повалился в траву, схватившись руками за голову и что-то бормоча. Вот его мать застыла на месте, смотря в никуда расфокусированным взглядом.
Мьёльнир, который так и сидел на бортике бассейна, сочувственно цокнул языком и повернулся ко мне.
— Ничего интересно тут нет. Можно возвращаться.
Я ещё раз глянул на замурованных здесь разумных. Угрозы от них никакой не ощущалось, но вытаскивать их сейчас наружу было слишком рискованно. Если всё сложится удачно, освободим позже. В противном случае, сюда наведается кто-то из воинов противника и оба встанут в строй заражённых Бездной. Тоже своего рода вариант выхода из ситуации.
Глянув на Найхву, я развернул портал обратно и через мгновение мы снова висели в пустоте, а под ногами болтался купол небольшой сферы, внутри которой находились мать с сыном.
От остававшихся тут соратников повеяло интересом и я сразу же озвучил им результаты нашей недолгой экспедиции.
— Там одна из женщин Зевса. Райна Теосская вместе со своим сыном. Ничего интересного, просто эллин решил укрыть своего потомка.
Княгиня Оболенская плеснула интересом и я развернулся к ней, ожидая услышать вопрос, который та явно собиралась задать. А в следующую секунду, ткань реальности разорвали порталы.
В этот раз Меркурий из Древа решил не размениваться на мелочи и сразу ударил масштабно. Десятки полыхающих арок переходов открылись казалось со всех сторон. И отовсюду сыпались фигуры воинов, которые сходу принимались атаковать.
Вибрирующие от влитой мощи стрелы, потоки чистой энергии, выжигающий всё солнечный свет, пламенные вихри — и всё это с щедрым вплетением силы Бездны, которая сочилась из каждого боевого плетения.
Трещали барьеры и мерцали личные доспехи. Пространство искажалось и выворачивало наизнанку от используемой мощи. Даже защита Мьёльнира прогибалась, не выдерживая обрушившейся на неё нагрузки. Казалось ещё несколько секунд и всё будет кончено. Как только враги осмотрятся и определят цели, сконцентрировавшись на них, мы проиграем. Сейчас добрая половина их мощи уходила в никуда, потому что они даже не пытались нацелить свои ударные комплексы. Били наудачу, стремясь ошеломить и подавить волю к сопротивлению.
А потом им ответили. Полыхнули призрачные соколы Ратибора, взметнулись водные смерчи Найхвы, чужеродно смотрящиеся в межмировой пустоте. Ударила волна пламенной силы Дарьи. Пространство вокруг нас на момент расчистилось. А в следующее мгновение, Первый Железный легион Марса показал врагу, что такое римская военная выучка.
Слитно рявкнули триста шестнадцать лужёных глоток. Одновременно полыхнули столько же стен яростного огня, что укатились вперёд, нарушая работу вражеских плетений и дестабилизируя энергетические конструкты. Следом на противника обрушился вал молний. Потом — поток энергетических стрел. Легионеры били максимально синхронно, работая как единый живой механизм.
Удар следовал за ударом и среди первых пятнадцати не было ни единого повтора — каждый раз они использовали новый формат, удивляя воинов противника и заставляя их перестраивать защиту. По крайней мере тех, кто оставался в строю — как минимум сотню атакующих они уже превратили в пыль.
Вокруг всё сверкало, а энергетический фон был таким, что сам по себе мог убить не защищённого барьером бога.
Ратибор, чьи призрачные конструкты добрались до противника и рвали тех, кто показывался из ближайших к нам порталов, восхищённо ухнул.
— Вот это выучка. Потом надо кого-то из них взять в инструкторы. Пусть кавалергардов мне обучат.
Эмоции князя мне были понятны, но это было лишь начало. Первая волна, состоявшая из разномастных богов и недавних смертных. Как говорил Марс — смазка для мечей. Пушечное мясо, которое Меркурий из Древа бросил в бой первым.
Потому я держал заготовленные вариант техник в резерве, не пуская их в ход. Ограничивался лишь ударами пламени Агвира, чтобы не выглядеть совсем уж бездействующим на фоне всех остальных. Это было бы слишком странно.
Выдержка у нашего противника оказалась не самой лучшей — более сильные воины появились уже спустя двадцать минут боя. Хотя, возможно он здраво оценил возможности тех, кого послал в бой первыми. И понял, что у них нет никаких шансов совладать с легионерами. Вот без последних, нам и правда пришлось бы тяжело. Но три с лишним сотни гвардейцев Марса были на своём месте. И сражались в полную свою мощь.
Свежий отряд материализовался на поле боя при помощи одиночных порталов. Только боги в своих настоящих оболочках и с мощными «искрами». Естественно, наполненные силой Бездны. Что интересно, преобладали индийские. То ли из-за их вечной склонности к истреблению смертных и наплевательскому к этому отношению, то ли из-за чисто математических резонов — как ни крути, индийский пантеон был намного более многочисленным, чем все остальные.
В любом случае, новоприбывшие продемонстрировали совсем иной уровень — межмировое пространство наполнилось потоками энергии Бездны, которые обрушивались на защитные барьеры, размывая их, пробивая истончившиеся щиты и добираясь до целей.
Мне пришлось выложиться по полной, чтобы защитить нашу небольшую группу. Божественная сила бурным потоком вливалась в защиту, чтобы сразу же пойти в дело — выгибающийся барьер едва держал вражеский натиск. Даже с помощью соратников, удерживать его стабильность удавалось с большим трудом.
У легионеров дела обстояли ещё хуже. То один, то другой превращались в изувеченные и полностью лишённые энергии куски плоти, что плавали в межмировой пустоте. Не уверен, сколько именно воинов мы потеряли, но кажется счёт уже шёл на десятки.
— Сиятельство! Надо что-то делать!
Голос Оболенского прорвался через скрежет и завывания силы, которая бурлила безумным хаосом около барьера, полностью перекрывая обзор.
Мелькнула мысль, что возможно и правда пора. Но я немедленно загнал её в глубины разума. Противник должен был увериться, что мы действительно застигнуты врасплох и сражаемся только обычными методами. Что означает — не готовы к применению своего «оружия против Меркурия из Древа», чем бы они ни было.
Поэтому, пока я ограничился тем, что бросил в бой Сандала. До того дракон находился в тылу. Правда не нашем, а противника — в своём призрачном облике и под многослойным пологом невидимости. Так что они здорово удивились, когда сзади на них обрушился поток яростного пламени, а потом появился и его крылатый источник, вскрывший когтями защиту одного из богов и сразу же разорвавший того на куски.
Минус был в том, что циклопово отродье наносило ущерб и после смерти — энергия Бездны, которая выплёскивалась из умирающих, туманом заволокла окружающее пространство и к ней моментально потянулись все уцелевшие воины врага, впитывая силу, либо формируя из неё конструкты.
Пришлось несколько раз кряду ударить волнами огня, выжигая хотя бы часть этой дряни.
Имелся и ещё один побочный эффект — энергетические
