который видела оперевшись спиной на стену и используя короткое копье как дополнительную точку удержания своей спящей тушки в вертикальном положении. Если бы не ощущения откровенного садизма и чернухи, идущих от её души, у меня вряд ли поднялась рука на такую милоту (зато поднялось бы кое-что другое). А так пришлось с печальным вздохом вгонять ей когти в шею, что не добавило мне радости и позитива в настроение.
Еще больше опечалился я, поняв что это был чисто женский этаж и что собрались тут отборный красоты мрази. Вот еще ни разу не встречал за свою жизнь такой концентрации прекраснейших и чернейших созданий – такое чувство, что у них тут какая-то культисткая акция проходила «сделай откровенную мерзость и получи плюс пять к привлекательности». Словно в подтверждение моей теории я нашел на всем этаже одну единственную дурнушку, которая по совместительству являлась единственным неплохим человеком. Вот только метка их Проклятого бога на душе оказалась настолько сильно въевшейся, что гуманней было отправить её в Бездну на очищение, чем отсекать добрую половину астрального тела и ядра.
В общем, второй проверенной этаж вогнал меня в крайне паршивое расположение духа, опасно подкатывающееся к отметке «сдохни все живое». Так что спускался я ниже уже ничуть не скрываясь, достав копье и попыхивая косяком для общего успокоения. Если бы Чешуйка в тот момент не накладывала на архив защитные чары, что-то там рассержено шипя мне в ухо по ментальной связи, я бы еще и в полный режим Касии вошел впервые за хрен знает сколько времени – очень уж соблазнительно выглядела эмоциональная отрешенность этого монстрика. Но вроде бы кожа у меня таки почернела…
Первое же встреченное мною на этаже существо чуть не заставило меня влить в копье побольше маны, чтобы активировать заложенную в нем фишку аннигилирующего луча. Только полный затяг косяка остановил порыв тотального разрушения, когда на меня из-за угла выползло мелкое существо, не только напоминавшее разбухшего младенца, но и бывшее им не так давно, судя по размеру и оттенку души. Воткнув в пол копье прямо через это извращенное творение, я выпустил во тьму под собственными ногами приличную порцию маны Бездны, открывая портал для Её тварей.
- Убить всех.
***
Ночь в пустыне для двух девушек, парня и страуса прошла весьма… занимательно. Во всяком случае для Нэнси и Дельфины она была намного веселее, чем предыдущая. Воительница смогла перестать сдерживаться, опасаясь как за подругу, так и за собственное тело – хоть её кожа и была укреплена и быстро регенерировала, но сражаться в доспехах было намного удобнее и попросту психологически легче. Да и Ыть оттягивал на себя солидную долю внимания набегающих тварей. Страус вообще был рад как, наверное, никогда до этого – его всю ночь жевали, рвали на части, топтали и даже частично смогли сожрать. Огорчило бедолагу только то, что он все-таки выжил по итогу, но…
- Впереди еще не одна ночь в этом чудном месте, так что я не теряю надежду! – необычно воодушевлено заявило это чудо в перьях по пришествию утра.
Дельфине тоже было намного легче в том плане, что на этот раз она не чувствовала себя почти бесполезной – все же боевых заклинаний она знала не много, а маны у неё ну никак не хватило бы раскидываться ими всю ночь. Так что выданная «бум-палка» была как раз кстати, позволяя азартно постреливать поверх голов своих щитоносцев и выкашивать мелких тварей целыми толпами.
Норфис же всю ночь тихо охреневал, летая сверху и периодически метая в группы тварей классические огненные шары или пикируя, чтобы ненадолго присоединиться к рубке и облегчить давление на Нэнси и Рыцаря. Впрочем, в воздухе он тоже не был в полной безопасности из-за время от времени налетающих стай всяких монстриков. Охреневал же сероглазый пришелец не от количества и вида противника, таким старого ветерана и матерого путешественника по мирам не удивить, а от тех ощущений, когда рядом сражается апостол весьма молодой и очень активной богини, пытается периодически взорваться непонятная хтонь в виде страуса, прихватив с собой пару парсек окружающего пространства, но что-то каждый раз сдерживало этот деструктивный порыв словно мощный замок, да еще и от ощущения рассеянно-сонного внимания какой-то более матерой, древней и явно неадекватной хтони, что покоилась где-то ближе к ядру планеты… и одновременно на её луне?
- Вот теперь я в полной мере ощутил почему этот мир так хорошо изолировали, - пожаловался слегка бледный парень девушкам, когда поутру отдышался, полюбовался рассветом и выпил кружку горячего чая с успокаивающими травками. – Такой ядреной фигни я давно не встречал.
- Насколько все плохо? – нахмурилась Нэнси.
- Не настолько, как ваш… птиц, - покосился Норфис на меланхоличного и в целом довольного жизнью Ытя. И поежился. – Страшная тварь, на самом деле. Откуда ты только его вытащила?
- Мы не знаем, - пожала плечами Дельфина. – А сам он не рассказывает. Только жалуется на невозможность покончить с бренным бытием.
- Не виноватый я, что вы не понимаете всей красоты окончательной точки, не смотря на то что жизнь – это есть дорога к ней. Медленная, печальная дорога, полная боли, страданий, лишений и мук…
- Так, все-все-все, мы поняли! – тут же замахала руками Дельфина. – Отставить лекции о бессмысленности бытия и красоте смерти! Потом с Фив подискутируешь, а у меня после такого может начаться депрессия со странными мыслями! Норфис, далеко нам еще?
- Еще два-три таких перехода, - прикинул парень. – С выносливостью-то у нас проблем нет, но вот из-за неровностей ландшафта рассчитать время пути довольно трудно. Да и сыпучий песок – не самая удобная поверхность для быстрого передвижения.
- А еще стоит учесть, что некоторое время нам придется потратить на сон, - вздохнула Нэнси, которая весьма устала и очень хотела спать. – Хотя бы пару часов полноценного отдыха нам нужно будет, а потом уже в движении можно и подремать, добирая необходимые часы сна.
- Тогда ложитесь, я постерегу, - махнул рукой Норфис. – Мой организм прошел несколько усовершенствований, так что без сна я могу обходиться до семи местных суток без потери эффективности. Потом, правда, вырублюсь на сутки, но без каких-либо фатальных или хотя бы просто неприятных последствий.
- С одной стороны – я тебе завидую, - аккуратно прикрыв ротик ладошкой, сказала Дельфина. – А с другой – мне страшно представить работу, на которой от служащих требуют
