся вместе с женой на борт «Капитана Джека», сорокадвухфутового прогулочного катера, стоявшего у набережной монтерейской бухты. Пара нашла свободное место на кормовой наблюдательной площадке и стала с нетерпением ждать, когда и остальные двадцать семь пассажиров рассядутся на деревянных скамейках.
Появление мегалодона сначала повредило монтерейским турам для любителей понаблюдать за китами. Но мало-помалу туристы стали возвращаться, тем более что хищника не видели уже почти целую неделю, да к тому же он поднимался на поверхность только ночью. А владельцы прогулочного судна, со своей стороны, отменили все вечерние экскурсии, чтобы не рисковать встречей с мегом.
— Леди и джентльмены, — объявила красивая рыжая женщина в белом матросском костюме, — добро пожаловать на борт «Капитана Джека». Сегодня вас ожидает по-настоящему увлекательное зрелище. Уже все утро горбачи дают необыкновенное представление, поэтому приготовьте ваши камеры!
Судно поползло вперед, обдавая голубоватым дымком сидевших на корме.
Мужской голос гудел по радио:
— Это воистину потрясающе! Слева от нас стадо косаток…
Все перешли на левый борт и навели камеры.
Голос продолжал:
— Дельфинов-косаток называют также китами-убийцами. Это исключительно умелые охотники, которые могут убивать китов, в несколько раз крупнее их самих. Похоже, мы сейчас видим этих косаток в разгар охоты.
Рик навел свой бинокль на стаю черных спинных плавников, двигавшихся параллельно судну меньше чем в двухстах ярдах. Среди тридцати косаток с десяток устремились на что-то небольшое, остальные плыли, ожидая своей добычи. Рика восхитила их охотничья тактика, и вскоре он увидел жертву — совершенно белую, с наполовину отъеденным спинным плавником. Волчья стая уже терзала ее шкуру.
Самец-детеныш мегалодона плыл по поверхности. Нападавшие снизу не давали ему погружаться. Когда он охотился у Фараллонских островов, его выследило стадо из шести косаток. Потом к шестерке присоединились еще две большие группы. Намерение этих млекопитающих было очевидно — детеныш мегалодона был обречен.
С ужасающей скоростью и мощью самцы-косатки набросились на малыша, их острые зубы вырывали из маленького мега куски мяса. Детеныш тоже кусал их в ответ, разодрав пополам у одной косатки хвостовой плавник. Битва закончилась тем, что двенадцать самцов, каждый больше двадцати пяти футов, разодрали на куски тушу мегалодона, прервав в самом зачатке царствование будущего Короля морей.
Бад Харрис собрал свои пожитки и запихал их в принесенный санитаром бумажный мешок. Небритый и немытый, этот когда-то надменный бизнесмен лишь отдаленно напоминал себя прежнего. После гибели возлюбленной бессонница довела Бада до глубокого нервного истощения. Воспоминания об ужасном событии мучили его подсознание ночными страхами. Это были сны о насильственной смерти, намного хуже самых страшных кошмаров. Последние пять ночей Бад кричал таким леденящим душу голосом, что перебудил в больнице все западное крыло четвертого этажа. Даже если сестрам удавалось разбудить его, он продолжал вопить и бить кулаками по воздуху. Уже на третью ночь санитарам пришлось связать его по рукам и ногам, когда он спал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
