Тот, что наказал его так жестоко, что это повергло в шок даже Нефрита, ослушавшись Морозного и Свирепого.
Он стоял не шелохнувшись все это время.
Словно копил свои силы для решающего броска.
И я с ужасом ждала того момента, когда король покажет на меня, поманив к себе.
Потому что чувствовала, что не будет все просто.
Ведь этот тип пойдет на что угодно, чтобы просто сделать больно Норду!
Дело было не во мне, а в том, что его унизили, не дав то, чего он добивался.
– Ну что, задира, твоя очередь! Иди ко мне, дочка! – улыбнулся король, прищурив глаза и глядя на меня воодушевленно и даже весело. – Дам тебе свой топор, если ты сможешь его поднять! Ты мне нравишься! Смелая девочка! Слышишь, Норд? Если тебя подкосят, то мой топор в ее руках!
Мой медведь улыбнулся и кивнул в ответ, неожиданно подмигивая мне, словно собирался на дружескую вечеринку, а не жестокий мордобой, после которого на льду хлюпала кровь лужами, а кости дробились и ломались десятками!
Норд должен был биться с четверкой охранников.
И я покосилась на того агрессивного медведя, который продолжал стоять. Почему-то.
Чего он ждал?
Хотел войти эффектно в последний момент?
Но даже когда бой начался и я затаила дыхание, глядя на своего Норда, этот медведь не шелохнулся.
Только спокойно выдохнуть не удалось.
Он злобно и вожделенно смотрел на Иниру таким взглядом, что кровь стыла в жилах.
Черт!
Он решил отомстить таким образом?
Ведь ему не нужна была и Инира! Но что, если он победит и заберет ее?
Когда я схватила топор, король хохотнул и шлепнул себя ладонью по бедру.
Но помощь моему отважному и сильному Норду не была нужна.
Он победил всех голыми руками, ни разу не опустившись даже на одно колено.
Несмотря на жуткие раны, которые начинали кровоточить от каждого движения моего медведя, отчего его бедра, ягодицы и ноги были в крови.
Господи, я не представляла, как он мог стоять на ногах после всего произошедшего и такой обильной кровопотери! Я обхватила его за шею, прижимаясь всем телом, когда король пророкотал:
– Она твоя, крепыш! Забирай! И у нас осталась последняя невеста. Нежная и горячая. Идем, дочка.
Находясь в горячих руках Норда, мое сердце дрогнуло от ужаса при виде того, как моя хрупкая миниатюрная подруга расправила свои плечики и смело зашагала вперед, отчего король хмыкнул весело и одобряюще.
– Ну! Кто хочет стать мужем этой крошки?
Агрессивный Бер сделал шаг вперед, окинув Иниру таким жутким взглядом, словно она УЖЕ была его, а я замерла, глядя распахнутыми глазами на то, что не было никого из Защитников. Потому что все желающие уже получили своих жен.
Пять чертовых охранников, но никого из Защитников!
Норд прижал меня к себе, неожиданно поворачиваясь к своему верному другу.
– Соранг!
– Что?
– Забери ее!
10 глава
Лицо Берсерка вытянулась от неожиданности.
– …я не собирался становиться мужем, – пробормотал Соранг, но почему-то не посмел посмотреть даже в сторону Иниры, которая была в большой беде.
– Я думаю, тебе понравится! – улыбка Норда вышла слегка нервной, потому что время не ждало.
Мне нравился друг моего медведя.
Искренне.
Несмотря на его габариты, мощь и бороду, у него были добрые глаза. Совсем не хищные. Казалось, что он в принципе не способен причинить никому боль или заставить страдать.
Но Соранг не хотел ввязываться в это дело.
По тому, как он свел хмуро брови и весь напрягся, это было очень ясно, а я ощутила, как мои руки становятся ледяными, потому что время беспощадно убегало и оставалось все меньше и меньше возможности спасти мою подругу.
Соранг сделал порывистый шаг к Норду, встав почти нос к носу, чтобы рыкнуть:
– Девушка влюблена в волка!
– Она полюбит тебя, когда узнает получше! – выпалила я, касаясь Соранга рукой, отчего он вздрогнул и отступил назад, а я смутилась, вспомнив слова Норда о том, что он никогда не касался женщин. Как и они его.
Возможно, с его другом происходило то же самое.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Если она попадет в руки к этому ненормальному, то он выместит на ней всю свою злость и ярость. Соранг, спаси ее. Умоляю.
Берсерк чертыхнулся на своем мелодичном мурчащем языке, явно смачно выругавшись, но больше медлить не стал.
Он сделал шаг от нас и повернулся корпусом к тем воинам, что ожидали схватки.
– Я боюсь, – прошептала я Норду, и он тут же обнял меня сильнее. – Если с Сорангом что-то случится во время боя, я не прощу себе этого.
– Мой друг – очень сильный и опытный воин, Алу. Верь в него, как ты верила в меня, – от того, как мягко и уверено проговорил Норд, стало немного легче. Но сердце продолжало колотиться от ужаса, что этот хороший и милый Берсерк может пострадать.
Да, я не представляла, что будет потом.
Когда Соранг станет мужем Иниры и они будут вынуждены жить вместе, деля радости и невзгоды пополам.
Понимала только одно – рядом с Сорангом она будет в безопасности.
Король и Карат наблюдали за нами пристально и, наверное, даже с азартом, и в этот момент мне хотелось взять топор, чтобы от души приложить каждому из них за то, что чью-то сердечную трагедию они воспринимали как одно большое увлекательное событие!
А я смотрела на то, как мрачно и самодовольно хмыкнул агрессивный Берсерк, и с ужасом поняла, что последняя битва станет самой тяжелой и кровавой. Потому что он был уверен в себе и намеревался забрать Иниру во что бы то ни стало.
В последней попытке воззвать к чувствам Ханта я нашла его глазами и попыталась поймать его взгляд, но волк смотрел прямо перед собой, отлично делая вид, что ничего страшного не происходит, а он всего лишь выполняет свой долг.
Черт!
Это было жестоко!
Долг и правила – это было весомо, но разве они могли бы встать на пути настоящих чувств?
Разве они встали между мной и Нордом, который пошел на все и принял на себя столько боли, сколько не смог бы вынести даже Берсерк?
Значит, чувства были не настоящими?
Или со стороны Ханта их не было вовсе?
Я старалась не думать об этом, пристально и с волнением наблюдая за ходом последнего жестокого сражения за последнюю невесту.
И в этой ситуации радовало только одно – если вообще могло что-то радовать, – Лютый и Свирепый не разделяли воодушевления своего отца от увиденного и выглядели хмурыми и собранными, явно готовые кинуться вперед, чтобы не дать случиться беде.
Нефрит и Север были тут же, хоть и стояли чуть поодаль, и тоже не горели азартом от происходящего.
Как я и предполагала – скоро несколько воинов отсеялись, поняв, что не смогут выстоять до конца против того ненормального Бера и силача Соранга, который бился, как все его братья Защитники, голыми руками, без топора, сдержанно и сосредоточено.
Просмотрев пять боев, я отчетливо видела, настолько сильно отличается ведение себя в бою у Защитников от всех остальных Беров.
Они были собраны, но при этом не напряжены.
Они не позволяли эмоциям взять верх, пока идет бой, словно аккумулировали в себе силу и выносливость. Мне казалось, что они даже дышат спокойно и размеренно, что бы ни происходило вокруг, находясь при этом в самом пекле.
Защитники не шли сразу в нападение.
Они тактично и уверенно выматывали противника, максимально стараясь не дать навредить себе.
Но если это происходило, то казалось, словно они не обращали на раны никакого внимания.
Все их внимание было сосредоточено на противнике и только.
У меня перестало биться сердце, зависая на вдохе, когда злобный Берсерк рассек плечо Соранга своим чертовым топором!
Отрубил бы руку, если бы не реакция Соранга!
Кровь тут же потекла по руке багровым потоком, но это не остановило верного друга.
Он продолжал биться за Иниру, и теперь я видела по ее глазам, что она тоже напугана.
Что она искренне переживает за Соранга и задерживает дыхание каждый раз, когда Берсерку удавалось ранить его.
