назад это вызвало такие же споры, и некоторые, опираясь на концепцию ноцицепции[49], утверждали, что у животных есть такие же проводящие боль пути, но то, что они чувствуют, следует обозначать другим словом, чтобы не обобщать людей и животных. В наше время этот вздор давно забыт и хорошим врачебным тоном считается умение облегчать болезненные состояния, сопровождать возрастных животных и устранять другие неприятные проявления.
– А страдания? Они тоже страдают, разве нет?
– Не увлекайтесь, молодой человек! Чтобы страдать, нужно осознавать свое состояние, понять, что оно может быть другим, и вообще нужно жить совершенно другой жизнью.
Признаюсь, я выслушиваю подобное с улыбкой, но иногда эти высказывания очень сильно деморализуют. Тридцать лет спустя я все еще сталкиваюсь с тем самым стеклянным колпаком, который перемещается из эпохи в эпоху и пытается сохранить непроницаемую перегородку между человеком и другими животными.
Сегодня все говорят о благополучии, а кошка стала его символом, но, даже несмотря на это, не все готовы предоставить ей право быть безумной и страдать, эту пропасть готовы преодолеть лишь немногие.
К счастью, легион последователей очевидной, но игнорируемой истины с каждым годом растет. Так я познакомился с Оливье Жакмо, которого теперь всегда приглашаю на защиту диплома на нашей кафедре. Оливье преподает анатомию в Брюссельском университете и является столь редким пока специалистом по трактографии[50] [11]. Простыми словами об этой сложной технике можно сказать так: это раздел моделирования мозга, который позволяет визуализировать его проводящие пути. Человечеству она подарила яркие, мерцающие, великолепные изображения, которые позволили выделить взаимосвязи между различными зонами мозга и сделать видимой внутреннюю опору бессознательного, что вызвало обширную полемику вокруг фрейдистской теории бессознательного и когнитивного бессознательного [12].
За прочтением размышлений и работ Оливье Жакмо у меня родились две ремарки: первая – очень общего характера, но открывающая широкое поле для рассуждений о наличии сознания у животных, а точнее у кошки; вторая относится исключительно к объекту нашего исследования и множеству случайных открытий, которые станут возможными благодаря трактографии мозга кошки.
Крюк через сознание
Во-первых, забавно сознавать, что идея наличия сознания и возможности познания у животных всегда доставляла много хлопот ученым, философам и религиозным мыслителям.
Считалось, что у животных, в отличие от людей – обычно я пишу «у других животных», но в данном случае это был бы нож в спину носителям этих идей, – не было ни сознания, ни самоощущения, ни своей истории, ни своего жизненного пространства.
Действия животных бессознательны, предопределены, поэтому их можно отнести (что и не преминули сделать последователи Декарта) к механизмам без эмоций и чувств. Отсюда вытекал очевидный вывод, что без сознания животные были всего лишь игрушками их бессознательного, их опыта, полученного непроизвольно. Однако самое яростное сопротивление, самые колкие замечания и острые вопросы я слышал на собраниях психиатров, где выступал с докладами о психической активности животных, а исходили они от адептов самых строгих психоаналитических методов. Конечно, я не склонен складывать всех психоаналитиков в одну корзину, например, Жерар Остерман общался со мной с большим любопытством и доброжелательностью, и у нас произошел очень интересный обмен мнениями. В общем, бедных животных лишили не только сознания, но и бессознательного, которое может прощупать только психоаналитик через речевую деятельность. Такие представления о мире животных заставили нас жить, не обращая внимания на их эмоции, мысли, умения предвидеть, разрабатывать стратегии действий, их индивидуальные различия, страдания – все, что говорит о наличии у индивида психической деятельности.
Как это часто бывает, такой взгляд на вещи тогда казался вульгарным, в прямом смысле этого слова, наивным и смешным, а очевидные доказательства было невозможно подкрепить научно.
Погружение в сбор доказательств наличия сознания может завести нас слишком далеко, поэтому давайте вернемся к нашим кошкам. Рассмотрим следующие шесть пунктов и спросим себя, можем ли мы подтвердить наличие сознания у Мину, Стикса или Флоры.
Шесть критериев наличия сознания
Память
Чувства
Язык
Знания
Теория осмысленности
Самосознание
В первую очередь память. Вы уже видели, как негативные переживания, порождающие фобии из-за повышенной сенсибилизации, столь важной для добычи, обусловливают психическую деятельность кошек. Предложенный мной образ красного блокнотика, в которой они записывают все приключившиеся с ними неприятности, – это метафора их сознательной и бессознательной памяти.
Чувства. Способность воспринимать и ощущать окружающую действительность, а также иметь субъективные переживания. Достаточно иметь двух или более кошек или даже сравнить свою кошку с ней самой, чтобы понять, что их сенсорное восприятие фильтрует информацию и создает субъективное представление о мире, одним словом, мистер Блэк и Мистер Уайт, живущие в одних и тех же условиях, получают совершенно разный опыт. Способность чувствовать сегодня приписывается многим представителям животного мира и даже некоторым растительного. Это определение мне не нравится, ибо для многих оно всего лишь способ продвинуть идею наличия минимального сознания у животных, но я считаю, что оно лишь укрепляет стеклянный купол, который призван разбить людям сознание, а другим животным – способность чувствовать. Мне кажется, будет справедливее наделить всех сознанием, каждого своим собственным. Каждый вид уникален в своем Умвельте, и каждая особь в своем виде уникальна, даже когда две особи, находящиеся на соседних ветвях эволюции, пересекаются в своем восприятии мира по многим пунктам. Мне гораздо проще представить себе внутренний мир шимпанзе или собаки, чем мир кошки, поведенческий репертуар которой невероятно далек от наших корней. В этом и заключается в большей степени цель книги. А можно ли предположить наличие мировосприятия у рыбы? Это уже тоже не за горами, так как некоторые исследователи, доказав наличие у них боли, приоткрыли тайну наличия у рыб минимального сознания [13].
Язык. Членораздельная речь у человека формировалась постепенно, многие животные пользуются сложными структурами общения, образующими протоязыки. Изучены и классифицированы около двадцати одного типа вокализации кошек, и это только в двух свежих статьях [14], не говоря уже о фундаментальных исследованиях этологии кошек. Хозяева кошек, как правило, знают значение каждого звукового сигнала, издаваемого их питомцем, от угроз до просьб о контакте. Толковый словарь Робера[51] в первом значении сводит язык к общению между людьми, но уже во втором определяет его как «любую систему знаков, позволяющую коммуницировать». А кошки пользуются для этого как звуками, так и феромонами, несомненно являющимися очень тонким языковым средством.
Знания. Способность животного понимать, что ему доступно, а что нет. Соответствующие исследования проводились на собаках, в частности командой Миклоши[52], и на
