тем самым раскрывая меня сильнее.
Упираюсь затылком в его плечо и громко всхлипываю, когда он уверенно ведёт пальцем по моим складкам ниже, утопая в моей влаге. Это так порочно и так приятно одновременно.
В голове настойчиво бьётся мысль что это всё неправильно, что мне нужно остановить его, но я не могу…
Это сильнее меня…
Тем более, когда он утыкается лицом мне в шею и шумно дышит, обжигая кожу своим дыханием. Кусает её, лижет.
Он щипает мой сосок, перекатывая его между пальцами, и я неконтролируемо дёргаюсь.
Прикусываю губы, пытаясь сдержать рвущиеся из меня звуки удовольствия. Но все мои усилия рассыпаются в пыль, когда он пальцем в моей смазке начинает кружить по клитору.
Закрываю глаза полностью отдаваясь во власть лишающих воли ощущений.
Стону в голос и сильнее выгибаюсь.
— Как же сильно я тебя хочу. — тихий шепот в самое ухо.
Наверное, его голос, а может быть именно суть сказанного кидает меня за грань.
Во мне больше нет скромности.
Мною руководит жажда.
Раздвигаю ноги ещё шире, открывая ему больший доступ. Приподнимаю бёдра и двигаюсь, потираясь центром своего удовольствия о его скользкие пальцы.
— Ты… настоящее пламя… — хрипит он.
Да, наверное, он прав.
Я сейчас пламя.
Жидкая огненная лава, которая сгорает в пепел в стремлении получить желаемое. Мне плевать на всё.
Есть только одна цель… и я уверенно иду к ней…
Действую скорее всего на инстинктах иначе просто никак не могу объяснить откуда во мне всё это…
Двигаюсь в нужном мне ритме, но всё равно чего-то не хватает.
Вскидываю руку и зарываюсь ею в его волосы. Мне зачем-то жизненно необходимо максимально чувствовать его. Бесстыдно трусь ягодицами о его член, чем вырываю из него глухой стон, который пускает электрические импульсы по моему телу.
Я полностью осознаю тот момент, когда Арон теряет контроль.
Это и пугает меня и завораживает одновременно.
Он одним уверенным движением укладывает меня спиной на постель и нависает надо мной, тут же яростно впиваясь в мои губы.
Меня начинает трясти от возбуждения.
Открываю рот, позволяя его языку ворваться в меня и задыхаюсь от восторга. Снова зарываюсь пальцами в его волосы и стону ему в губы, жадно отвечая на поцелуй.
Арон управляет мной. Я сейчас полностью в его власти.
Он кусает мои губы, словно наказывая за что-то, но сразу же ласкает языком. Откидываю голову назад упираясь в постель затылком, когда его губы спускаются ниже.
По шее… до вершинки груди…
Поднимаю руку и кусаю ладонь, потому что знаю если отпущу себя, то буду слишком громкой, оттого что его губы всасывают слишком чувствительный сосок.
Между ног всё горит и пульсирует. Пытаюсь сжать их, чтобы хоть немного унять невыносимый жар. Но Арон не позволяет мне этого сделать, он властно раздвигает их обратно, устраиваясь между ними.
Дергаюсь, выгибаюсь чувствуя, как член давит на клитор. Арон подается бедрами вперед создавая такое желанное сейчас трение, при этом губами сильнее всасывая сосок.
— А-а-а-а-а… — больше не пытаясь сдерживаться громко стону.
— Моя чувствительная девочка. — шепчет он, отрываясь от моей груди.
Жалобно хнычу, когда он отодвигается от меня.
— Не представляешь, чего мне стоит не трахнуть тебя прямо сейчас.
Это его признание должно меня напугать, но нет.
Мне хочется кричать, требовать, чтобы не смел сдерживаться, но остатки благоразумия не позволяют мне сделать этого.
— Ты такая страстная, горячая девочка. — он выпрямляется, стоя на коленях между моих ног. — Моя.
Подхватывает меня под колени и притягивает ближе к себе.
— Мой напор сейчас явно не для твоего первого раза. — будто оправдываясь говорит он. — И всё же я не могу оставить тебя в таком состоянии.
Ничего не понимаю из того, что он говорит.
В ушах непрекращающийся шум, сердце с бешенной скоростью стучит где-то в горле.
Облизываю пересохшие губы и поплывшим взглядом смотрю на него.
Хочется сорваться, наорать на него за его чёртово благородство. Не оно мне сейчас нужно…
Поднимаю руки и ладонями обхватываю груди. Сжимаю соски, так же как совсем недавно делал он. Закрываю глаза и представляю, что это с собой делаю не я…
Изгибаюсь дугой и стону…
Мне снова мало…
Убираю одну руку от груди и веду ею ниже.
Арон шумно сглатывает, наблюдая за моими действиями.
Двигаюсь к тому участку своего тела, которое больше всего сейчас требует прикосновений.
Но коснуться не успеваю, потому что мою руку перехватывают горячие пальцы.
— Ведьма. — с нотками злости говорит он и большим пальцем давит на клитор.
Даааа…
Приподнимаю бёдра сильнее вдавливая его в себя.
Бесконтрольно вздрагиваю чувствуя, как он обводит пальцами другой руки вход в лоно и немного скользит внутрь, а я сжимаю мышцы и начинаю ёрзать.
Даааа…
Проходит всего пару мгновений, и я с разлетаюсь на осколки. Громко стону, содрогаясь.
Это просто невероятно…
Кажется, будто я бесконечно долго куда-то лечу.
Тяжело дышу, пребывая в состоянии полной эйфории.
В себя меня приводит сдержанный стон Арона, сразу же после которого кожу моего живота обжигают горячие капли.
Лежу с закрытыми глазами, пытаясь выровнять дыхание и понять, что сейчас между нами произошло…
Но с другой стороны: я не хочу омрачать не до конца отпустившее меня удовольствие, адекватными мыслями.
К чёрту всё…
Ночь ещё не закончилась. Я в её власти. И пусть пока так и будет.
Оставлю «правильные» мысли для нового дня…
Хочу повернуться на бок, но меня останавливает голос Канта.
— Не двигайся.
Открываю глаза и в полумраке комнаты наблюдаю за тем, как он идёт в ванную и через несколько минут выходит оттуда с небольшим полотенцем в руках.
Немного чувствую смущение, когда он проводит влажным полотенцем сначала у меня между ног, а затем им же стирает сперму с моего живота.
Всё это он делает молча…
Постепенно до меня начинает доходить что именно сейчас произошло…
Боже…
Нет, я не жалею ни о чём, просто вспоминать свои действия немного неловко. Поэтому, когда Арон снова уходит в ванную я поворачиваюсь на бок, натягиваю до самого подбородка одеяло и молюсь о том, чтобы как можно скорее уснуть.
В голове красной лампочкой мигает мысль сбежать отсюда в свою комнату, но понимаю, что это как минимум будет выглядеть глупо. Поэтому делаю несколько глубоких вдохов, про себя произнося как заклинание фразу о том, что ничего критичного не произошло. Но сознание тут же шепчет, что за это нужно благодарить Канта. Ведь если бы он не сдержался…
Мысленно стону…
Я никогда себя не чувствовала такой жадной к прикосновениям как
